26 марта, после съезда Российского союза промышленников и предпринимателей глава Кремля Владимир Путин провел закрытую встречу с крупными бизнесменами. Как сообщают источники The Bell, на ней обсуждались планы ведения войны против Украины, в частности — выход на административные границы Донецкой области, а также возможные финансовые взносы бизнеса. В Кремле назвали такие вносы добровольными, но эксперты в этом сомневаются.
За годы правления Путина крупный бизнес в России оказался встроен в политическую систему и во многом зависит от решений власти.
Закрытая встреча Путина с бизнесом
По данным собеседников Bell, инициатива “потрясти бизнес в тяжелое для страны время” исходила от главы “Роснефти” Игоря Сечина, который за день до встречи направил соответствующее письмо Путину. В качестве механизма предлагалось использовать размещение военных облигаций.
На самой встрече часть бизнесменов поддержала инициативу. В частности, сенатор от Дагестана Сулейман Керимов пообещал выделить 100 млрд рублей, утверждают источники The Bell. Также, по данным The Financial Times, на предложение откликнулся предприниматель Олег Дерипаска. Издание подтверждает, что на встрече Путин заявил о намерении продолжать войну до выхода на административные границы Донецкой области.
В Кремле эту информацию частично опровергли. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что Путин не предлагал бизнесу делать добровольные взносы, но поддержал такую инициативу. По его словам, информация о том, что предложение исходило от Сечина и касалось финансирования войны, не соответствует действительности.
Он добавил, что предприниматель объяснил свое решение тем, что “подавляющее большинство участников встречи начинали как раз свой бизнес в 1990-х годах, и в основном, конечно, это начало было так или иначе связано с государством”.
Война требует ресурсов: игры Кремля с олигархами в обзоре экспертов
Почему Кремль вновь обращается к крупному бизнесу за деньгами и связано ли это с растущим дефицитом бюджета? Означает ли давление на олигархов, что внутренние ресурсы России для ведения войны истощаются? Как рост цен на нефть влияет на ситуацию — помогает ли он экономике РФ? Может ли усиление давления на элиты привести к внутренним изменениям или система остается устойчивой? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Олег Устенко, экономист, советник президента Украины (2019-2024 гг.), старший советник Американо-Украинского делового совета;
- Руслан Айсин, политолог, руководитель медиацентра “Поистине”;
- Александр Леонов, исполнительный директор Центра прикладных политических исследований “Пента”;
- Наталья Пелевина, оппозиционный политик, член политсовета партии “Парнас”;
- Игорь Попов, эксперт аналитического центра “Объединенная Украина”.
ОЛЕГ УСТЕНКО: Кремль балансирует между дефицитом и давлением на бизнес
— Экономика влияет на политические решения, и Россия не исключение. Ситуация с бюджетом остается напряженной: дефицит составляет около 50 млрд долларов. Заявления о том, что высокие цены на нефть решают проблему, — не более чем бравада.
Да, рост цен на нефть дает дополнительные доходы — примерно 5-7 млрд долларов в месяц. Но это не перекрывает дефицит. Даже при этих доходах он сокращается лишь частично и остается значительным. При этом из-за падения экономики вместо запланированного роста бюджет получает меньше средств, что только увеличивает разрыв.
Параллельно растут расходы — на силовой блок и военно-промышленный комплекс. Доходы увеличиваются гораздо медленнее, чем затраты, поэтому дефицит будет расширяться. Для его покрытия уже повышены налоги, что разогнало инфляцию и не позволило снизить ключевую ставку. Далее началось сокращение социальных расходов.
Следующий этап — давление на бизнес: крупные финансово-промышленные группы фактически вынуждают “добровольно” участвовать в наполнении бюджета. При этом для бизнеса выбор простой: либо платить сейчас, либо рисковать и потерять активы. Такое давление может со временем подтолкнуть часть элит к поиску альтернатив и внутренним переговорам, но пока система остается контролируемой.
Дополнительная проблема — нестабильность нефтяных цен. Рост до 110 долларов за баррель не гарантирован надолго: возможна коррекция из-за ситуации на Ближнем Востоке, увеличения добычи в других странах и обсуждения нового ценового потолка для российской нефти.
В итоге даже высокие цены на нефть лишь временно облегчают ситуацию, но не решают системные проблемы российской экономики.
РУСЛАН АЙСИН: Олигархов берегли на крайний случай — и он настал
— Путин фактически ввергает страну в хаос, нищету и разруху. Денег нет, и их начинают изымать не только у населения. Уже повысили НДС и другие платежи, в том числе коммунальные, из-за чего люди с января получают запредельно высокие счета. Теперь решили “потрепать” олигархов.
Возникает вопрос, почему этого не делали раньше. Олигархи и раньше скидывались, но они являются “кошельками” системы, поэтому их берегли на крайний случай. Судя по всему, этот случай наступил, несмотря на рост цен на нефть, который может быть кратковременным. Кремлю нужна “кубышка”, не зависящая от внешней конъюнктуры, поэтому теперь олигархи будут финансировать войну.
Отказаться невозможно, тем более публично. Олигархи понимают, что у ФСБ на каждого есть материалы, которые в любой момент могут превратиться в уголовные дела и изъятие активов. При этом населению можно объяснить, что именно “олигархи довели страну до нищеты”.
Фактически они находятся под постоянным контролем: ограничения на выезд, наблюдение, кураторы. При этом полностью национализировать их пока не спешат, потому что они сохраняют важную функцию — связи с внешним миром и возможность вести переговоры. Государственная система в экономике неэффективна, поэтому используются такие посредники, как это делал, например, Роман Абрамович.
При этом ресурсы страны расходуются не на развитие. Из России были выведены триллионы долларов, которые могли пойти на инфраструктуру и повышение уровня жизни. Вместо этого средства направлены на войну, но даже это не дает результата.
Война против Украины показала, что Россия не является той “сверхдержавой”, которой себя считала. При этом Путин не готов признавать ошибки и будет продолжать курс, несмотря на последствия. Такая стратегия ведет к дальнейшему ухудшению ситуации и разрушению системы.
АЛЕКСАНДР ЛЕОНОВ: Если лишить Россию денег, она не сможет воевать с той же интенсивностью
— Путин готов воевать дальше. И, к сожалению, санкции, которые были приостановлены, не настолько дают России какие-то новые сверхвозможности, потому что очевидно — системный кризис преодолеть таким образом в России нельзя.
Но они дают ощущение, что Путин пересидел эти санкции, Запад раскололся, и можно продолжать боевые действия. С другой стороны, обращение к российским олигархам говорит о том, что внутренние резервы российского государства для ведения войны действительно подходят к концу.
Когда мы говорим, что у российских олигархов нет возможности сказать “нет”, стоит вспомнить, что первый и последний российский олигарх, который сказал Путину “нет”, — это Михаил Ходорковский, оказавшийся в тюрьме. Это было очень давно. После этого все берут под козырек и выполняют то, что хочет Путин.
Хотя российские олигархи несут серьезные убытки из-за санкций, из-за того, что не могут продолжать торговать с Европой и так далее, с этой точки зрения очевидно необходимо усиление давления. На Западе давно уже писали, что российская экономика находится в достаточно сложном положении.
Понятно, что современная война — это война, требующая огромных денег. И если лишить Россию денег, то Россия не сможет вести войну с той же интенсивностью, которую она ведет. Тем более сейчас мы видим санкции не только европейские, не только усиление давления, например, на теневой танкерный флот, когда скандинавские страны и французы уже достаточно регулярно перехватывают российские танкеры.
Сейчас о подобной политике говорят в Великобритании. И удары украинских Вооруженных сил по инфраструктуре России на Балтике — это “Усть-Луга” и “Приморск”, которые действительно попали под удары дронов и достаточно серьезно горели. А через Балтику идет 50-70% этого теневого танкерного флота.
Все это позволяет продолжать давление на Россию. И, к сожалению, ослабление санкций в Москве воспринимается как сигнал к действию, как слабость, как раскол Запада.
С этой точки зрения хотелось бы, чтобы в Соединенных Штатах как можно быстрее отошли от этой практики и политики. Тем более если США хотят продолжать быть модератором и посредником, они должны сближать позиции, а не давить на одну из сторон.
НАТАЛЬЯ ПЕЛЕВИНА: Оставшиеся в России будут платить — другого выхода нет
— Бизнесмены, скорее всего, боятся прежде всего за себя. У них налаженная жизнь, и они видят пример погибшего главы ЧВК “Вагнер” Евгения Пригожина. Они могут что-то увести, спрятать, но идти на конфронтацию с Путиным для них, скорее всего, невозможно.
Песков недавно говорил, что многие бизнесмены сколотили состояние в 1990-х при тесном взаимодействии с властью, поэтому теперь якобы логично “вернуть” через власть обратно родине. Хотя фактически они и так давно отдают ресурсы системе.
Сейчас есть реальная потребность, чтобы они скинулись на войну. Трудно представить ситуацию, при которой кто-то из тех, кто остается в России или тесно с ней связан, скажет “нет”. Есть исключения, но остальные, связанные с властью и лично с Путиным, отказать не могут.
Что касается возможных переворотов, то там, по сути, нет субъектов. Система вычистила всех, кто мог возражать, кто имел собственную позицию, силу воли или самоуважение. Там просто некому “speak truth to power”.
Некоторые бизнесмены уехали, чтобы не оказаться в положении постоянной зависимости. Те, кто остался, будут продолжать платить — это своего рода негласный пакт. Нарушать его никто не будет.
При этом многие рассчитывают не на внутренние изменения, а на то, что ситуация разрешится сама: либо система исчерпает себя, либо давление общества возрастет.
Людей серьезно пугают разговоры о банковской реформе и заявления о том, что деньги в банке — это не собственность, а обязательства. Это усиливает тревогу.
Если страх за сбережения станет массовым и критическим, ситуация может резко обостриться. Но пока ожидания скорее связаны не с переворотами, а с тем, что процесс завершится сам по себе или под внешним давлением.
ИГОРЬ ПОПОВ: Взносы олигархов — это не только деньги, но и привязка к системе
— Встреча, вероятно, готовилась заранее. Олигархи в этом контексте — ключевой элемент. Здесь есть несколько аспектов.
Первый — непосредственное получение денежных средств, и они могут быть значительными. Второй — связать их круговой порукой: после прямого участия в финансировании войны уйти на Запад или вести сепаратные переговоры станет гораздо сложнее. Третий — демонстрация “солидарной ответственности” между богатыми и бедными: если богатые делают крупные взносы, можно показать, что они тоже “участвуют” в войне.
Интересно, что упоминалась фамилия Сулеймана Керимова. При этом ранее сообщалось, что он ведет переговоры о возможном снятии персональных санкций, это выглядит противоречиво.
Санкции против нефтяного экспорта работали, но в последние недели ситуация изменилась. Толчком стала война в Иране и рост цен на нефть. Дополнительно сыграло роль временное снятие ограничений на продажу российской нефти: около 120 млн баррелей оценивались примерно в 10 млрд долларов. Эти средства сопоставимы с более чем полугодовым фондом зарплат для российской группировки в Украине. Таким образом, экономические проблемы откладываются, но не решаются.
Параллельно возможен курс на дальнейшую изоляцию: ограничения на интернет, мессенджеры и усиление контроля. Олигархам предлагается не только финансировать войну, но и поддерживать эти процессы. Взамен они могут сохранить или даже увеличить свои активы, поскольку идет масштабное перераспределение собственности в пользу тех, кто участвует или финансирует войну.
Фактически элитам предлагают выбор: финансировать войну и сохранять позиции или отказаться и оказаться под риском потери активов. При этом действует двойное давление: со стороны Кремля — требование лояльности, со стороны Запада — угроза санкций.
Есть и фактор недоверия внутри элит. Российские спецслужбы учитывают опыт других стран, где элиты вступали в сепаратные переговоры с Западом. Поэтому олигархов стремятся контролировать и демонстративно ставить на место, рассматривая их как потенциально наиболее уязвимую и интегрированную в внешний мир группу.
Читайте также: Россия движется к изоляции сети по иранскому сценарию — эксперты об ограничениях интернета в стране














