Война как норма: почему Россия не готова к миру без ультиматумов и чем может обернуться сделка с Вашингтоном — прогнозы

Российская армия продолжает интенсивные удары по мирным городам Украины. В начале апреля несколько городов Украины сотрясались от ударов со стороны РФ — агрессор бил ракетами и беспилотниками. Как результат — десятки раненых и погибших украинцев.

Эксперты полагают, что удары по мирным украинским городам, включая Кривой Рог, указывают на нежелание России договариваться о прекращении огня. Вместо этого Москва, по их мнению, стремится использовать возможное перемирие для наращивания атак.

От Кривого Рога до Вашингтона: как Россия превращает диалог в инструмент войны 

Вечером 3 апреля Харьков атаковали шесть дронов-камикадзе. Один из них поразил двухэтажный жилой дом, в результате чего погибли пять человек, 35 получили ранения. 

Разрушены дома, магазины, сгорели автомобили. Пострадавшие рассказывают о трагических потерях — семья с ребенком погибла в одной из квартир, десятки людей остались без жилья.

4 апреля РФ нанесла ракетный удар по Кривому Рогу кассетной ракетой “Искандер”. В эпицентре оказался жилой район с детской площадкой. Погибли 19 человек, из них 9 — дети. Пострадали более 70, 38 остаются в больницах. Поражающие элементы ракеты пробили машины и стены. 

В ночь на 6 апреля по Украине нанесен комбинированный удар: выпущены 23 ракеты разных типов и 109 дронов. В Киеве разрушено здание, где размещались редакции FREEДОМ, “Дом” и других телеканалов. Повреждены студии и серверные, вещание продолжается из резервной площадки. Пострадали три человека.

Посол США Бриджит Бринк отреагировала на ракетный обстрел Украины 6 апреля. Соответствующую публикацию она сделала в соцсети Х.

Бринк опубликовала карту воздушной тревоги в Украине и написала:

 “По состоянию на 6:30 утра Киев и остальная Украина остаются под обстрелом баллистическими и крылатыми ракетами со стороны России. Громкие взрывы в столице и сообщения о нападениях в нескольких городах”.

Примечательно, что дипломат написала — ракеты выпустила именно Россия. Ранее, когда РФ атаковала Кривой Рог, Бринк заявила, что ее ужасает удар по городу, не упомянув в сообщении страну-агрессора. 

По словам президента Владимира Зеленского, за прошедшую неделю против украинских городов и сел, людей РФ выпустила более 1 460 управляемых авиационных бомб, почти 670 ударных дронов и более 30 ракет различных типов.

“Каждый удар — по нашим людям, детям. Они воюют против детей, которые играют на детских площадках. Мои соболезнования всем родным и близким погибших. Спасибо всем нашим службам, кто помогает и спасает украинцев. Такие атаки — ответ Путина на все международные дипломатические усилия. Каждый из партнеров увидел — Америка, вся Европа, весь мир, — что Россия собирается дальше воевать и убивать”, — отметил Зеленский.

Политолог Дмитрий Левусь отметил, что удары по Украине совпали с визитом в США российского переговорщика Кирилла Дмитриева.

“Стоит отметить, что удар по Кривому Рогу произошел на фоне визита переговорщика Путина Дмитриева в Вашингтон, с которого даже специально сняли санкции, чтобы он мог приехать в Соединенные Штаты. На самом деле этот же разговор совершенно замечательно мог состояться в Саудовской Аравии. Поэтому сейчас Путин находится в выигрышной позиции, потому что с ним начали общаться после долгого периода игнорирования западными лидерами”, — отметил эксперт.

Украина призывает мировое сообщество не игнорировать эти преступления. Президент Зеленский вновь подчеркнул важность дополнительных санкций и поставок систем ПВО, отметив договорённости с США о новых батареях Patriot.

Атаки России на украинские города: фон для дипломатии или стратегия давления?  

Почему на фоне переговоров Москва усиливает удары по украинским городам? Какой сигнал посылает Кремль, атакуя Кривой Рог во время визита переговорщика в США? Можно ли говорить о честном диалоге, если одна из сторон системно применяет террор? Почему США выбирают “мягкую стратегию” давления, несмотря на эскалацию? К чему может привести модель “перемирия без победы” — и кто за нее заплатит? На эти и другие вопросы в эфире телеканала FREEДОМ ответили: 

• Михаил Подоляк, советник руководителя Офиса президента Украины; 
• Олеся Яхно, политолог;   
• Игар Тышкевич, политический аналитик;
• Вячеслав Потапенко, заместитель директора Национального института стратегических исследований. 

МИХАИЛ ПОДОЛЯК: У России есть экзистенциальная потребность вести войну

— Соединенные Штаты предлагают переговорную стратегию, предполагающую мягкую риторику в отношении России. Делается все, чтобы не допустить появления в медиа каких-либо резких или оскорбительных высказываний. Хотя очевидно, что Россия систематически нарушает любые договоренности о перемирии или прекращении огня. Более того, она демонстративно игнорирует заявления американской стороны, что вызывает у нее лишь насмешку. Россия понимает, что за этим не стоит никакой реальной стратегии, и относится к таким шагам пренебрежительно.

Тем не менее США упорно продолжают действовать в выбранной логике. И у них, безусловно, есть на это право — они стремятся выстроить продуманную стратегию на фоне тяжелого глобального кризиса.

Что касается Украины — она полностью синхронизирована с США. Да, война длится уже три года, и это тяжело. Да, война истощает глобальные ресурсы и вызывает кризисы. Украина принимает аргументы США и готова следовать их стратегии: поддерживать полное прекращение огня, не наносить удары по критической инфраструктуре, согласовывать списки объектов. Все эти действия Украина реализует в духе партнерства.

Российская Федерация остается предсказуемой. Неоднократно возникала иллюзия, что Москва может измениться. Так, в 2016 году в ту же ловушку попали администрации Обамы, Меркель и Саркози, считая, что можно договориться, а Россия будет соблюдать договоренности. Тогда и сейчас — одни и те же иллюзии.

В действительности у России есть экзистенциальная потребность вести войну. Это страна, в которой война — способ существования. По своему устройству Россия напоминает Северную Корею: военный лагерь, в котором все подчинено идее конфликта. Россия не способна существовать без войны. Но в отличие от КНДР, у Москвы более масштабное представление о глобальной роли и своей миссии.

Россия признает только силу. Любые предложения без подкрепления силой она воспринимает как слабость. Пока нет страха — она будет обещать все: доступ к Арктике, нефть, компенсации за замороженные активы. Но все это — ложь. В действительности Кремль искренне ненавидит США и стремится разрушать их репутацию.

России нужны три вещи:

1. Обнуление чужих репутаций, особенно США. Это делается не за счет превосходства, а за счет наглости и агрессии.
   
2. Время. Время — важнейший ресурс, позволяющий провести милитаризацию и ужесточить внутренний контроль.
   
3. Военный ресурс. Россия активно ищет источники живой силы в нищих регионах. Там легко мобилизовать людей, пообещав им деньги, статус, возможность грабежа и даже “героизацию”.
   

Проблема в том, что у России не хватает высокотехнологичного оборудования, и для ведения войны им нужны деньги и время на перестройку экономики. Поэтому российская переговорная позиция будет всегда выглядеть одинаково: имитация готовности к диалогу, обещания мифических экономических совместных проектов (вроде Арктики), притязания на снятие санкций. Все это делается для одного — продолжения войны.

Любые переговоры с Россией на основе договоренностей — это иллюзия. Единственный язык, который воспринимает Кремль — язык силы. Только инструменты принуждения, санкционное давление, реальные угрозы и страх могут заставить Москву изменить поведение.

Будем надеяться, что США это понимают. Особенно на фоне того, как Путин и его окружение манипулируют репутацией самого Дональда Трампа. И что в Вашингтоне все-таки выработают четкую стратегию переговоров, основанную не на уступках, а на принуждении.

ОЛЕСЯ ЯХНО: Если Россия использует силу, ответом тоже должна быть сила

— На фоне разговоров об активизации переговорного процесса — который действительно идет на различных площадках и в разных форматах: между Украиной и Европой, внутри ЕС, между Украиной и США, а также США и Россией — одновременно резко усиливаются военные действия, особенно воздушные удары.

В то время как Россия заявляет, что придерживается “энергетического перемирия”, нарастает количество атак по другим объектам инфраструктуры, включая гражданские. Недавняя ужасная атака по Кривому Рогу, приведшая к гибели большого количества людей, в том числе детей, наглядно демонстрирует это. Вместо того чтобы озвучить реалистичную позицию на переговорах, как неоднократно подчеркивали представители США, в том числе госсекретарь Марко Рубио, Россия использует исключительно шантаж и демонстрацию силы, не предлагая ни одного компромиссного подхода. И это уже давно вызывает обеспокоенность у тех, кто участвует в переговорном процессе.

Если Россия использует силу, то и ответные действия, которые могут заставить ее перейти к реальному диалогу, тоже должны быть основаны на силе и давлении. Уже выработан подход, в рамках которого Украина и Европа разрабатывают формат коалиционной безопасности в воздухе, на море и на суше. 

Однако его можно будет применить только после установления временного перемирия. Для того чтобы это перемирие было устойчивым, сейчас прорабатываются механизмы и инфраструктура с участием ЕС, Украины и других региональных партнеров, например Турции в Черноморском регионе.

Россия продвигает идеи временного управления на территории Украины под эгидой выборов — это попытка переключить фокус с внешней агрессии на внутреннюю украинскую ситуацию. Это фейковое предложение, за которым скрывается старая тактика: переложить ответственность на Украину и добиться политических уступок, вместо прекращения боевых действий.

Перемирие должно быть всеобъемлющим. Перемирие в небе — это прекращение всех ударов, без исключений. Никаких отдельных списков объектов, как предлагает Россия, быть не должно. Это не работает. Необходима четкая, пошаговая реализация договоренностей с гарантиями безопасности, которая начнется с неба, затем моря и уже потом — наземных операций.

Россия использует воздушные удары как инструмент шантажа и навязывания территориальных уступок. Поэтому принципиально важно не позволить Москве перевести диалог из военной плоскости в политическую до прекращения огня. Перемирие — это остановка боевых действий, а не пространство для манипуляций.

ИГАР ТЫШКЕВИЧ: США заинтересованы в заморозке войны, в которой не будет ни полного провала Украины, ни очевидного поражения России

— Даже вариант “заморозки” конфликта будет завязан на создании картины победы — пусть и в минимальном формате. Заморозка, по сути, станет лишь паузой перед продолжением, потому что России необходимо будет вернуться к активным действиям с образом победителя — как перед своим населением, так и в международной политике. Это касается и претензий Кремля на роль геополитического лидера.

Когда страна терпит поражение в войне и не достигает заявленных целей, возникает вопрос о ее статусе как внешнеполитического партнера — в том числе для стран Азии.

Если же Кремль сможет продемонстрировать свою эффективность, то и дальнейшее продвижение своих интересов станет проще. В любом случае, России необходима некая “картина победы” — именно над этим работает Путин.

Для США сегодня ключевая проблема — это переустройство мировой системы: либо они сохраняют свои позиции глобального доминирования, либо мир будет поделен как минимум на три центра влияния. Ни Вашингтону, ни Пекину невыгодно, чтобы Россия стала третьим полноценным геополитическим полюсом. 

При этом США, к сожалению, рассматривают возможность “сделки” с Россией. Это слово в последнее время стало использоваться довольно часто. И речь идет о попытке сыграть “российской картой” в рамках сдерживания роста влияния Китая.

Вашингтон планирует стратегическое противостояние с КНР, и в этом контексте ему нужно определенное — пусть ограниченное — сотрудничество с Россией.  Именно поэтому США заинтересованы в заморозке войны, в которой не будет ни полного провала Украины, ни очевидного поражения России. Украина должна сохранить субъектность, но и Россия не должна выглядеть проигравшей — такая парадоксальная позиция.

Чтобы понять, как могут развиваться события, стоит вспомнить историю перемирий времен антитеррористической операции. Мы снова можем оказаться в ситуации бесконечных заявлений о перемирии — как сейчас. 

ВЯЧЕСЛАВ ПОТАПЕНКО: Трамп хочет, чтобы боевые действия прекратились, но не говорит, кто понесет издержки

— На самом деле никаких новых инструментов для завершения войны предложено не было. С лета 2023 года партнеры Украины, включая условную группу “Рамштайн”, не выработали ни одной эффективной и внятной стратегии. Продолжается та же логика, которую мы обсуждаем уже не первый месяц.

Из новых элементов — Дональд Трамп начал использовать “метод пряника”: он делает России весьма щедрые экономические и технологические предложения, на которые она даже не рассчитывала. 

Какие именно планы у России — до конца не знает никто. Однако предложения администрации Трампа многие эксперты, в том числе российские, рассматривают как крайне выгодные, тогда как потенциальные экономические угрозы — как весьма опасные в горизонте нескольких лет. Поэтому с большой долей вероятности можно предположить, что Россия еще будет “торговаться” некоторое время, возможно, в течение нескольких месяцев. Но так или иначе, если геополитическая ситуация не изменится, в течение года Москва будет вынуждена либо минимизировать, либо прекратить боевые действия.

Важно понимать: ни администрация Байдена, ни администрация Трампа никогда не ставили задачу победить Российскую Федерацию. При Байдене цель состояла в том, чтобы Украина не проиграла. Сейчас задача изменилась: это прекращение самого военного конфликта — но при этом не говорится, за чей счет это будет достигнуто. То есть, кто понесет издержки?

На данный момент ситуация выглядит так, что администрацию Трампа вполне устроит сценарий, при котором боевые действия будут либо сведены к минимуму, либо остановлены, но основную цену за это заплатят Украина и Европа. Американцев это, по факту, устраивает. И повлиять на эту позицию Украина, по сути, не может. 

В логике интересов США и их бизнеса — гораздо выгоднее, чтобы издержки минимизации конфликта понесли именно Украина и Евросоюз.

Читайте также: Торговля вместо войны: почему экономические компромиссы с РФ опасны, объяснили эксперты