Сегодня в 17:47
Долгое время считалось, что Чернобыльская атомная электростанция находится в относительной безопасности и больше не несет прямой угрозы миру. Однако после полномасштабного вторжения России ситуация изменилась.
14 февраля 2025 года российский ударный беспилотник “Герань-2” атаковал арку нового безопасного конфайнмента над разрушенным 4-м энергоблоком ЧАЭС. Взрыв нарушил герметичность защитной оболочки, повредил антикоррозийную защиту и критические системы объекта.
Спустя 40 лет после катастрофы Чернобыль остается символом того, к чему приводит безответственное отношение к ядерной безопасности.
Тогда масштабы трагедии скрывали, сегодня по объектам атомной инфраструктуры наносят удары. Украина пытается предотвратить новую катастрофу, усиливает защиту объектов и требует международного давления на Россию.
Но пока продолжаются удары по ЧАЭС и оккупация ЗАЭС, приходится признать: урок Чернобыля Москва так и не выучила.
Ядерная угроза возвращается: как удары России по Украине ставят под удар безопасность Европы
“Основные риски — это военные риски, потому что над зоной отчуждения, в том числе над объектами Чернобыльской АЭС, периодически пролетают беспилотники и ракеты. И то, что мы видим сейчас, после атаки 14 февраля прошлого года, оно может повториться, и последствия могут быть гораздо хуже”, — говорит Денис Хоменко, заместитель директора по технической эксплуатации ЧАЭС.
После начала полномасштабной войны в 2022 году российские войска оккупировали Чернобыльскую АЭС и удерживали персонал станции.
“Наше руководство спросило, кто может продолжить работу на станции — исключительно по желанию. Желание изъявили не все. Но мы согласились”, — рассказал начальник смены объекта “Укрытие” Сергей Боков.
После ухода оккупантов станция осталась частично разрушенной, а центральная аналитическая лаборатория была разграблена.
Арка над четвертым энергоблоком была введена в эксплуатацию в 2019 году при поддержке G7, ЕС и международных доноров. На ее строительство потратили около 2 млрд долларов, а срок службы оценивали в 100 лет.
Теперь объекту необходим срочный и дорогостоящий ремонт.
“Если работы не будут начаты к 2030 году, возникнет риск коррозии, конструкция будет разрушена, что создаст угрозу ядерной безопасности”, — отмечает президент ЕБРР Одиль Рено-Бассо.
По оценкам ЕБРР, полное восстановление может стоить до 500 млн евро. Франция уже выделила 10 млн евро на первоочередные работы.
Эксперты предупреждают: под поврежденной конструкцией остаются тысячи килограммов высокорадиоактивной пыли и ядерного топлива. В случае обрушения последствия могут затронуть не только Украину.
“Такие объекты не проектируются на попадание дронов, снарядов, крылатых ракет”, — подчеркнул бывший глава Госинспекции ядерного регулирования Украины Григорий Плачков.
Катастрофа 1986 года и ее последствия
26 апреля 1986 года на 4-м реакторе ЧАЭС произошла крупнейшая техногенная катастрофа в истории человечества. Два взрыва привели к выбросу огромного количества радиоактивных веществ в атмосферу.
По оценкам ученых, было выброшено около 11 тонн ядерного топлива. Радиационное загрязнение затронуло не только Украину, но и Беларусь, Польшу, Германию, Австрию, Нидерланды, Великобританию, Латвию и Финляндию.
Из зоны поражения эвакуировали десятки тысяч людей. Припять, где жили 44,5 тыс. человек, превратилась в город-призрак.
Более 600 тыс. ликвидаторов участвовали в борьбе с последствиями аварии, многие ценой собственного здоровья и жизни.
Советская власть долго скрывала масштабы трагедии, а жителей не предупреждали о реальной опасности. Даже после аварии людей выводили на массовые мероприятия, включая первомайскую демонстрацию.
От Чернобыля до Запорожья: Россия приближает новую атомную катастрофу
Россия создает ядерные риски не только в Чернобыле, но и на Запорожской АЭС, которую оккупировала в 2022 году. МАГАТЭ фиксирует там присутствие тяжелой техники и регулярные угрозы безопасной эксплуатации.
“Нам нужен мир, нам нужно спокойствие. Ни одна атомная электростанция не может работать под угрозой каких-либо насильственных действий или атак”, — заявил гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси.
Президент Украины Владимир Зеленский подчеркнул, что ЗАЭС должна вернуться под контроль Украины.
“Для безопасной эксплуатации станция должна вернуться под руководство лицензированного оператора и ядерного регулятора Украины”, — написал он в Telegram.
Украина, Литва, Эстония и другие страны призывают усилить санкции против российской атомной отрасли и “Росатома”.
“Мы не должны допустить, чтобы история повторилась. Введите санкции против “Росатома”, — заявил президент Литвы Гитанас Науседа.
В МИД Украины также настаивают на полной международной изоляции российской атомной отрасли.
Атом — под прицелом: что говорят эксперты
О том, насколько высока вероятность ядерной катастрофы, которая начнется именно в Украине, в эфире телеканала FREEДОМ рассуждали:
Марк Железняк, профессор Института радиоэкологии университета Фукусима (Япония) и Олег Постернак, политтехнолог, руководитель Центра политической разведки.
МАРК ЖЕЛЕЗНЯК: Реальной угрозы повторения Чернобыля сейчас нет
— Ситуация, которая сейчас существует, волнует всех — это состояние нового безопасного конфайнмента. Напомню, что разрушенный четвертый блок ЧАЭС сейчас накрыт двумя оболочками.
Существует так называемый саркофаг — бетонная конструкция, которая сооружалась в 1986 году на моих глазах. Эта конструкция не пострадала от удара. Над ней построен новый объект — так называемый новый безопасный конфайнмент, огромная металлическая арка, самое большое передвижное сооружение в мире. Передвижное — потому что строилась она рядом, а потом надвигалась на объект.
Он нужен для решения двух задач. Первая задача — защищать старую бетонную конструкцию, в которой за все эти годы после аварии появились трещины, куда попадали дожди и вода. Первая функция — это предохранение старого бетонного саркофага от непосредственного воздействия внешней среды.
Но вторая функция, уже на перспективу, — быть крышей для будущей разборки этого конфайнмента.
Что произошло? Удар пришелся по этой металлической конструкции, там было около 40 кг взрывчатки. При этом совершенно неожиданным для всех оказался эффект возгорания теплоизоляции, которая была проложена между двумя слоями металлической конструкции.
Вследствие мы получили отверстие в оболочке, нарушена ее целостность, но не нарушено состояние основной конструкции.
Пожар загорелся, грубо говоря, из-за того, что воспламенилась стекловата, которая не должна была гореть. Однако поставщиками был использован горючий материал, и длительное время шел пожар между двумя слоями металлической оболочки. В результате пожар тушили, заливали водой, и там произошли различные технические нарушения.
Что имеем на сегодня? По оценкам доноров, а построено это было за счет многих стран мира, начальная стоимость составляла порядка 1 млрд евро, а финальная стоимость оказалась значительно выше.
Чтобы восстановить все до первоначального состояния, потребуется длительное время и достаточно большие вложения. Как ни парадоксально, небольшой дрон привел к колоссальным финансовым потерям. Но это мелочи.
Главное, что нет реальной опасности того, что это повреждение приведет к какому-то немедленному выбросу и новому Чернобылю.
Основная опасность всегда рассматривалась в том, что если происходит разрушение, часть радиоактивной пыли может подняться вверх. Условно говоря, если в строение попадает метеорит, возникает облако пыли. В наших сегодняшних условиях, к сожалению, намного выше вероятность того, что это будет не метеорит, а ракеты класса “Калибр” или “Циркон”.
Сегодня почти невозможно, чтобы было выброшено что-то существенно новое, даже если реализуется худший фантастический сценарий. В этом случае поднимется облако пыли, которое повлияет на ситуацию на ближайшей площадке станции. Но мощность такого взрыва несопоставима с мощностью первоначального чернобыльского взрыва.
Чернобыльский взрыв поднял огромные массы на большую высоту. Даже удар тяжелой ракеты приведет лишь к тому, что это облако пыли поднимется на сравнительно небольшую высоту и, скорее всего, осядет в основном в 10-километровой зоне.
Реальной угрозы повторения чего-то подобного сейчас из-за чернобыльского саркофага, даже в случае боевых действий, нет.
Фактически никто не мог предположить, что армия одной страны захватит атомные станции другой страны и будет их бомбардировать. Поэтому сейчас накапливается совершенно новый опыт. Естественно, опасность для мира существует. Развитие таких сценариев в любом случае опасно. И то, что говорит президент Зеленский, обращаясь к мировому сообществу, абсолютно оправдано.
Однако давайте посмотрим объективно: как мировое сообщество может это остановить? Фактически только военным давлением на Россию. Потому что, как уже показали уроки войны, существующие механизмы, в первую очередь МАГАТЭ — структуры, созданной для повышения ядерной безопасности в мире, — не могут сработать.
У МАГАТЭ есть две функции. Первая — это распределение опыта, тренировки, правильные измерения для повышения ядерной безопасности атомных станций.
Но изначальная и главная задача — это предотвращение распространения ядерного оружия и контроль за ним.
Фактически страны, входящие в клуб атомных государств, включая СССР, наследницей которого, к сожалению, стала Россия, создавали МАГАТЭ именно для того, чтобы контролировать, чтобы ядерное оружие не распространялось за пределы этого клуба.
Северную Корею не удержали, еще несколько стран тоже, тем не менее сегодня именно эта задача остается основной.
Россия нарушила все мыслимые правила цивилизованного поведения: напала на соседнюю страну, оккупировала станции. МАГАТЭ должно было бы немедленно ее исключить. Но этого не происходит не потому, что есть какой-то значительный финансовый вклад России. Он есть, но он ничтожен и ни на что не влияет.
Это происходит потому, что пока Россия остается членом МАГАТЭ, сохраняется возможность удерживать ее хотя бы в некоторых цивилизованных рамках в части нераспространения ядерного оружия и контроля.
Ее исключили бы завтра, если бы не опасались, что тогда контроль будет окончательно потерян, и Россия сможет передавать ядерное оружие своим прокси. Поэтому получилось так, что этот механизм не работает.
Хорошая новость для Украины: буквально на днях был заключен меморандум между МАГАТЭ и Украиной. Он показывает, что МАГАТЭ настроено на поддержку ядерной безопасности Украины и ведет соответствующую работу. Но нужно понимать, что именно фактор нераспространения не позволяет исключить Россию.
Поэтому реально ядерную безопасность может защитить только армия Украины, вооруженная правильным западным оружием, может остановить агрессию. Это и будет самым верным способом обеспечения ядерной безопасности мира.
Самая хорошая новость в том, что Запорожская станция сейчас не работает. Существует два режима опасности: авария на работающей станции, когда идет ядерная реакция, вырабатывается энергия, и второй режим — когда станция находится в состоянии остановки. То есть топливо в ней остается, оно не выгружено, но медленно остывает.
Поэтому возможные аварийные ситуации сейчас там в принципе ограничены и значительно менее масштабны, чем если бы станция работала. Опасность заключается в том, что у России есть четкие планы подключения Запорожской станции к энергосистеме России и запуска этих блоков.
Естественно, Украина этому сопротивляется, как может. Но опять же, это вопрос не только радиационной безопасности, а прежде всего военной. Население будет предупреждено моментально при любой начальной опасности.
Расчеты позволяют показать, куда дует ветер, куда нужно правильно эвакуироваться, а не так, как это было после Чернобыля. Поэтому страна делает все возможное для поддержания радиационной безопасности.
ОЛЕГ ПОСТЕРНАК: Деоккупация АЭС военным путем — это крайне опасная авантюра
— К сожалению, в годовщину страшной трагедии Чернобыля мы вынуждены констатировать, что сдерживающей исторической памяти о Хиросиме, Нагасаки и Чернобыле сегодня нет. И уровень ядерной тревожности на самом деле крайне высок.
Я приведу небольшой пример. За основу можно взять поведенческие данные, которые есть в системе Google Trends. То есть количество запросов со словосочетанием “ядерная война” по 100-балльной шкале в 2025 году соответствовало примерно 20, в то время как уже в начале 2026 года — 35.
То есть это не просто фоновая тревожность в результате новостей, это, по большому счету, реактивная тревожность, которая отражает соответствующие настроения.
И она, безусловно, исходит от главного источника — злоупотребления ядерной тематикой со стороны РФ.
Россия склонна перейти эту черту, эту границу в отношении применения тактического или стратегического ядерного оружия в силу разных факторов. Но, тем не менее, заставить Россию прекратить ядерную риторику в качестве информационно-психологических игр невозможно.
Для Кремля, для путинского режима это способ пугать, способ сеять панику, способ держать в страхе, способ показывать свою мнимую важность. А более решающую роль в сдерживании и охлаждении России хотя бы на уровне риторики играет Китай.
За последние четыре года полномасштабной войны против Украины Китай в этом плане проявил весьма конструктивную, разумную и рациональную роль. По негласным сигналам он мог в Москве выступать фактором, который не позволял усугублять ситуацию.
Дополнительным фактором риска стала новая ядерная доктрина России с изменениями формулировок. Это, конечно же, и прекращение действия договора о сокращении стратегических наступательных вооружений. Все это создает определенный дисбаланс и неясные перспективы: а что, собственно, дальше в теме ядерного сдерживания?
Потому что для Европы это тоже особый вызов в связи с натянутыми отношениями между США и европейскими странами, внутри НАТО, а также заявлениями Трампа, в том числе касающимися поддержки европейских стран в случае атаки со стороны РФ на страны ЕС.
Деоккупация Запорожской АЭС военным путем практически невозможна. В нынешних условиях и при существующем военном соотношении это нереально и крайне опасно. Это непродуманная авантюра. Единственное, как это теоретически можно было бы осуществить, — с помощью какой-то ограниченной специальной операции, по примеру отдельных зарубежных сценариев.
Но это потребовало бы совершенно других ресурсов и иных условий. Не стоит забывать, что россияне, когда теряют преимущества или становятся уязвимыми, склонны к нелогичным, нерациональным, импульсивным и агрессивным действиям.
Что касается дипломатической деоккупации, это более разумный и правильный путь.
В принципе, этот пакет договоренностей фиксировался как в мирных программах Трампа, так и в ходе переговорного процесса. Последнее время большинство позиций сосредотачивалось вокруг темы отвода войск из Донбасса. Точнее, сосредотачивалось, потому что в марте и апреле динамика мирного урегулирования по украинско-российскому вопросу крайне ослабла — как по объективным, так и по субъективным причинам.
Таким образом, тема ЗАЭС где-то перестала фигурировать как отдельная проблемная тема еще до конца февраля.
Но это вовсе не означает, что стороны пришли к какому-то взаимовыгодному решению.
Украина тогда предлагала передать контроль над ЗАЭС американцам. Но далее возникает вопрос распределения электроэнергии, безопасности станции и общей архитектуры контроля.
И не только ЗАЭС и ЧАЭС нужно вспоминать. Нарушалась безопасность и Ровенской, и Южноукраинской, и Хмельницкой АЭС. Неоднократно дроны и ракеты пролетали очень близко рядом с этими объектами. Каждый ракетный обстрел Одесской, Николаевской, Хмельницкой, Волынской и Ровенской областей всегда сопряжен с рисками, когда неосторожное действие может привести к колоссальной ядерной катастрофе.
Ядерные технологии в мирных целях, в энергетических целях всегда были оправданы. Это один из самых дешевых видов энергии, но одновременно, как мы видим по ситуации в Украине, и один из самых опасных. Тем не менее в период энергетической турбулентности, в который вступает не только Европа, тема мирного атома становится критически важной.
Читайте также: Либо полноценное членство, либо ничего: эксперты о перспективах евроинтеграции для Украины в условиях войны
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
