Наказание для агрессоров: как мир готовит спецтрибунал для Путина и его соратников

Комитет министров Совета Европы запустил юридическую процедуру по созданию Специального трибунала по преступлению агрессии РФ против Украины. Об этом стало известно 14 мая по итогам саммита в Рейкьявике (Исландия). Ранее, 9 мая, создание спецтрибунала одобрили главы министерств иностранных дел ЕС на встрече во Львове. 

Западные союзники подчеркивают необходимость привлечения к ответственности высшего руководства России за полномасштабное вторжение в Украину.

Коалиция поддерживает создание трибунала

Процесс создания Специального трибунала по преступлению агрессии России против Украины возглавил генеральный секретарь Совета Европы Ален Берсе. 

“Министры приветствовали продолжающиеся усилия по достижению соглашения о создании Комиссии по претензиям для Украины, возможно, под эгидой Совета Европы, и подтвердили свою решимость добиться возвращения украинских детей, незаконно депортированных или насильственно перемещенных Россией”, — говорится в сообщении на сайте Совета Европы. 

Уже существующий пакет документов по трибуналу должен получить юридическое одобрение в Страсбурге, после чего Украина и Совет Европы подпишут соглашение о создании спецтрибунала как международной организации, а также устав трибунала. При этом подсудимыми в рамках трибунала за преступление агрессии России против Украины будут не только руководители РФ. Ожидается, что первые решения трибунала огласят уже в 2026 году.

9 мая во Львове состоялась встреча министров иностранных дел 35 государств-членов коалиции по созданию спецтрибунала для РФ, которая предоставила политическое одобрение формированию данной институции.  Также коалиция призвала другие государства и международные организации присоединиться и способствовать деятельности спецтрибунала. 

Как отметил министр иностранных дел Андрей Сибига, для Украины важно, чтобы во время трибунала были осуждены высшие руководители РФ, так называемая тройка — это глава Кремля Владимир Путин, глава МИД России Сергей Лавров и российский премьер Михаил Мишустин.

“Трибунал будет в Гааге. Сейчас мы активно приступаем к работе с Советом Европы, который является центральным институтом, центральным элементом этого процесса. Поэтому сегодня (9 мая, — ред.) мы принимаем политический документ — Львовскую декларацию, чем даем политическую поддержку и старт на уровне глав министерств иностранных дел стран ЕС. А в Люксембурге состоится формально-процедурное принятие этого процесса”, — отметил глава украинского внешнеполитического ведомства Андрей Сибига.

Европейский Союз надеется, что Соединенные Штаты снова присоединятся к коалиции по созданию спецтрибунала. Об этом заявила верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас в интервью “Укринформу”. 

Каллас напомнила, что США работали в этой коалиции два года, и многое сделали.

“Мы надеемся, что США снова присоединятся позже, потому что теперь все технические детали урегулированы. Этот спецтрибунал предназначен для привлечения руководства России к ответственности за преступление агрессии. Ведь это лидеры решают атаковать другую страну. Другой уровень — это военные преступления, совершенные солдатами, которые вторглись в Украину. Без руководства не было бы и военных преступлений. Поэтому должна быть ответственность на всех уровнях”, — заявила Каллас.

Напомним, в сентябре 2022 года в Офисе президента Украина сообщили, что Киев обратился к странам G7 (“Большой семерки”) и другим партнерам с призывом поддержать инициативу по созданию Специального международного трибунала для привлечения России к ответственности за преступление агрессии против Украины. Впоследствии была сформирована коалиция, занявшаяся реализацией этой инициативы. К ней присоединилось около 44 государств. Идею создания трибунала также поддержали Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ), Европарламент, Парламентские ассамблеи НАТО и ОБСЕ, а также отдельные страны.

Создание спецтрибунала в оценке экспертов

Как продвигается создание спецтрибунала для военно-политического руководства РФ? Что делать с иммунитетом Путина, Лаврова и Мишустина? Как будет работать трибунал, и что нужно для большей легитимизации его решений? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Александр Павличенко, правозащитник, исполнительный директор Украинского Хельсинского Союза по правам человека;
• Андрей Яковлев, адвокат, эксперт Регионального центра прав человека, управляющий партнер АО “Амбрела”;
• Сергей Петухов, старший преподаватель юридического факультета Киево-Могилянской академии;
• Юрий Белоус, адвокат, который занимается документированием военных преступлений РФ в Украине.

АЛЕКСАНДР ПАВЛИЧЕНКО: Спецтрибунал лучше проводить при личном присутствии обвиняемых

— Решение коалиции о создании спецтрибунала для РФ — это юридическая основа для того, чтобы объединить государства в единое правовое и организованное поле, чтобы они стали участниками процесса уже на легитимной юридически оформленной базе. Речь идет о так называемом расширенном частичном соглашении (Enlarged Partial Agreement), которое предполагает выработку правил и процедур, необходимых для создания трибунала.

Важно, чтобы сам трибунал был легитимным и чтобы были прописаны четкие процедурные нормы: как будут сопровождаться его решения, какие документы для этого потребуются и т.д. Сейчас мы находимся на том этапе, когда политическая и подготовительная работа переходит в юридическую и практическую плоскость — к непосредственному созданию трибунала.

Не думаю, что процесс будет быстрым. Не все государства одновременно ратифицируют соглашение на уровне своих парламентов. Но для Украины крайне важно уже сейчас поднимать этот вопрос, как в двусторонних отношениях, так и на уровне широкой адвокации, чтобы он не был отложен в далекое будущее. Чем больше государств активно вовлечется на этом этапе, тем более эффективно и уверенно начнется работа трибунала.

Следующий этап — это уже официальное оформление и создание самого трибунала. Напомню, что Нидерланды, в частности Гаага, выразили готовность принять у себя штаб-квартиру этого трибунала. Фактически, Гаага ждет, когда процесс перейдет в практическую плоскость.

С лета 2023 года в Гааге функционирует Центр по сбору доказательств преступления агрессии. Это был первый реальный шаг и фундаментальный кирпичик в создании спецтрибунала. Уже не просто разговоры, а конкретная работа по сбору доказательной базы, которая будет использоваться в процессе.

Украина активно включена в этот процесс. Уже сейчас подготовлены документы, подтверждающие участие нашего государства в формировании процессуальных норм, сборе доказательств и передаче материалов в трибунал. Украина будет участвовать и в расследованиях, и в последующих судебных действиях.

Главный вызов — это эффективность и действенность решений спецтрибунала и насколько они будут результативны в отношении конкретных преступников. Речь идет о преступлении агрессии — преступлении против мира, как это определялось в Нюрнбергском трибунале 1945-1947 гг. Еще один важный вопрос — это юрисдикция и насколько сильной она будет. Этот вызов можно преодолеть только при условии, что те, кого будут судить, действительно попадут под действие этой юрисдикции. 

Планируется рассматривать дела до 20 высших политических и военных руководителей Российской Федерации. При этом уже найден компромисс по вопросу функционального иммунитета, которым они на сегодняшний день обладают.

Очень важный и позитивный момент, о котором стоит упомянуть отдельно: речь идет о войне, начавшейся не в 2022, а в 2014 году, когда российские войска вошли в Крым, участвовали в боях на Донбассе. 

Для Украины принципиально важно, чтобы спецтрибунал признал начало войны именно с 2014 года.

Это важно не только для вынесения приговоров, но и для компенсаций жертвам: тем, кто был вынужден покинуть свои дома, кто оказался в неволе, кто подвергался пыткам, родственникам погибших. Все эти преступления начались именно с 2014 года и продолжаются сегодня.

Еще один важный аспект — возможность заочного правосудия, in absentia. Предусматривается, что достаточно большое количество лиц может быть привлечено к ответственности заочно. 

Формально — все, кто проходит по этому делу, могут быть осуждены без личного присутствия, однако такая процедура должна оставаться исключительной. Международная практика показывает, что эффективное правосудие требует личного участия обвиняемых.

Поэтому хотя у нового трибунала и будет возможность проводить процессы in absentia, я считаю, что к этому инструменту стоит прибегать крайне осторожно. Чтобы доказать эффективность суда, лучше проводить процессы при личном участии подсудимых.

Главное условие, при котором решения трибунала будут исполняться, — это создание условий, в которых Россия будет вынуждена их выполнять. Для этого необходима победа на всех фронтах: военном, экономическом и дипломатическом.

АНДРЕЙ ЯКОВЛЕВ: Нужно, чтобы больше государств присоединились к созданию спецтрибунала

— Количество стран, которые присоединятся к созданию спецтрибунала, покажет, насколько его решения будут признаваться. Эти страны, как минимум, признают его юрисдикцию и будут готовы выполнять его решения, разыскивать обвиняемых. 

Нам важно не просто иметь документ о признании виновности в агрессии, но и обеспечить его исполнение. Поэтому важно, какие именно страны присоединятся. Если это страны Западной Европы — это особенно ценно, потому что туда чаще ездят. Соответственно, розыск в этих странах будет эффективным. А количество стран показывает географию потенциального исполнения решений. Чем больше — тем лучше. Надеюсь, их станет еще больше.

Предполагается, что трибунал сможет работать как очно, так и заочно. В отличие от Международного уголовного суда (МУС), он сможет рассматривать дела и без задержания обвиняемого. МУС не может вынести приговор без задержания, а этот трибунал — сможет.

Очень важны детали устава трибунала. В публичном пространстве предполагается, что первыми обвиняемыми будут трое: Путин, министр иностранных дел Сергей Лавров и премьер-министр Михаил Мишустин. Эти лица обладают иммунитетом, но, скорее всего, временным — только пока они занимают свои должности. Хотя хотелось бы, чтобы его вообще не было. Ведь в случае такого серьезного преступления, как агрессия, иммунитет — это злоупотребление правом.

Также трибунал будет поддерживаться другими странами: они смогут оказывать следственную помощь, передавать информацию. А главное — на их территории возможно будет выполнять его решения. Это важно, если, например, украинский суд вынесет приговор, его нужно отдельно исполнять в других странах, и это сложный процесс. А если решение принимает международный суд, признанный этими странами, они автоматически обязуются его исполнять.

Это касается и ордеров на арест. Если такие ордера будут публичными, то обвиняемые будут понимать, что их ищут. Это может повлиять на их поведение и снизить уровень агрессии. То есть сама деятельность трибунала уже может иметь “охлаждающий эффект”.

По моим оценкам, трибунал может начать функционировать либо в конце 2025 года, либо в 2026-м, в зависимости от того, когда страны договорятся. Важно, чтобы в процессе участвовала и ООН, тогда у нас было бы больше оснований говорить об отсутствии иммунитета.

Важно, чтобы трибунал начал рассматривать дела до окончания полномочий обвиняемых, потому что если ждать их ухода с должностей — процесс затянется. Лучше, если расследование начнется раньше. 

СЕРГЕЙ ПЕТУХОВ: США могут поддержать работу спецтрибунала

— Все эти три года шла долгая работа по согласованию позиций по поводу спецтрибунала. Финальные документы отражают компромисс, которого стороны смогли достичь — и это уже большое достижение Украины. 

В последний момент процесс по созданию трибунала приостановили США — после смены администрации там решили, что конфликт можно урегулировать иным путем, а работа по трибуналу будет контрпродуктивной. Это сильно контрастирует с позицией европейских государств, которые практически единогласно поддерживают идею привлечения Путина и его окружения к юридической ответственности за преступление агрессии.

В отличие от военных преступлений, которые совершаются разными людьми по всей линии фронта и крайне сложно доказываются, преступление агрессии — это вещь задокументированная. Путин объявил о ней в прямом эфире. Более того, перед этим прошло заседание Совета безопасности РФ, где высокопоставленные чиновники под камеры рассказывали, как они будут признавать так называемые “ДНР” и “ЛНР”. Все это — официальная фиксация преступления агрессии. Дальнейшие события 24 февраля 2022 года невозможно отрицать. 

Главная же сложность состоит в самом процессе создания трибунала и вовлечении как можно большего числа государств. Это необходимо для международной легитимности. И здесь встает второй ключевой вопрос — вопрос иммунитета так называемой “тройки” обвиняемых. В международном праве под “тройкой” понимаются глава государства, глава правительства и министр иностранных дел. Пока они занимают свои посты, у них есть персональный иммунитет от уголовного преследования — логика в том, что без этих лиц государство не может полноценно участвовать в международных отношениях.

Был найден компромисс: пока они при власти — иммунитет действует, но как только они покинут должности — суд сможет возобновить расследование и выдать ордер на арест. И здесь важно помнить: ордера на арест Путина и Шойгу (на тот момент — министра обороны) уже выданы Международным уголовным судом. Их действия и перемещения уже ограничены во многих странах мира, поэтому в данном случае это не так критично.

Если “тройка” имеет иммунитет, то значительное число других лиц его не имеют — включая министров обороны, начальника Генштаба, членов Совбеза РФ. Эти люди могут преследоваться уже сейчас. Поэтому крайне важно, чтобы как можно больше стран были готовы: задерживать таких лиц на своей территории, сотрудничать с международным правосудием, финансировать трибунал, направлять специалистов для работы в его аппарате.

Создание специального трибунала — это заявление Европы, что не будет никакого “договорняка” с Россией, не будет никакого закрытия глаз на преступления в обмен на хрупкий мир, экономические связи или дешевую нефть.

В этом Европе явно противостоит логика США, где на этот процесс сегодня смотрят через призму бизнеса. Но как раз потому идея трибунала важна: Европа говорит, что не забудет этих преступлений и в следующие десятилетия отношения с Россией будут определяться не экономикой, а справедливостью. 

В вопросе создания трибунала, например, у венгерского премьера Виктора Орбана, премьер-министра Словакии Роберта Фицо или любого другого главы европейского государства нет права вето — в отличие от некоторых решений в рамках ЕС. Трибунал будет создан на основе соглашения между Советом Европы и Украиной. Для его утверждения в Совете Европы достаточно большинства, а не единогласия. Очевидно, что не все государства поддержат эту инициативу, но трибунал все равно будет создан, несмотря на позицию сторонников России. 

США традиционно скептически относятся к судебным органам, созданным вне рамок ООН и не по решению Совета безопасности ООН, где у них есть право вето. Это касается и Международного уголовного суда: США участвовали в его разработке, подписали Римский статут, но позже отказались его ратифицировать и даже отозвали подпись.

Единственный бесспорный способ создания полностью легитимного трибунала — через решение Совбеза или Генассамблеи ООН, но ничто не мешает США поддерживать работу трибунала, не участвуя в нем напрямую. Сейчас Штаты вышли из процесса, но не блокируют его. Нет ни заявлений против, ни реальных действий по срыву инициативы. Это конструктивная позиция, позволяющая Европе двигаться вперед.

ЮРИЙ БЕЛОУС: Украина будет формировать списки тех, кого нужно будет привлечь к ответственности

— Произошел важнейший политический толчок и дал старт подготовке технических и юридических документов. До встречи коалиции 9 мая во Львове работа над созданием спецтрибунала продолжалась с начала марта 2022 года. Позже это все материализовалось в коалицию стран-участниц, поддерживающих создание трибунала, и в проведение 14 встреч рабочей группы, которая занималась, в том числе вопросом иммунитета Путина, премьер-министра и министра иностранных дел РФ. Что с этим делать — непонятно, потому что прецедентов нет. Последние подобные процессы — это Токийский и Нюрнбергский трибуналы, то есть после Второй мировой войны.

Сегодня в международном праве по-прежнему нет устоявшейся практики расследования преступления агрессии. Вопрос иммунитета остается крайне актуальным, но тенденция такова, что иммунитеты лидеров государств постепенно ослабевают. Несмотря на действующий иммунитет, Международный уголовный суд имеет право проводить расследование и выдавать ордера на арест, как это уже произошло в случае с Путиным.

Я думаю, в 2026 году мы уже сможем увидеть начало работы этого трибунала. Украина будет предоставлять списки тех, кого, по нашему мнению, следует привлечь к ответственности, а дальше — работа международных институтов. Это важно, чтобы никто не мог обвинить нас в нарушении стандартов правосудия.

Мы говорим, что необходимо наказать виновных с соблюдением прав человека и высоких стандартов правосудия. Это означает: надлежащая правовая защита, квалифицированные адвокаты, процедура, соответствующая международному праву. Этот трибунал — не игра в одни ворота. Это будет место, где преступление, казалось бы, лежащее на поверхности, все же будет расследовано и получит свою юридическую оценку. И это принципиально важно.

Читайте также: Преступление агрессии: кто и как создает спецтрибунал для Путина