Лозунг “вне политики” стал технологией нормализации фашистской политики Москвы в мире, — Марголис

Попытки Москвы отделить культуру и спорт от войны против Украины являются частью целенаправленной пропагандистской стратегии Кремля, направленной на обход международной изоляции и возвращение России на мировые площадки. И для пресечения этого нужны реальные координированные шаги. Об этом сегодня, 6 марта, в эфире телеканала FREEДОМ сказала художница и писательница Екатерина Марголис.

Попытки Москвы дистанцировать гуманитарную сферу от текущей военной агрессии являются частью продуманной пропагандистской кампании, направленной на обход международной изоляции.

“Разумеется, само заявление “спорт или искусство вне политики” — это формула глубоко политизированная, инструментализированная. Она используется для агрессивного движения, агрессивной политики, в том числе военной, через гибридную войну, через гибридные операции и пропагандистские операции. Россия использует это для нормализации своего присутствия, в том числе в Европе, на культурных сценах, в спорте и во всем остальном. Сама эта формула глубоко пропагандистская”, — отметила гостья эфира.

Именно поэтому искусства и спорта вне политики просто не существует, особенно, когда на международных площадках должно быть представлено именно государство. Это было понятно еще в начале полномасштабного вторжения России в Украину.

“Никакого спорта, никакой культуры вне политики, особенно на государственном уровне, на уровне участия в Олимпийских, Паралимпийских играх или присутствия на биеннале, абсолютно невозможно. Это было подтверждено, собственно говоря, заявлением самого руководства биеннале в 2022 году: пока продолжается агрессия против Украины, никакое участие России на государственном уровне с павильоном в биеннале невозможно”, — подчеркнула Марголис.

Использование культуры в качестве гибридного оружия не является новым изобретением нынешнего режима, а представляет собой развитие советских практик. Для Москвы искусство всегда было инструментом отбеливания репутации и экспансии влияния.

“Россия еще со времен Советского Союза и КГБ 1920-х годов всегда использовала культуру как гибридное оружие, как инструментализацию и инструмент отбеливания собственного имиджа. Путин, как наследник этих структур, все это взрастил и только приумножил. Культура всегда была сильным оружием и инструментом власти. Для тех, кто не хочет, чтобы его так использовали, есть возможности дистанцироваться”, — акцентировала писательница.

В условиях войны публичная позиция творческого человека становится определяющим фактором его профессиональной и человеческой идентификации.

“Моя позиция как художника и активиста очень простая: если человек открыто высказался против агрессии, открыто заявил свою позицию — такие представители есть, и они, естественно, уехали. Особенно люди в эмиграции, которые хотят по-прежнему ассоциировать себя с этой идентичностью, с этой культурой и так далее. Люди не выбирают, где им родиться или какой национальности быть, но взрослые люди, тем более публичные художники, выбирают свою публичную позицию и то, как ее артикулировать”, — пояснила Марголис.

Отсутствие четкого и публичного осуждения действий агрессора в течение нескольких лет войны лишает деятелей культуры их статуса независимых творцов, превращая их в соучастников преступлений режима.

“Если человек за четыре года не нашел слов осуждения геноцида, это значит, что он либо играет на стороне агрессора, либо настолько равнодушен, что не очень понятна его роль как художника и публичного лица. В обоих случаях я не вижу таких людей. Они работают либо необязательно декларативно, но просто де-факто работают на нормализацию агрессии, нормализацию войны, нормализацию позиций и политики фашистской Российской Федерации”, — констатировала художница.

По ее мнению, для эффективной борьбы с культурной российской экспансией необходим переход от точечных ограничений к системному контролю всей инфраструктуры влияния РФ в Европе. 

“Безусловно, это касается всевозможных “обществ дружбы”, наследующих советские структуры КГБ, “Русские дома”, структуры “Россотрудничества”, а также университетские департаменты славистики и русистики. Все эти вещи исторически были плацдармом работы КГБ. И КГБ, ФСБ, все остальное работает по тем же методичкам, используя современные средства и достижения технологии, цивилизации”, — прокомментировала Марголис.

Ключевым инструментом противодействия должно стать отслеживание финансовых потоков, которые подпитывают российские нарративы за рубежом.

“Что касается гибридной войны, культурных операций и всего остального, мне кажется, давно пора наладить координацию на европейском уровне. Наряду с точечными, личными санкциями против пропагандистов и открытых путинистов, нужно всегда проверять финансирование и пути обхода санкций. Я бы ввела гораздо более жесткий контроль и на уровне нарративов. Эти нарративы практически всегда финансируются, и это достаточно легко отследить просто по финансовым цепочкам”, — высказала мнение гостья эфира.

https://youtu.be/621REOLGP58?si=psLHoWTWrdmg0VfZ

Читайте также: Чтобы остановить возвращение РФ в мировой спорт, нужен консолидированный бойкот соревнований, — Беленюк