Турция предлагает обновленный формат: готова ли Россия к реальному разговору о мире

Турция выступила с инициативой возродить переговоры между украинскими и российскими представителями в Стамбуле, расширив их повестку. В Анкаре рассчитывают, что обновленный формат и поддержка союзников смогут вернуть процесс к содержательному обсуждению мира. Это важный политический сигнал: и Киев, и ключевые партнеры снова делают ставку на диалог и поиск путей к справедливому и устойчивому миру. Москва, впрочем, по-прежнему не демонстрирует готовности идти на компромиссы. Российская делегация ранее выдвигала многочисленные обвинения, апеллировала к псевдоистории и озвучивала требования, не имеющие реальных оснований. 

Перезапуск стамбульских переговоров: сможет ли давление США изменить позицию Кремля?

19 ноября Владимир Зеленский посетил Турцию и провел переговоры с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом. Этот визит возвращает Анкару в центр дипломатических усилий, ведь именно она предлагает площадку для перезапуска диалога о мире. На повестке были возвращение России за стол переговоров и конкретные договоренности по обмену военнопленными. 

Международные медиа отмечают, что Киев намерен использовать давление Вашингтона на Москву, чтобы сдвинуть замороженный процесс. Кремль заранее объявил, что представителей РФ на встрече не будет, однако намерен внимательно отслеживать ее итоги.

Еще на прошлой неделе замглавы МИД Украины Сергей Кислица заявил, что переговорный трек фактически застопорился. В интервью The Times он напомнил, что встречи в Стамбуле 16 мая, 2 июня и 23 июля превратились в имитацию процесса: российская сторона избегала обсуждения конкретных шагов, отрицала украинскую идентичность и предлагала создавать группы в мессенджерах для видимости продвижения. При этом российские переговорщики отклоняли даже идею временного прекращения огня.

“Россияне постоянно уходили от обсуждения сути. Вместо этого они предлагали создавать рабочие группы и чаты в WhatsApp, чтобы обмануть американцев, создав видимость прогресса, и избежать новых санкций. В нормальных переговорах обе стороны выкладывают свои аргументы на стол, ищут точки пересечения, определяют, где серая зона, а где — неприемлемые позиции. До этого этапа мы так и не дошли. Кроме того, они контролируют друг друга и докладывают, насколько жестко каждый из них отстаивал позицию”, — рассказал Сергей Кислица.

Тем не менее за последнюю неделю ситуация изменилась. На уровне ЕС усилилось движение в сторону передачи доходов от замороженных российских активов на “репарационный кредит” Украине — министры финансов дали этому концепту фактическое одобрение. Параллельно посол США в НАТО Мэтью Уитакер призвал союзников действовать еще решительнее. Существенно усилились и санкции США: ограничения против “Роснефти” и “Лукойла” уже лишают РФ миллиардных доходов. Кроме того, президент Дональд Трамп заявил о готовности поддержать новый законопроект, усиливающий давление на Кремль.

“Законодательство позволяет Дональду Трампу по своему усмотрению вводить вторичные санкции и тарифы против стран, которые продолжают покупать дешевую российскую нефть и газ, поддерживая военную машину Путина. Этот закон предназначен для того, чтобы дать президенту Трампу больше гибкости и власти, чтобы вынудить Путина сесть за стол переговоров, воздействуя как на Путина, так и на страны, поддерживающие его, например, на Иран. Я ценю сильную двухпартийную поддержку этого закона как в Палате представителей, так и в Сенате”, — написал в соцсети Х сенатор Линдси Грэм.

Перед визитом в Турцию Владимир Зеленский посетил Францию, Грецию и Испанию, заручившись дополнительной поддержкой партнеров. В Афинах стороны согласовали запуск нового газового коридора и поставки СПГ из США с 2026 года. В Мадриде подписали соглашения о помощи на 615 млн евро, направленной на усиление ПВО и восстановление разрушений. Париж согласился предоставить истребители Rafale F4, ПВО SAMP/T, ракеты и радары, а также развивать совместное производство вооружений. Десятилетний план сотрудничества предусматривает передачу Украине первой партии самолетов из имеющихся французских запасов.

Эти договоренности усилили позиции Украины накануне возможного перезапуска переговоров. Они демонстрируют, что Киев возвращается к диалогу с обновленной и твердо выраженной поддержкой союзников. Для Москвы это однозначный сигнал: разговоров об “усталости Запада” от Украины больше не воспринимают всерьез. Европейские страны подчеркивают, что укрепление обороны Украины — часть их собственной безопасности.

Дополнительный сигнал поддержки Украина получила и от США: в Киев прибыла высокопоставленная делегация Пентагона во главе с министром армии Дэном Дрисколлом и главой штаба армии Рэнди Джорджем. Они намерены провести встречи с украинскими военными и руководством, включая президента Зеленского. Американские медиа отмечают, что Трамп стремится ускорить дипломатический процесс и рассчитывает на эффективность военного посредничества.

Украина запускает новый раунд дипломатии в Турции, опираясь на консолидацию международной поддержки и нарастающее давление США на Кремль. Киев надеется, что объединенная позиция партнеров создаст необходимые условия для реального продвижения к миру, ведь ежедневно Россия продолжает убивать мирных жителей, разрушать инфраструктуру и стирать с карты украинские города. Именно поэтому международное давление на Москву остается критически важным.

Санкции, партнеры и Турция: что меняет расстановку сил перед мирными переговорами — мнения экспертов

Какие сценарии могут получить развитие сейчас и как американские санкции влияют на позицию РФ — на эту тему в эфире телеканала FREEДОМ рассуждали: 

• Игорь Петренко, доктор политических наук;
• Вячеслав Потапенко, заместитель директора Национального института стратегических исследований; 
• Алексей Буряченко, кандидат политических наук, глава “Международной ассоциации малых городов”; 
• Георгий Чижов, политолог, руководитель Центра содействия реформам. 

ИГОРЬ ПЕТРЕНКО: Мы готовы говорить о мире, но не готовы к ультиматумам

— РФ демонстрирует максимально деструктивную позицию, и говорить о том, что мы к чему-то куда-то двигаемся, не приходится.

У Украины — четкая позиция, артикулированная президентом Зеленским: мы готовы говорить о мире, мы готовы говорить о форматах, о любых форматах в переговорном процессе абсолютно. Но, очевидно, мы не готовы говорить ультиматумами, которыми только и говорит Российская Федерация. Поэтому единой точки не нашли. 

С другой стороны, мы имеем заявление со стороны Соединенных Штатов Америки, того же Трампа, что он готов быть более активным в вопросе вторичных санкций и поддерживает те законопроекты, которые в Конгрессе. Единственное его главное желание — чтобы он сам решал, когда их вводить и когда их снимать.

И мы видим, что у Трампа есть прагматический интерес использовать санкционное давление не только в вопросе давления на РФ, но и в вопросе тех торговых соглашений, которые он хотел заключить с Индией, Турцией, Китаем и так далее. Поэтому перечень того, что будут обсуждать, понятен. Единственное — какого-то прорыва или прогресса в контексте переговоров с РФ пока нет, и не будет в ближайшее время.

Переговорный трек есть. У переговорщиков от США и РФ есть достаточно широкий перечень тем. Это, безусловно, война в Украине, вопрос торговли, желание Соединенных Штатов Америки оторвать Россию от Китая, вопрос ядерной безопасности, стратегических вооружений, Арктика и так далее. Перечень достаточно широкий, но есть четкая позиция Украины. Мы показали, что давить на нас можно, но не факт, что это будет давать результат.

США как минимум в публичном пространстве снизили градус заявлений о том, что мы должны отдать четыре области и так далее. Это сейчас не лежит на повестке дня. С другой стороны, трек есть, и какие-то идеи или предложения могут озвучиваться со стороны России, возможно, США.

Но без Украины прийти к какому-то соглашению не приходится. Они могут наработать какие-то предложения, но дальше все равно придется обсуждать с Украиной, с нашими европейскими партнерами. А у нас позиция совместная, согласованная. Это мир через силу, то есть через давление на РФ, когда мы сможем выйти на ситуацию, при которой цена продолжения агрессии будет очень высока для Путина, а к этой точке мы пока не приблизились.

Поэтому должно быть и экономическое давление, и увеличение военной помощи Украине, чтобы менять ситуацию на поле боя. Тогда мы можем выйти на какой-то переговорный трек.

Пока у России нет никаких стимулов. Украина не готова отказаться от оккупированных территорий. Ни Крым, ни Запорожье, ни Донецк, ни Луганск, ни Херсон — этого не будет, поскольку это противоречит международному праву и тому, чего не хочет и значительная часть наших европейских партнеров.

Дальше мы отмечаем, что готовы говорить о мире, но вопрос должен быть о гарантиях безопасности. Они должны быть максимально реальными и давать возможность того, что такая ситуация не повторится, как была в 2022 году и так далее. Со своей стороны мы допускаем, что у них есть какие-то переговорные истории, они о чем-то говорят, но мы делаем свое. У нас успешный визит в Грецию, Испанию, Францию; мы увеличиваем помощь и поддержку, организуем совместное производство морских дронов и обычных дронов, договариваемся о долгосрочных программах закупки истребителей.

Мы ищем новые пути поставок газа, и здесь находим выгоду и для наших партнеров, в том числе США. Это большой перечень того, что мы делаем, несмотря на трек, который может быть между американцами и россиянами. Но Россия и в отношениях с США демонстрирует неконструктивную позицию.

Встреча на Аляске абсолютно ничем не закончилась: были громкие заявления, высокие оценки, а практического результата нет, нет их для Трампа. И время от времени мы видим его раздражение и определенную решимость в готовности продолжать санкционное давление на Российскую Федерацию.

Поэтому мы находимся в точке большой неопределенности, и не видно реальных доказательств готовности к конструктивным переговорам и выходу на широкое политическое урегулирование.

ВЯЧСЛАВ ПОТАПЕНКО: Украина открыта к миру, но Россия делает ставку на обстрелы и дестабилизацию

— Ситуация сложная, и боевые действия продолжаются, идут обстрелы мирных городов. Но в то же время есть надежда на продолжение каких-то мирных переговоров, которые сейчас, по официальным заявлениям Украины, были приостановлены. Однако президент Зеленский заявил, что Украина открыта к мирному процессу и, по заявлениям российских официальных лиц, они пока в таких процессах не участвуют. 

Идут консультации, идут разнообразные встречи на разных площадках, разных экспертов, разных участников процесса. На сегодня нет какого-то решения, которое бы устроило все стороны, и поэтому идут такие разноплановые заявления. Ожидать в какой-то краткосрочной перспективе результата мирных переговоров я бы не стал, но нужно помнить, что консультации есть и они продолжаются.

Россия находится на такой стадии, когда они ставят больше на армию, на военные силы, на обстрелы, на подрыв внутренней стабильности в Украине, на подрыв украинской инфраструктуры и энергетики, на дестабилизацию в стране. Эта ставка сохраняется и, судя по всему, есть определенные политические силы в России, которые считают, что таким образом можно достичь успеха и приблизиться к своим целям.

Поэтому мирный процесс идет очень плохо. Переговоры как таковые не ведутся. Но консультации были, есть и будут.

АЛЕКСЕЙ БУРЯЧЕНКО: Мир через силу — единственный путь заставить Россию сесть за стол переговоров

— Пока каких-то ощутимых и знаковых результатов давления как европейских, так и американских партнеров на Путина и на РФ нет. То есть, как по мне, нужно делать то, о чем всегда говорила Украина, о чем говорил наш президент Владимир Зеленский: продолжать давление на агрессора. Конкретное милитарное давление, санкционное давление должно приблизить мир через силу. То есть, по сути, заставить представителей РФ и непосредственно президента Путина сесть за стол переговоров на справедливых условиях.

У президента Турции Эрдогана… Когда Стамбул или Анкара являются важной международной площадкой, это повышает значение Турции как регионально значимого игрока, который может находить точки соприкосновения со всеми — с американцами, с европейцами, с Китаем, с РФ. Это место, где сходится много дорог.

Поэтому Турция должна выступить сейчас как сильный драйвер возобновления первого этапа переговорного процесса, выделенного в отдельный трек — по возвращению пленных, потому что общий переговорный процесс действительно стоит на паузе, что логично. Он не приносил и не принес за три тура переговоров никаких ощутимых результатов, кроме возвращения военнопленных. Поэтому тематику выделили в отдельный трек.

Сейчас сложно сказать, будет ли возобновляться в широком смысле переговорный процесс по возобновлению мира, по принуждению РФ к справедливому миру. Если Турция хочет играть важную роль в мирных переговорах, она должна сделать все, чтобы посадить Россию за стол переговоров.

Россия и Путин прекрасно понимают, что долго при текущих и будущих санкциях экономическая ситуация будет ухудшаться. А Трамп прекрасно понимает, что уже весной Путина можно будет брать “тепленьким” и садиться за стол переговоров на других условиях. Стратегия Трампа проста: он выставил свою “красную линию” относительно окончания активных боевых действий по линии разграничения. Эта позиция синхронизирована с Украиной и европейскими партнерами. Он хочет получить именно это, чтобы зафиксировать базовый политический результат — как он делал на Ближнем Востоке.

Я не исключаю, что настанет момент, когда Трамп перейдет от экономических санкций к более милитарному компоненту — к наиболее жесткому варианту, который лежит на его политическом столе, включая вопрос передачи Украине F-16, чтобы быстро и в понятный для Путина способ решить вопрос.

Путин же трансформировал свою стратегию: от аплодисментов Трампу в начале 2025 года до стремления затянуть процесс до промежуточных выборов 2026 года, чтобы ослабить давление на внешнем контуре. Сейчас есть первое окно — условно до Рождества — прекратить огонь через давление наших партнеров, прежде всего, США на РФ. Следующее окно откроется в первой половине 2026 года. Тем не менее санкции уже работают. 

ГЕОРГИЙ ЧИЖОВ: Стамбул — это хорошая площадка для переговоров о возвращении пленных 

— Гарантий, [что новые переговоры в Стамбуле не станут провалом], конечно, никаких нет. Но все-таки лично для меня Стамбул звучит немножко лучше, чем Будапешт. Все-таки Турция — реальная площадка [для переговоров]. Понятно, что можно долго говорить о моральной, в том числе, позиции турецких властей, которые пытаются быть своими парнями и для Киева, и для Москвы, но что делать. С другой стороны, площадка для переговоров необходима.

У меня нет никакой уверенности, что россияне готовы сейчас всерьез говорить о мире. Но, по крайней мере, те сигналы, которые подала Украина, в том числе заявив о завершении мирного процесса, явно подстегнули американское руководство все-таки дальше стимулировать этот процесс. В конце концов, президент США Дональд Трамп за столько месяцев своей каденции впервые, наконец, ввел дополнительные санкции против России, и они оказались довольно чувствительными. Глава Белого дома грозится на этом не останавливаться и идти дальше. 

Если Россия предложит какую-то уступку, которая на самом деле окажется полной ерундой, это тоже можно продемонстрировать американским партнерам.

Стамбул приятен Украине еще и тем, что там достигнуто немало договоренностей об освобождении украинских военнопленных и гражданских заложников. Понятно, что это не имеет прямого отношения к переговорам о достижении мира или хотя бы о прекращении огня. Но, тем не менее очень хотелось бы, чтобы Рождество и Новый год как можно больше нынешних украинских пленных встретили со своими семьями. И если хотя бы этого удастся достичь в Стамбуле, значит, не зря потрачены силы, время и авиакеросин, чтобы добраться туда.

Читайте также: Европейское турне Зеленского: Испания и Франция усиливают оборонное сотрудничество с Украиной