Украина внутри коллективной обороны: что означает участие в отработке статьи 5 НАТО

Украинские эксперты впервые приняли участие в отработке механизмов статьи 5 Североатлантического договора в рамках учений Loyal Dolos 2025. Таким образом Украина фактически подключается к архитектуре коллективной обороны Альянса. Об этом сообщил Генеральный штаб Вооруженных сил Украины.

Украина впервые подключилась к механизмам статьи 5 НАТО

Учения Loyal Dolos 2025 направлены на оценку боевых возможностей подразделений Альянса. В них были задействованы около 1 500 военнослужащих и гражданских специалистов, которые отрабатывали различные сценарии в ряде локаций по всей Европе.

“Участие в учениях украинских экспертов имеет стратегическое значение для нас, поскольку впервые представители Украины были вовлечены в отработку механизмов коллективной безопасности Альянса. Это способствовало признанию Североатлантическим советом Украины как одного из опытных участников системы региональной безопасности и пониманию важности взаимодействия с Силами безопасности и обороны Украины”, — подчеркнули в Генштабе ВСУ.

Параллельно Украина расширяет военно-техническое сотрудничество с партнерами. Осенью 2025 года Великобритания заявила о намерении подписать с Украиной соглашение о совместной разработке и производстве передового вооружения. Первым проектом станет дрон-перехватчик для противовоздушной обороны Project Octopus. Его серийное производство планируют развернуть в Великобритании с выпуском тысяч единиц в месяц для передачи Украине.

Кроме того, в конце ноября 2025 года министры обороны Украины и Норвегии подписали соглашение о совместном производстве беспилотников. В 2026 году стороны намерены оперативно запустить пилотную производственную линию и одновременно работать над масштабированием мощностей.

“Украина поделится с Норвегией своим опытом и инновациями. В свою очередь, мы получим сильную производственную площадку, которая обеспечит наших воинов современными дронами, а также научно-исследовательское и конструкторское сотрудничество с ведущими норвежскими учреждениями”, — заявил министр обороны Украины Денис Шмыгаль.

Такие инициативы рассматриваются как пример глубокой кооперации, которую Украина выстраивает с партнерами для усиления общей обороноспособности демократических стран.

“Подобного опыта современной войны не имеет ни одна другая армия Европы. Поэтому со стороны ЕС было бы очень большой ошибкой не интегрировать безотлагательно испытанные в бою украинские способности. Нам нужна такая интеграция уже сейчас, не через 10 или более лет”, — отметил еврокомиссар по вопросам обороны и космоса Андрюс Кубилюс.

Эксперты подчеркивают, что украинский боевой опыт уже становится одним из ключевых элементов европейской безопасности. За годы полномасштабной войны Украина продемонстрировала способность наносить удары по стратегическим объектам РФ в глубоком тылу, уничтожать стратегические бомбардировщики и существенно влиять на боеспособность Черноморского флота РФ.

По словам начальника Главного управления разведки Минобороны Украины Кирилл Буданов, украинский опыт современной войны, от применения беспилотников до киберобороны, сегодня изучают военные теоретики, инженеры и разработчики ведущих стран мира. Именно этот опыт, по его оценке, формирует основу будущей коллективной защиты.

“Мы очень благодарны нашим американским партнерам и всем нашим союзникам, которые поддерживали нас на протяжении всей этой войны оружием и техникой. Мы надеемся, что они продолжат оказывать нам всестороннюю поддержку. Но мы также надеемся, что наши европейские партнеры и союзники, если потребуется, будут готовы предоставить все необходимое для нашей справедливой войны против агрессора. Потому что сейчас мы защищаем не только себя, но и всю Европу. И для всех европейцев крайне важно, чтобы мы продолжали это делать, потому что если нас здесь не будет, другие будут вынуждены воевать в Европе”, — акцентировал главнокомандующий ВСУ Александр Сырский.

Тем временем начальник Генштаба обороны Италии Лучано Портолано заявил, что его страна продолжает оказывать Украине военную помощь. Он также обратил внимание на трансформацию современных угроз, подчеркнув, что оборона сегодня выходит за рамки исключительно поля боя и напрямую касается граждан, которые должны быть активной частью системы коллективной безопасности.

Не через десять лет: почему ЕС нужен украинский военный опыт уже сейчас

Отработка механизмов статьи 5 с участием Украины стала знаковым прецедентом для Альянса и Европы. Но готова ли Европа интегрировать украинские способности немедленно, а не в отдаленной перспективе? На эту тему в эфире телеканала FREEДOM рассуждали: политтехнолог Екатерина Одарченко и Денис Кузьмин, эксперт Центра международных исследований ОНУ им. И.И. Мечникова.

ЕКАТЕРИНА ОДАРЧЕНКО: Членство Украины в НАТО — это не вопрос одного дня

— Само членство Украины в НАТО — это не вопрос одного дня. Даже при наличии политической воли согласование и синхронизация законодательства требуют времени. Поэтому такие форматы сотрудничества и с НАТО, и с другими альянсами в сфере безопасности являются теми механизмами, в рамках которых мы можем и будем сотрудничать.

Существует немало стран, которые стратегически работают с Соединенными Штатами и западными партнерами в сфере безопасности, например, Израиль или Тайвань. Эти государства используют разные векторы и вариации такого сотрудничества. С точки зрения гармонизации законодательства и лоббирования украинских интересов в этих структурах очевидно, что это не вопрос одного дня. Именно поэтому такие учения являются уже практическим инструментом, который используется сейчас, и это действительно историческое событие.

Есть одна публичная позиция, согласно которой Соединенные Штаты должны в меньшей мере финансировать внешнеполитические альянсы, а также звучала критика НАТО за необходимость внутренних реформ. Это справедливо как для НАТО, так и для Европейской комиссии или любой крупной бюрократической структуры. Особенно для НАТО, которое постоянно проводит учения, но при этом до последнего времени не сталкивалось с масштабной открытой войной в Европе. Последняя подобная ситуация была на Балканах, когда НАТО вмешалось напрямую.

ДЕНИС КУЗЬМИН: Опыт Украины стал ключевым элементом обороны европейского фланга НАТО

— Европейская безопасность — это и Украина, и НАТО, и Евросоюз как единое целое. Только в таком формате она будет работать. С полным членством в НАТО или находясь на пути к этому членству — это уже вопрос дополнительный.

Сейчас страны Альянса, пока идут переговоры, демонстрируют готовность Европы выступать подкрепляющим фактором украинской позиции. Это самое главное. 

Вынесение части производства и укрепление собственной безопасности европейского фланга НАТО таким вооружением и такими отлаженными механизмами, в которых нет прямой зависимости от вооруженных сил Соединенных Штатов, усиливает именно европейский фланг.

Тем самым демонстрируется, что Европа — это, конечно, не Соединенные Штаты, но существенный фактор силы, который страна-агрессор должна учитывать. Поэтому наличие долгосрочных проектов эшелонированной обороны, тем, чем, собственно, и занимается НАТО, означает, что в случае агрессии, даже если она произойдет на территории стран Альянса, всегда существуют планы действий: что делается в первые сутки, трое суток, семь дней, откуда и какие подразделения могут быть переброшены. В частности, по современным вооружениям опыт Украины действительно бесценен.

Укрепление даже только сферы обороны и безопасности стран ЕС или европейской части фланга НАТО — это уже укрепление украинского тыла. Это и есть один из элементов гарантий безопасности. Потому что все говорят: дайте нам гарантии. На бумаге можно написать все что угодно. Но когда противник видит наличие конкретных мер, и этого никто особенно не скрывает, что будет в случае удара, когда уничтожено одно производство, а в Европе уже существует другое, — это меняет расчеты.

Подразделения могут находиться и не на территории Украины, но они готовы выступить в защиту собственной территории, тем самым предоставляя Украине дополнительные стратегические возможности. Это пока еще недостаточные, но уже действенные меры, которые можно называть гарантиями безопасности.

Потому что гарантия безопасности — это всегда сложный комплекс политических, военных и экономических мер, которые противник вынужден учитывать. Именно этот комплекс снижает мотивацию к агрессии, когда планы вторжения откладываются или вообще отменяются. Так и работают гарантии. 

Прописать их на бумаге можно в любой момент, но сейчас европейские страны, пусть и достаточно медленно, демонстрируют практические меры, показывающие противнику наличие глубинной системы обороны. Украина имеет этот тыл не на бумаге, а на практике.

Пятая статья применялась только один раз — после атаки на башни-близнецы 11 сентября. Тогда необходимости в задействовании европейских Вооруженных сил для защиты территории США не было, однако каждый раз разрабатывается отдельная операция и отдельные меры. Все страны должны единогласно проголосовать: это может тянуться неделями, а может быть решено за два часа. Даже одна страна способна заблокировать решение, и только после единогласного голосования пятая статья вступает в силу.

После этого каждая страна демонстрирует, какие действия она готова предпринять. После 11 сентября было принято решение о проведении операции в Афганистане, и к ней присоединились все. Ее поддержала и Организация Объединенных Наций, поэтому начало операции было легитимным с точки зрения международного права. 

Одни страны выделяют финансы, другие — вооружение. Если театр военных действий находится на Европейском континенте, неслучайно существуют подразделения различных стран в странах Балтии, Польше и Румынии. Там присутствуют американцы, канадцы, британцы. Их немного, но, например, в Литве размещена достаточно мощная по местным меркам немецкая бригада.

Это означает, что в случае вторжения российских войск этим подразделениям в первые минуты будет отдан приказ действовать. Вопрос о сдаче или эвакуации, судя по нынешней политической обстановке, не стоит. В случае агрессии, например, против Эстонии или Латвии, это будет означать прямое столкновение с немецкими, британскими и канадскими солдатами, а также с американскими, британскими и нидерландскими самолетами F-35 и F-16.

Совместное патрулирование и разведка с использованием этих самолетов, которые летают вдоль границ НАТО, обеспечивают и нас всей необходимой военной разведкой. Все эти меры, во-первых, направлены на предотвращение самой агрессии, а в случае ее начала именно они принимают на себя первый удар. Дальнейшие действия уже зависят от политических решений и переброски войск.

Сейчас особое внимание уделяется современным средствам защиты. Неслучайно речь идет о дроновом производстве. Такие страны, как Нидерланды и Норвегия, способны использовать украинский опыт и наладить собственное производство. 

Последние гибридные атаки российскими дронами на территории Польши показали, что поднимать F-35 из Нидерландов для наблюдения и перехвата дронов над Польшей — крайне нерационально. В случае массированной атаки это просто невозможно.

Поэтому европейские страны заинтересованы не только в том, чтобы Украина продолжала защищать европейские рубежи, но и в наращивании собственного производства и совместных поставок современных вооружений вместе с Украиной.

Читайте также: НАТО перестает жить в “мирном времени”: какие оборонные трансформации происходят в Европе — анализ экспертов