Справедливый мир, а не алгоритм новой войны: сможет ли Киев повлиять на решения Белого дома в переговорах о мире

30 ноября во Флориде (США) прошла встреча украинской делегации с американской стороной, посвященная шагам по достижению достойного мира в Украине.

Накануне Владимир Зеленский позитивно оценил перспективы обсуждений по проекту мирного плана. По его словам, шаги, основанные на пунктах, рассмотренных в Женеве, можно доработать в ближайшие дни.

Делегации США и Украины ищут формулу справедливого мира

Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины и руководитель украинской переговорной группы в США Рустем Умеров проинформировал президента Владимира Зеленского о результатах двухдневных встреч во Флориде.

“Имел телефонный разговор с президентом Украины по итогам работы украинской делегации во Флориде. За два очень продуктивных дня в США провели много часов встреч и переговоров. Нам удалось достичь значительного прогресса, хотя отдельные вопросы требуют дальнейшей доработки”, — сообщил Умеров.

Он  отметил, что высоко ценит позицию Вашингтона, поблагодарив партнеров за конструктив и партнерский подход. По его словам, стороны договорились сохранить постоянный и тесный контакт в продолжение этого процесса.

“Готовим полный доклад и в ближайшее время представим его президенту лично во время встречи в Европе, куда вместе с переговорной группой уже отправляемся. Продолжаем работу ради мира для Украины”, — уточнил глава СНБО. 

В делегацию Украины вошли:

• Кирилл Буданов, начальник Главного управления разведки Минобороны Украины;
• Андрей Гнатов, начальник Генерального штаба ВСУ;
• Олег Иващенко, глава Службы внешней разведки Украины;
• Сергей Кислица, первый заместитель министра иностранных дел Украины;
• другие представители государственных структур.

Американскую сторону возглавляет госсекретарь США Марко Рубио. На переговорах также присутствуют спецпредставитель президента США Стив Уиткофф и советник Джаред Кушнер.

American Axios сообщает, что Белый дом намерен устранить разногласия по двум ключевым аспектам мирного плана, предложенного президентом Дональдом Трампом: территориальному и гарантиям безопасности. Именно эти вопросы стали центральными на встрече во Флориде.

После согласования спецпредставитель США Стив Уиткофф планирует представить документ Путину во время визита в Москву. Во вторник, 2 декабря, российский диктатор Владимир Путин должен встретиться в Москве со Стивом Уиткоффом. Ожидается прибытие и других представителей американской администрации. Дональд Трамп направил Уиткоффа для финализации мирного плана, в котором остаются спорные моменты. 

1 декабря президент Владимир Зеленский обсудил по телефону с главой Финляндии Александром Стуббом работу украинской делегации в США. Это их второй разговор за двое суток. Зеленский назвал беседу конструктивной и отметил, что Киев скоординировал действия с европейскими партнерами.

“Есть непростые вещи, по которым еще нужно работать. Наши представители вернутся в Европу на днях, и после разговора с ними и полного доклада о развитии переговоров будем определяться с дальнейшими действиями”, — написал Зеленский в Telegram.

Ключевые пункты мирного плана в оценке экспертов

Какие территориальные вопросы и вопросы безопасности остаются главными препятствиями на переговорах? Может ли “дух Женевы” стать основой для дальнейших дипломатических шагов? Насколько реально добиться справедливого мира, если позиции России и Украины по ряду пунктов несовместимы? Какие риски несут быстрые решения, на которых настаивает администрация Дональда Трампа? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:

• Александр Мережко, глава комитета Верховной Рады Украины по вопросам внешней политики и межпарламентского сотрудничества;  
• Игорь Чаленко, политолог, председатель Центра анализа и стратегий; 
• Владимир Фесенко, политолог; 
• Богдан Попов, эксперт аналитического центра “Объединенная Украина”;
• Богдан Ференс, кандидат политических наук, основатель ОО “СД ПЛАТФОРМА”.

АЛЕКСАНДР МЕРЕЖКО: Наивно рассчитывать, что Путин согласится на компромисс, который мешает ему уничтожить Украину

— Украинской стороне удалось в значительной степени минимизировать те первоначальные угрозы и риски, которые возникли, когда появился американский план из 28 пунктов. Благодаря делегации Украины удалось существенно изменить то, что было в самом начале. 

То, что мы читали в западных средствах массовой информации, по сути, представляло собой российский план, который не имел никаких перспектив. Но благодаря нашей настойчивости и дипломатическому профессионализму делегации ситуацию удалось изменить. По крайней мере, сегодня этот план выглядит… Я бы не сказал идеальным — об этом здесь вообще нельзя говорить, но основные угрозы удалось предотвратить, и это очень важно. Ситуация могла бы быть гораздо хуже, но нам удалось вывести ее в более или менее нейтральное русло.

Хотя впереди еще много дипломатической работы и усилий. Путин опять отвергнет план Трампа, но сделает это в завуалированной форме — скажет, что план может служить основой для дальнейших переговоров, и одновременно повторит свои абсурдные и абсолютно неприемлемые требования.

В западной прессе в начале дискуссии вокруг этого плана появилось понятие “обмен территориями”. Это уже определенный цинизм и капкан, который пытается поставить Путин. Речь идет не о каком-либо обмене — Россия ведь не предлагает часть своей территории. Это циничная попытка скрыть под термином “обмен территориями” очередную попытку аннексировать часть украинской территории, которую российская армия не смогла захватить.

Во всей этой истории есть примечательный момент. Когда Путин пытается получить то, что ему не удалось захватить силой, это говорит о признании своего поражения. Он признает, что за 3,5 года не смог выполнить задачу военным путем, и теперь пытается сделать это политическими и дипломатическими методами. Это фактически признание стратегического провала.

Есть еще один важный момент: это провокация со стороны Путина. Сама постановка вопроса и попытка продвинуть его через Уиткоффа или через американских коллег рассчитана на то, чтобы вызвать возмущение и дестабилизировать ситуацию в украинском обществе. Это провокация чистой воды. Все это понимают, и нам нужно найти вариант, который предотвратит эту угрозу, поскольку она абсолютно неприемлема для Украины.

Путин никогда не примет соглашение или компромисс, который помешает ему уничтожить Украину. Это главное, и надо иметь это в виду. Поэтому наивно надеяться на результат. Вопрос в другом. Что удалось сделать украинской дипломатии? Очень важный момент: Путин пытался переложить вину на нас — создать в глазах администрации Трампа видимость, будто война не завершается по вине Украины. Этого удалось избежать. Это важная дипломатическая победа.

Теперь возникнет вопрос: когда президент Трамп поймет, что даже в завуалированной форме кремлевский диктатор отвергает мирный план, разработанный с участием украинской и американской делегаций, — что будет тогда? Сейчас это ключевой вопрос. Вариантов несколько, и однозначного ответа пока нет. 

Нам предстоит много работать, чтобы направить администрацию Трампа в правильное русло и добиться того, чтобы за отказом Путина последовали действия со стороны США — санкции, в том числе вторичные, о которых давно говорил Трамп, а также поставки современного вооружения, включая, возможно, ракеты “Тамагавки”.

Переговоры нужно вести только после прекращения огня. Поэтому важно отстаивать позицию, с которой начинал Трамп: сначала прекращение огня, потом переговоры. Это рационально, хотя и далеко от идеального варианта. Но надо понимать: единственный способ воздействовать на Путина — давление. 

С точки зрения логики, какой смысл вести переговоры с человеком, который многократно доказал, что не выполняет международные договоры и игнорирует Устав ООН, принципы международного права? Он нарушает все соглашения без зазрения совести. Переговоры с таким человеком бессмысленны.

Единственный способ воздействия — систематическое, полное давление, без предоставления пауз и шансов. Если же выводить его из изоляции с помощью саммитов на Аляске, это вдохновляет его на дальнейший террор и агрессию. Это отдаляет справедливый мир. Важно, чтобы западные коллеги и союзники наконец это поняли и действовали, исходя из реальности, а не из чрезмерного оптимизма или фантастических ожиданий.

ИГОРЬ ЧАЛЕНКО: Трамп может давить поочередно на Киев и Кремль, к этому нужно быть готовыми

— В первую очередь мы должны понимать, что встреча во Флориде была перед визитом Уиткоффа в Москву. И вполне очевидно, что именно сейчас — крайне удачный момент для максимально глубокой синхронизации украинской и американской делегаций в вопросе понимания, какие важные пункты мирного плана Трампа требуют согласования, и какая работа уже была проделана по улучшению соответствующего предложения в Женеве. В Женеве мы видели, как благодаря Марко Рубио были услышаны позиции украинской стороны и позиции европейской стороны — представителей ЕС и Великобритании.

Хотелось бы, чтобы “дух Женевы” сохранился и дал путь для дальнейшей коммуникации непосредственно с российской стороной. Поэтому сегодняшняя встреча должна закрепить те наработки, которые были получены в Швейцарии. Чего-то крайне неожиданного я сейчас не прогнозирую.

В то же время следует отметить неофициальную информацию о возможных предложениях со стороны США российскому агрессору. Но те предложения, которые звучали в СМИ, шли вразрез со встречей в Женеве. Поэтому синхронизация позиций обеих делегаций здесь крайне важна. Думаю, что нам это удастся. Тем более, если взглянуть на состав украинской делегации, мы видим, что это в основном представители военной части плюс дипломатическая составляющая, а делегацию возглавляет Рустем Умеров, который больше всего времени руководил переговорами, особенно в стамбульском формате.

Здесь все ожидают результата, который позволит приблизить справедливый мир. Конечно же, мы можем ожидать от Трампа чего угодно. Даже Путин отметил неожиданность для России введения санкций против “Лукойла” и “Роснефти”, несмотря на историю их коммуникаций в Анкоридже на Аляске. Поэтому вполне вероятно, что Трамп продолжит тактику поочередного давления — то на Киев, то на Кремль. Главное — вовремя уловить нужную волну и усилить ее желанием достигнуть результата.

Сейчас важно показать конструктив со стороны украинской делегации. И мы, по состоянию на сейчас, не давали ни единого повода усомниться в такой оценке. Понятно, что Трамп, как и все украинцы, заинтересован в быстрейшем окончании войны. Но война должна быть действительно окончена, а не стать программой, алгоритмом начала новой войны, в которой Украина окажется сильно ослабленной. Поэтому крайне важно проработать все пункты плана. 

Отмечу, даже во время Женевы были заявления Умерова, что большинство пунктов мирного плана Украине подходят, понимая, что ни одна из сторон не может получить победу в нынешних условиях и речь идет о крайне компромиссном решении. В этом русле и нужно продолжать работу.

Американская делегация также будет учитывать заявления Путина, прозвучавшие в Бишкеке. Но Россия всегда делает шаги, направленные на срыв реального мирного процесса и реальных наработок. Поэтому останавливать работу нельзя — нужно поддерживать темп и выходить с той согласованной позицией, которая либо будет принята РФ, либо создаст предпосылки для увеличения давления на кремлевский режим.

Очень часто позиция Трампа меняется на 180 градусов, исходя из тактических результатов переговорного процесса по той или иной теме. Поэтому чрезмерное давление на Киев вызывает проблемы и для Соединенных Штатов. Мы это уже видели на примере приостановки части поддержки и оборудования F-16 — краткосрочной паузы, из-за которой США утратили ряд долгосрочных контрактов на F-35, поскольку европейские покупатели переориентировались на европейских производителей. Поэтому любой шаг оценивается как вне Соединенных Штатов, так и внутри них.

ВЛАДИМИР ФЕСЕНКО: Совместить позиции Украины и России по ключевым вопросам невозможно

— Наивысший приоритет возникает тогда, когда в переговорах участвует сам Трамп. Но это уже уровень лидеров, когда переговоры проходят лично. Напомню, что недавно в Женеве состоялись переговоры — всего неделю назад. И американскую делегацию на этих переговорах возглавлял Марко Рубио.

Это нормально: он госсекретарь США и одновременно исполняет обязанности помощника президента Соединенных Штатов по вопросам национальной безопасности. Так что это его прямая функция. Другое дело, что я бы не стал ждать от этих переговоров какого-то конкретного результата.

Главная суть этих переговоров, на мой взгляд, — согласование окончательного варианта мирного плана США с учетом украинских предложений и украинских позиций. В большей части этот план был согласован в Женеве, но несколько пунктов оставались открытыми.

То, что Рубио участвует в переговорах, на мой взгляд, является очень хорошим и позитивным сигналом. Он занимает конструктивную и гибкую позицию. Он готов выслушивать украинскую позицию и искать компромиссы. Давлением занимаются другие представители США. А Марко Рубио — классический переговорщик с высоким уровнем политической и дипломатической компетентности, еще начиная с работы в Сенате. Поэтому его присутствие на переговорах — хороший сигнал, и это логично, учитывая, что именно он возглавлял американскую делегацию в Женеве.

И это далеко не первый и не второй раз. Напомню, что еще в марте, когда проходили крупные переговоры между украинской и американской делегациями в Саудовской Аравии, в Джидде, был подписан совместный документ об общей позиции США и Украины по прекращению войны. Тогда американскую делегацию также возглавлял Марко Рубио. Поэтому нынешнее его участие — закономерно.

Вопросы безопасности, естественно, будут обсуждаться на этих переговорах. Для украинской делегации и Украины как государства вопрос о гарантиях безопасности является ключевым. Были сообщения некоторых СМИ, что якобы Рубио настаивал на том, что сначала нужно будет подписывать мирные соглашения, а уже потом соглашения о гарантиях безопасности. Думаю, имеется в виду несколько иная комбинация.

Политически гарантии безопасности для Украины должны быть зафиксированы в мирном соглашении, которое готовится и, по моему мнению, далеко не скоро будет подписано. Нас ожидают сложные, драматичные и небыстрые переговоры, прежде всего потому, что Россия пока не готова к реальным компромиссам. Подписание, возможно, будет касаться отдельных договоров о гарантиях безопасности, в частности, подготовки такого договора с Соединенными Штатами.

Позиция Украины заключается в том, что мы должны получить не абстрактные заверения и абстрактные гарантии, как это было в Будапештском меморандуме. Мы не хотим повторять этот негативный опыт. Речь идет о конкретных позициях: поддержка украинской армии, поставки вооружения, решение вопроса о вступлении Украины в Европейский Союз, хотя это уже тема для европейских партнеров. От США же требуется содействие в обеспечении защиты от возможного нового нападения России. И это должно быть закреплено в договоре, ратифицированном Конгрессом США.

То есть должен быть не просто документ. 

Да, у нас есть соглашение с США, подписанное еще при Байдене о сотрудничестве в сфере безопасности. Но, увы, Трамп и его администрация его игнорируют. Поэтому Украине необходим юридически обязывающий договор, ратифицированный Конгрессом. И здесь предстоит еще много работать. Мне кажется, американская сторона пока не очень готова к этому. Но это позиция Украины: если мы хотим зафиксировать юридически обязывающие гарантии безопасности, они должны быть отражены в соответствующем договоре не только с европейскими партнерами, но и с Соединенными Штатами.

Главная задача переговоров — согласование окончательного текста мирного плана, который американские представители повезут в Москву. А дальше переговоры будут вестись с учетом позиции России — с США, с Украиной, с европейцами. Часть этого мирного плана должна включать обязательное прекращение огня. И это должно быть одним из первоочередных шагов. Без прекращения огня мирный процесс невозможен. Украинская делегация будет принципиально ставить этот вопрос.

Если Россия не согласится, что вполне возможно, обсуждаются два сценария. Либо Россия категорически откажется от американского мирного плана, как это уже было в апреле. Либо будет избрана более гибкая тактика. Мне кажется, второй вариант более вероятен. 

Путин не скажет “нет” плану, который уже ассоциируется с Трампом. Он может сказать: “Нас многое не устраивает, мы готовы обсуждать, готовы согласиться на некоторые пункты”, а затем назвать целый перечень позиций, согласованных с Украиной, которые Россия не принимает. И традиционно выставить свои требования — выведение украинских войск из Донбасса, отказ от НАТО, внесение российских условий в украинское законодательство. Все это неприемлемо для Украины и ограничивает наш суверенитет.

Эти требования будут переданы американской стороне. А дальше возникнет проблема: что делать? Как двигаться дальше в переговорном процессе? В ряде позиций, особенно по территориальному вопросу и статусу оккупированных территорий, совместить украинские и российские позиции невозможно. Они диаметрально противоположны. Поэтому либо эти вопросы выпадут из будущего соглашения, либо по ним будут длительные и бесперспективные переговоры.

Чтобы принудить Россию к прекращению огня, необходимо усиливать давление — санкционное, политическое. Путин может снова предложить личную встречу с Трампом — тот самый несостоявшийся саммит в Будапеште, о котором упоминали Путин и Орбан. Эта идея наверняка будет предложена, и без участия Украины. Путин хочет говорить только с Трампом и будет убеждать его, что США и Россия должны согласовать совместный мирный план, а затем давить на Украину для выполнения российских требований. Это нас, естественно, не устраивает. Вокруг этого и будет разворачиваться жесткая борьба.

Если США откажут Путину во встрече без согласия на прекращение огня и конструктивные переговоры — это тоже будет формой давления на Россию. Возобновление переговоров о поставках Украине дальнобойного оружия, усиление санкций — это все может в конечном итоге принудить Россию к реальным мирным переговорам.

БОГДАН ПОПОВ: Украина не примет антиконституционных решений, кем бы они не были подписаны

— Финальная позиция не будет утверждена прямо сегодня, потому что переговоры долгие, процесс сложный. Мы понимаем, что позиции Соединенных Штатов не по всем пунктам синхронизируются с позицией Украины, так как президенту США Трампу интереснее быстрое завершение войны, а Украине — стабильный и справедливый мир на наших условиях: сохранение территории, сохранение жизни наших бойцов, гарантии безопасности.

И мир должен быть таким, с позиции Украины, который не откроет ворота для нового вторжения РФ. Для этого надо продолжать санкции даже после прекращения огня. Еще есть очень много пунктов, за которые наша делегация будет бороться.

Как мы видели, директивы для нашей делегации президента были обновлены. Соответственно, позиция Украины может продвигаться в очень агрессивном формате, ведь несмотря на то, что кто бы на Украину не давил и не подталкивал нас к быстрому завершению войны, наша позиция остается непоколебимой. Завершение войны может быть достигнуто только путем мира через силу, только путем давления на РФ и принуждения Путина к подписанию адекватных условий, которые не дадут ему возможности быстро перевооружиться и пойти в новое наступление.

Изменения без серьезного количества технических консультаций, обмена позициями, двустороннего диалога, адекватного и открытого, невозможны. Поэтому, да, может быть, не во Флориде, но большинство деликатных пунктов, включая территории, армию и так далее, будут обсуждаться. Тут надо подчеркнуть, что Украина находится в такой позиции, где отступать от многих из этих пунктов мы не хотим. У нас есть серьезные “красные линии”: мы хотим стабильный и справедливый мир.

И кто бы на нас не давил и не пытался уговорить на что-то другое, мы на это не пойдем. Несмотря на то, что мы видим: Соединенные Штаты откровенно пользуются нашей внутренней турбулентностью для того, чтобы наносить, скажем так, дипломатический удар и давить на Украину, чтобы мы пошли на какие-то уступки и быстрее закончили войну, наша позиция остается непоколебимой, потому что никакие антиконституционные решения не могут быть приняты.

Украина и ее европейские союзники настаивают на таком завершении войны, при котором у РФ не будет возможности для нового нападения. И для этого нам надо выторговать для себя очень серьезные гарантии безопасности. Это является одним из ключевых пунктов диалога в Соединенных Штатах, потому что если Украина не получит серьезных гарантий безопасности, то континентальная Европа проиграет эту войну.

БОГДАН ФЕРЕНС: Россия сознательно закрепляет имидж варвара — это часть ее внешней политики

— Все желание, которое было у администрации Трампа, пока остается прежним — быстро достигать результаты. Но, как мы видим, они также признают, что шансы остаются, но и сложности присутствуют. Поэтому конкретики пока нет. Мы понимаем, что самые сложные вопросы — это вопросы территориального характера, а также контекст, связанный с гарантиями безопасности.

Я думаю, с одной стороны, Кремль посылает сигналы американцам, что, в принципе готов далее двигаться в контексте тех или иных форматов. Но мне кажется, что россияе играют в “многоходовку”, в которой даже на финальном этапе, когда вроде бы кажется, что окно возможностей появилось, они могут проявить себя по-иному, как это было и ранее, то есть без адекватности. К этому нужно быть готовыми.

Трамп, очевидно, решил, что Байден и его администрация, как он постоянно говорит публично, допустили эту полномасштабную войну, потому что не смогли предложить ничего иного в контексте поиска завершения боевых действий. Поэтому Трамп использовал иной подход: возобновил личную коммуникацию с Путиным, даже встречу на Аляске. Таким образом он думал, что сможет быстро на контрасте получить результат.

Вряд ли Путин даст Трампу в руки те карты, которые он хотел бы. Поэтому процесс растянулся на весь год. И сейчас, уже в начале декабря, даже Трамп не может с абсолютной гарантией сказать, насколько вероятно, что результат таки будет. Он говорит об этом очень аккуратно. Если сравнивать с предыдущими этапами консультаций, ситуация сейчас иная, и шансы получить какой-то результат действительно возросли.

Риторика Трампа очень осторожная, поскольку остаются неразрешенными самые сложные вопросы — те пункты, которые то сокращались, то удалялись, то добавлялись. И это серьезное разночтение может не позволить двигаться вперед. Россия в этом уравнении предлагает США снятие санкционной политики, экономическое и финансовое возобновление отношений — то есть то, что России интересно. Поэтому американцы пытаются нащупывать, где можно надавить, а где можно что-то предложить, чтобы Путин был более сговорчив.

Американцы пока аккуратно реагируют даже на эскалационные действия. И в этом также есть риски, по моему мнению. 

Нужно понимать, в конфликтах часто бывает так, что перед финальной фазой переговоров боевые действия не прекращаются, а наоборот — усиливаются, и их интенсивность увеличивается. Но, по моему мнению, это вряд ли способствует конструктиву, если гибнут гражданские люди и террор масштабируется. 

Это Кремль, к сожалению. Такое поведение было прогнозируемо.

Россияне пытаются всем доказать, что хотят закрепить за собой имидж варвара. Это тоже инструмент внешней политики, как считает Путин.

Читайте также: Как разорвать круг шантажа Путина, который затягивает мир в Украине — мнения экспертов и зрителей FREEДОМ