В США усиливается консенсус по давлению на Россию, но дойдет ли до передачи “Томагавков” Украине — прогнозы экспертов

В переговорах о завершении войны России против Украины зафиксирован определенный прогресс, однако говорить о гарантированном мирном урегулировании пока рано. Об этом заявил вице-президент США Джей Ди Вэнс. 

На прошлой неделе в Соединенных Штатах прошли встречи американской и украинской делегаций, а во Флориде представители президента США провели консультации со спецпосланником Владимира Путина. На предстоящих выходных должна состояться встреча президента Украины Владимира Зеленского и американского лидера Дональда Трампа. 

Белый дом признает прогресс в переговорах, но не уверен в мирном решении

По словам Вэнса, консультации между США и Россией, состоявшиеся в Майами, позволили вывести обсуждение ключевых вопросов в открытую плоскость. При этом он признал, что основным камнем преткновения остаются территориальные претензии Москвы. В интервью UnHerd вице-президент подтвердил, что Россия по-прежнему настаивает на контроле над всей Донецкой областью. В числе других сложных тем — судьба захваченной российскими войсками Запорожской атомной электростанции, а также гуманитарные вопросы, включая права украинцев на оккупированных территориях.

Тем временем помощник Путина Юрий Ушаков заявил, что большинство предложений, выработанных в ходе переговоров США и Украины в Майами, Москве “категорически не подойдут”. По его словам, инициативы, которые Киев и европейские партнеры пытаются включить в мирный план, якобы препятствуют достижению “долгосрочного мира”. Кроме того, он назвал несерьезной идею трехсторонней встречи Украины, России и США на уровне советников по национальной безопасности.

На фоне этого сенатор-республиканец Линдси Грэм в эфире NBC News заявил, что в случае отказа Путина от мирных инициатив Вашингтон должен резко усилить давление на Кремль, включая передачу Украине крылатых ракет Tomahawk (“Томагавк”).

“Если Путин скажет “нет” и на этот раз, я надеюсь, что президент Трамп сделает следующее: подпишет мой законопроект, признает Россию страной-спонсором терроризма за похищение 20 тыс. украинских детей. А что более важно, будет задерживать суда, которые перевозят подсанкционную российскую нефть, как это делается в Венесуэле. Если Путин скажет “нет”, нам нужно кардинально изменить правила игры, включительно с передачей ракет Tomahawk Украине, чтобы она могла поражать заводы по производству ракет и дронов в России. Я бы пошел ва-банк в этом случае”, — отметил он.

Стоит отметить, что о возможных поставках американских ракет в Украину Владимир Зеленский говорил с Дональдом Трампом 17 октября в Вашингтоне. Предоставление дальнобойного вооружения Киеву обсуждали и в Лондоне — на заседании “коалиции желающих” 24 октября. Тогда же Путин заявил о готовности возобновить мирные переговоры. 

В ноябре CNN сообщил, что Пентагон согласовал возможную поставку Украине дальнобойных ракет Tomahawk, посчитав, что это не нанесет ущерба американским запасам вооружений. Окончательное политическое решение теперь должен принять президент США Дональд Трамп.

Tomahawk для Украины: реальный рычаг давления США на Россию или символический жест? 

Может ли передача Украине ракет Tomahawk стать реальным военным фактором или это прежде всего политический сигнал? Как приближение промежуточных выборов в Конгрессе влияет на жесткость американской позиции по Украине? Есть ли у Белого дома реальные инструменты давления на Россию, несмотря на заявления об “ограниченных возможностях”?  На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Ярослав Телешун, кандидат политических наук;
• Олег Постернак, политтехнолог, руководитель Центра политической разведки; 
• Дмитрий Левусь, политолог-международник, директор Центра общественных исследований “Украинский меридиан”.  

ЯРОСЛАВ ТЕЛЕШУН: В Конгрессе есть четкий консенсус по давлению на Россию 

— Заявления Грэма и Блюменталя, инициаторов законопроекта об увеличении пошлин в отношении РФ и третьих сторон, которые торгуют с ней, не сняты с повестки дня.

Более того, Грэм, избранный сенатором в 2020 году, на этих промежуточных выборах будет переизбираться по своим округам. И, конечно же, это стимулирует то, что представители Демократической и Республиканской партий пытаются использовать тему российской войны против Украины.

Российская война против Украины давно стала вопросом внутренней повестки дня политической жизни США, инструментом внутреннего политического противостояния. Поэтому понятно, что сейчас они осторожно напомнили об этом вопросе. В январе, когда будет достигнут год с момента инаугурации президента Трампа, этот вопрос поднимется еще активнее.

И вопрос “Томагавков”, и вопрос предоставления дополнительного вооружения Украине, и вопрос вывезенных из Украины детей, мы видим, что американская сторона поднимает их не единоразово, — имеют достаточно четкий и сильный консенсус в Конгрессе США. Эти вопросы будут подниматься и, соответственно, будут подталкивать Белый дом к более решительным шагам в отношении России.

А по мере того, как будет нарастать динамика в связи с приближением к промежуточным выборам в Конгрессе США, я думаю, что этот вопрос будет подниматься все чаще и с разных перспектив. Поэтому, конечно же, я бы не исходил из того, что он абсолютно отложен и снят с повестки дня.

Более того, на днях, буквально вчера, вышла статья в Washington Post, если не ошибаюсь, за авторством представителей как Республиканской, так и Демократической партий в Конгрессе США, где четко подчеркивалось, кто является агрессором и какие шаги должны предпринимать наши североамериканские и европейские партнеры для поддержки Украины и давления на Москву с целью достижения мира.

Поэтому понятно, что этот вопрос уже поднимается, и те или иные политики выносят его в публичную дискуссию. Очевидно, что они исходят не только из вопросов поддержки Украины, они исходят из своих прагматичных интересов, но во многом эти интересы полностью совпадают с теми, которые преследует Украина.

ОЛЕГ ПОСТЕРНАК: Передача ракет важна прежде всего как символ

— Передать ракеты можно, но для того, чтобы их использовать, наверняка понадобится определенный период времени — от обучения персонала до поставок и непосредственного применения. Но да, это будет иметь колоссальное политическое и символическое значение. Вообще, в принципе, эта война уже как года два приобрела именно психологический и политический контекст.

С военно-технической точки зрения это большая проблематика. Начнем с того, что у США наземных установок для “Томагавков” в принципе не так много. Они приступили к их производству совершенно недавно.

Но с другой стороны, если говорить о демонстрации силовой акции и о том, как терпение у Трампа заканчивалось уже окончательно, несмотря на год вечных карт-бланшей, которые он давал Путину, и возможности тянуть время, то, по сути, весь 2025 год — это выписывание жирных авансов Путину и невозможность Путина показать обещанный успех за год перед Трампом. Возможно, в Анкаре они эту тему и затрагивали. И Путин наверняка пообещал решить территориальный вопрос к концу этого года, но не получается.

ДМИТРИЙ ЛЕВУСЬ: Заявления о бессилии Белого дома — это лукавство

— Ранее даже гипотетическая возможность передачи “Томагавков” сработала так, что Путин звонил Трампу, шел как будто бы на уступки, и все выливалось в возможную встречу в Будапеште. То есть это действительно работает. А реальная передача ракет сработала бы еще существеннее.

Но я думаю, пока что это все-таки достаточно маловероятно. Кстати, тот же Грэм говорит и о других вещах. И на самом деле механизмов влияния на Россию еще хватает.

Когда кто-нибудь заявляет о том, что, мол, у Белого дома нет механизмов влиять на Россию, это неправда, мягко говоря, лукавство. Например, объявление России страной-спонсором терроризма было бы действенным, тем более сейчас, после слушаний по депортации и похищению украинских детей российскими оккупантами. Есть, конечно, и другие варианты, которые действенны, помимо предоставления оружия, помимо расширения номенклатуры вооружений, о чем тоже идет речь.

Мы уже видели, что когда, например, Конгресс принимает законопроекты, где, казалось бы, подпись Трампа не требуется, они все равно в своем практическом воплощении не могут быть настолько сильными, если это не согласовано между ветвями власти. Поэтому я думаю, что маловероятно, что мы вообще увидим такое радикальное решение в одном случае. В другом случае у Трампа все-таки есть достаточно большая широта маневров.

Мы видели это на примере санкций против российских нефтяных компаний “Лукойл” и “Роснефть”. Он может их вводить, а затем существует множество механизмов, которые позволяют где-то ограничивать их применение, уменьшать их действие, делать исключения, как, например, для того же премьера Венгрии Виктора Орбана. 

Поэтому более жесткие действия были бы логичны, поскольку это даже для самого Трампа открывало бы дополнительную свободу маневра. Но мы видим, что пока такого решения нет.

Читайте также: План мира из 20 пунктов: шаг к завершению войны или пауза перед новым кризисом — мнения экспертов