РФ заявила о реанимации шахт на оккупированных территориях Украины для грабежа и коррупционных схем, — Ястребова

Заявления России о намерениях возобновлять работу шахт на временно оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей являются прикрытием для вывоза ресурсов и коррупционных схем. На этом в эфире телеканала FREEДOM акцентировала директор Восточной правозащитной группы, доктор философии по политическим наукам Вера Ястребова, комментируя планы РФ по “инвестиционным проектам” в захваченных регионах.

По ее словам, действия Москвы направлены прежде всего на то, чтобы максимально вывезти оставшиеся ресурсы с временно оккупированных территорий Украины.

“На мой взгляд, это такой ход Российской Федерации, направленный на то, чтобы украсть все, что еще можно украсть, и вывезти все, что еще осталось на оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей. Там, где земля богата полезными ископаемыми, где раньше добывали уголь открытым способом, так называемыми копанками, это было довольно распространенным явлением”, — считает Ястребова.

Она подчеркнула, что у этих действий есть сразу две цели.

“С одной стороны — забрать то, что еще не вырезали до конца, не вывезли металл и не уничтожили. А с другой стороны — нажиться тем, кто курирует этот процесс с территории Российской Федерации, за счет бюджетных средств, которые, как мы знаем, там умеют “осваивать”, то есть попросту разворовывать под эгидой каких-то инвестиционных проектов. Когда начинаешь анализировать эту информацию, становится понятно, что по сути средства выделяются не на запуск новых производственных циклов, а на то, чтобы просто освоить те старые разработки, которые еще остались”, — рассказала директор Восточной правозащитной группы.

Она считает, что системное завладение украинскими недрами на оккупированных территориях России реализовать не удастся.

“Я думаю, что системного завладения недрами Украины не получится. С одной стороны, в РФ —серьезный кадровый кризис, с другой — огромные масштабы коррупции, а с третьей — мы все очень ждем и надеемся, что эти территории будут деоккупированы. Кроме того, в регионе отсутствуют базовые условия для запуска промышленного производства. Для любых производственных циклов нужна как минимум вода. А воды там сейчас нет. Шахтную воду подают в качестве питьевой по графику, и то не всегда — с огромными проблемами люди остаются без водоснабжения”, — отметила доктор философии по политическим наукам.

По ее словам, это, в свою очередь, приводит к оттоку населения.

“Из-за этого идет постоянный отток молодежи — тех, кто мог бы быть задействован в тяжелых физических работах, не говоря уже об интеллектуальном потенциале, который раньше был среди горных инженеров и в Донецкой, и в Луганской областях. Также нужно помнить, что финансовые потоки и формальное выделение средств еще не означают реального запуска проектов. Выделить деньги — это одно, списать их на какую-то структуру, связанную с “Ростехом”, получить средства через ВТБ — это одна история. А другая история, чтобы это реально заработало”, — объяснила гостья эфира.

При этом, по ее словам, Россия активно ищет внешних инвесторов, в том числе в Китае.

“Они ищут финансирование и в Китае. Но Китай направляет не официальные делегации, а так называемых бизнесменов. Бизнес-сообщество из Китая приезжает, проводит встречи, обсуждает проекты. То есть Россия активно ищет инвесторские истории, чтобы стать интересной кому-то еще. Но цель таких контактов — легитимизировать присутствие РФ на оккупированных территориях. Все это делается для того, чтобы присутствие Российской Федерации легитимизировалось на территориях Украины, чтобы появились серьезные бизнес-интересы, которые будут способствовать удержанию контроля над временно оккупированными территориями, по сути, с целью грабежа”, — резюмировала Вера Ястребова.

Читайте также: “Грабеж в законе”: как Россия присваивает недвижимость украинцев в оккупации

Ранее в Службе внешней разведки Украины сообщили, что в 2026 году на временно оккупированной территории Донецкой области Россия планирует начать масштабную эксплуатацию недр. Москва рассматривает украинские месторождения стратегических и редких металлов как ресурсную базу для поддержки военной экономики и компенсации убытков в собственном нефтегазовом секторе.