Война без конечной даты: что на самом деле стоит за планами оккупантов — разбор Снегирева

На днях издание The Financial Times со ссылкой на источники в украинской разведке сообщило о том, что Россия готовит новое наступление на востоке Украины, стягивая резервы и наращивая численность своих войск.

Чтобы усилить наступательный потенциал, Россия планирует перебросить ориентировочно 20 тысяч военнослужащих из стратегических резервов. В целом группировка российских сил на территории Украины, по оценкам издания, уже достигает примерно 680 тысяч человек.

Впрочем, заявленные сроки и масштабы наступления, о которых пишет FT, вызывают много вопросов. У противника действительно есть ресурсы для продолжения войны, однако вопрос “дедлайнов” и темпов продвижения выглядит значительно сложнее.

Потенциал противника значительно шире, чем это часто представляется в информационном поле, а сама логика российских действий не привязана к конкретным датам.

Заявления, распространяемые в украинских СМИ о возможном “кадровом коллапсе” российской армии из-за больших потерь, являются ошибочными. Страна-оккупант имеет диверсифицированную систему пополнения личного состава. Речь идет как о принудительной мобилизации на оккупированных территориях Луганской, Донецкой, Запорожской и Херсонской областей, так и об использовании так называемого спецконтингента — заключенных, численность которых может достигать 500 тысяч.

Кроме того, активно продолжается вербовка наемников за рубежом — в настоящее время их количество, по оценкам Главного управления разведки Минобороны Украины, составляет примерно 30 тысяч.

Отдельное направление — контрактники: как добровольцы (до 400-450 тысяч ежегодно по российским данным), так и принудительные контракты для срочников. В совокупности это создает независимые друг от друга каналы пополнения личного состава, что позволяет противнику компенсировать потери без объявления частичной или полной мобилизации.

Ожидания, что большие потери автоматически сломают российскую армию, не оправдались еще раньше. В частности, даже показатели потерь в 200-300 тысяч личного состава, которые рассматривались как критические для оккупационной армии, не привели к стратегическому перелому.

Даже бывший главнокомандующий ВСУ, генерал Валерий Залужный признал ошибочность своего предположения, что он сможет остановить Россию, обескровив ее войска.

“Это была моя ошибка. Россия потеряла не менее 150 000 погибших. В любой другой стране такие потери остановили бы войну”, — говорил Залужный в ноябре 2023 года в интервью журналу “The Economist“.

Но не в РФ, где жизнь стоит дешево и где Путин ориентируется на Первую и Вторую мировые войны, в которых Россия потеряла десятки миллионов человек.

При этом РФ оставляет за собой возможность объявить новый этап частичной мобилизации — вероятно, после внутриполитических событий, в частности выборов. Именно этим объясняется активизация боевых действий: Кремлю нужно демонстрировать хотя бы условные успехи для внутренней аудитории.

Говорить о конкретных сроках захвата Донбасса некорректно. Официальные представители страны-оккупанта не оперируют “дедлайнами” — их стратегия заключается в достижении целей независимо от времени. Зато в украинском публичном пространстве такие “дедлайны” постоянно появляются как интерпретации, а не как реальные планы Кремля.

Затянутая война выгодна России — стране, население которой в три раза больше, а экономика в десять раз превосходит украинскую. Страна-оккупант — это феодальное государство, где самым дешевым ресурсом является именно человеческая жизнь.

На данный момент стратегическая цель РФ сузилась до установления контроля как минимум над Донецкой областью. В то же время даже эта задача рассматривается как промежуточная, и от нее Россия не откажется.

Отдельно хотел бы опровергнуть информацию о якобы массовой переброске российских резервов исключительно на Донецкое направление. Активизация боевых действий наблюдается и на Запорожском направлении, куда, наоборот, перебрасывают дополнительные силы, в частности, наиболее боеспособные подразделения морской пехоты — из Балтийского и Тихоокеанского флотов. В частности, в район Приморска и Степногорска передислоцированы подразделения 120-й дивизии морской пехоты Балтийского флота и 40-й отдельной бригады морской пехоты Тихоокеанского флота.

Ситуация на фронте остается сложной по всей линии. Наиболее интенсивные бои продолжаются на Донецком направлении, в частности, на Покровском, Константиновском и Лиманском. На отдельных участках российские войска добиваются тактических успехов, однако украинские силы сдерживают продвижение и не дают противнику закрепиться.

Обращаю внимание, что вероятная переброска дополнительных 20 тысяч военных может быть направлена именно на Лиманское направление, где фиксируется передислокация резервов и растет угроза для Славянска и Краматорска.

Несмотря на сложность ситуации, украинские Силы обороны действуют в формате “активной обороны” — не только сдерживают врага, но и контратакуют при наличии возможностей. Это позволяет не допустить расширения зон контроля российских войск.

На Сумском и Харьковском направлениях активизация боевых действий носит скорее отвлекающий характер и является частью тактики “тысячи порезов”, направленной на растяжение украинских резервов.

В итоге ситуация остается напряженной, но контролируемой: для паники нет оснований, однако и недооценивать ресурсы и стратегию противника не стоит.

3 апреля президент Владимир Зеленский заявил, что ситуация на фронте является лучшей для Украины за последние 10 месяцев. По его словам, такой вывод, в частности, основан на анализе британской и украинской разведок.

В свою очередь, главнокомандующий ВСУ Александр Сырский заявил, что с изменением погодных условий российские оккупанты активизировали наступательные действия и проводят их почти на всей линии боевого столкновения протяженностью 1 200 км. По его словам, самыми горячими в течение месяца были Александровское, Покровское, Константиновское и Лиманское направления.

Военно-политический аналитик Дмитрий Снегирев, специально для FREEДOM

Предыдущие обзоры автора:

• Гуляйпольское направление остается самым горячим участком фронта на юге — анализ Снегирева
• ВСУ восстанавливают позиции на Днепропетровщине, оккупанты усиливают давление на других участках фронта — разбор ситуации на картах войны
• Ракеты, прокси и “ось зла”: чем на самом деле опасны заявления Ирана в отношении Украины
• От “Шахедов” до баллистики: как военное партнерство Москвы и Тегерана угрожает Украине и миру
• Что стоит за ядерными угрозами Кремля и пришло ли время Украине пересмотреть свой безъядерный статус: анализ Снегирева