Начало конца безнаказанности: как Россия будет отвечать за военные преступления

Россия виновна в нарушении целого ряда статей Европейской конвенции по защите прав человека и причастна к крушению рейса MH17 в 2014 году. Такое решение принял Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в деле “Украина и Нидерланды против России”. Зачитывая решение ЕСПЧ, председатель суда Маттиас Гийомар заявил, что российская армия в Украине пренебрегает международным гуманитарным правом, совершая атаки, которые уже лишили жизни и ранили тысячи мирных жителей. 

Нарушение прав человека выходит за рамки каких-либо военных целей. Россия использует насилие как элемент стратегии для подрыва морального духа украинцев. В Министерстве юстиции Украины назвали вердикт ЕСПЧ важной международной победой. А в Кремле заявили, что проигнорируют данное решение. 

Путин все ближе к расплате за военные преступления

На оглашение вердикта Европейского суда по правам человека российская сторона не явилась. Отсутствовали представители Москвы и на всех предыдущих судебных заседаниях. В период следствия Россия препятствовала попыткам прояснить обстоятельства крушения рейса МН17.

“Отказ от сотрудничества оказал существенное влияние на способность Совместной следственной группы завершить свое расследование причастности российских вооруженных сил и высокопоставленных российских политиков к сбитию рейса”, — подчеркнул председатель Европейского суда по правам человека Маттиас Гийомар.

Европейский суд по правам человека начал рассмотрение дела “Украина и Нидерланды против России” в январе 2022 года. В рамках этого производства объединили четыре межгосударственных иска. Первые два Украина подала в 2014 году. Речь шла о нарушениях прав человека на оккупированных Россией территориях Донецкой и Луганской областей. Включая похищение украинских детей и их незаконное перемещение в Россию. 

Третий иск поступил от Нидерландов в 2020 году. В нем говорилось о крушении малайзийского рейса MH17 в Донецкой области в июле 2014 года. На борту “Боинга” погибли 298 человек. В том числе 196 граждан Нидерландов. В четвертом заявлении Киев обвинил Москву в нарушениях прав человека, совершенных с начала полномасштабного вторжения российской армии в Украину 24 февраля 2022 года. Главная цель Украины в этом процессе — юридическое подтверждение факта оккупации части восточных областей и системности нарушений со стороны Российской Федерации, подчеркнули в Министерстве юстиции Украины.

“За 10 лет работы над этим делом Министерство юстиции собрало и подало в ЕСПЧ масштабный массив доказательств. Благодаря этой титанической работе, Украина сегодня получила результат, который без преувеличения можно назвать победой на международной арене и очередным весомым шагом к обеспечению всеобъемлющей ответственности Российской Федерации”, — идет речь в заявлении Министерства юстиции Украины.

Дело “Украина и Нидерланды против России” насчитывает около 500 страниц, без приложений. И является, вероятно, самым масштабным и важным в истории Европейского суда по правам человека, пояснил судья ЕСПЧ Николай Гнатовский. Ведь речь идет об убийствах гражданских и военнопленных, лишении свободы, бесчеловечном обращении, применении пыток. И о системной практике подавления украинской идентичности — незаконной депортации украинских детей и взрослых на территорию страны-агрессора. Во всех этих преступлениях Россия виновна.

“Действия российских властей не имели под собой никакой правовой основы, а также противоречили международным нормам в области прав человека об эвакуации и о сохранении правового статуса детей на оккупированных территориях”, — отметил Маттиас Гийомар.

Россию исключили из состава Совета Европы еще в марте 2022 года из-за вооруженной агрессии против Украины. И хотя она официально перестала быть стороной Европейской конвенции по правам человека, продолжает нести ответственность перед судом за нарушения, совершенные до сентября 2022 года.

“Суд отметил, что действия России в Украине являются беспрецедентными в истории Совета Европы, и что характер и масштаб насилия, а также зловещие заявления российского руководства относительно государственности Украины, ее независимости и самого права на существование представляют угрозу мирному сосуществованию в Европе и направлены на подрыв основ демократии, на которых основан Совет Европы”, — отметил судья ЕСПЧ Николай Гнатовский.

27 июня 2025 года Украина и Совет Европы подписали соглашение о создании Специального трибунала по преступлению агрессии против Украины. Устав спецтрибунала не ограничен временными рамками.

Соглашение между Советом Европы и Украиной гласит, что создание Специального трибунала является наиболее подходящим решением для определения ответственности лиц, виновных в преступлении агрессии против Украины. Как подчеркнул генеральный секретарь Совета Европы Алан Берсе, без привлечения к ответственности не может быть прочного мира для Украины и Европы в целом.

Трибунал учреждается как международный орган по соглашению между Украиной и Советом Европы. Он не подчиняется украинской юрисдикции и действует на основе международного публичного права. Его финансируют и поддерживают страны так называемой Core Group: ЕС, США, Великобритания, Канада, Япония, Нидерланды, страны Балтии и другие.

Спецтрибунал будет рассматривать только преступление агрессии, то есть развязывание войны в нарушение Устава ООН. Определение преступления берется из 8-й статьи Римского статута Международного уголовного суда и резолюции Генеральной ассамблеи ООН № 3314 от 1974 года.

Преступление агрессии совершается руководством государства, которое обладает “возможностью и полномочиями контролировать политические и военные действия”. Речь идет, в первую очередь, о президенте, премьер-министре, министре обороны, а также министре иностранных дел РФ. 

“Расследования будут вестись и в отношении Путина, и в отношении Лаврова, и в отношении Мишустина — для этого иммунитет не помеха. Проект трибунала предусматривает, что в результате может быть подготовлено обвинительное заключение, хотя выдвинуть обвинение и выдать ордер на арест суд не сможет до снятия неприкосновенности”, — говорится в публикации издания Deutsche Welle.

Устав трибунала включает следующие принципы:

• отсутствие иммунитетов: лица, даже занимая государственные посты, могут быть привлечены к ответственности;
• процессы “in absentia”: возможны судебные разбирательства в отсутствие обвиняемых, если они укрываются в РФ.
• процессуальные гарантии: соблюдаются стандарты Европейской конвенции по правам человека — право на защиту, справедливое судебное разбирательство, независимость суда.

Спецтрибунал предполагает 15 независимых судей, которых избирают страны-участники. Также будет независимый прокурор, назначаемый на конкурсной основе. Он будет вести расследования и выдвигать обвинения.

Юрисдикция спецтрибунала охватывает действия России начиная с 20 февраля 2014 года (начало аннексии Крыма) и далее, включая полномасштабное вторжение 24 февраля 2022 года и продолжающуюся агрессию против Украины. 

Важно то, что спецтрибунал предусматривает не только наказание тех, кто развязал войну против Украины, но и компенсацию ущерба, который нанесла Россия с начала агрессии — с 2014 года. В том числе — за счет перенаправления замороженных активов федерации.

“Спецтрибунал не подрывает Международный уголовный суд — он его дополняет. Производства могут идти параллельно, а в случае передачи обвиняемого в МУС — процесс в трибунале приостанавливается… Создание спецтрибунала — это шанс на первое официальное международное признание преступления агрессии со стороны РФ еще с 2014 года. Его обвинительные акты станут юридической правдой о том, кто начал эту войну, когда и как. Так, как это сделал Нюрнберг”, — написала в Facebook заместитель руководителя Офиса президента Украины Ирина Мудрая.

Первые шаги к созданию спецтрибунала были сделаны спустя почти полгода после начала полномасштабного вторжения российской армии в Украину. 21 ноября 2022 года Парламентская ассамблея НАТО признала Россию государством-террористом. В июле 2023-го Парламентская ассамблея ОБСЕ назвала Россию государством — спонсором терроризма, а ЧВК “Вагнер” — террористической организацией.  

В ноябре 2023-го Верховная Рада Украины создала Реестр ущерба, нанесенного Российской Федерацией. В апреле 2024 года более 40 стран подписали декларацию о поддержке создания спецтрибунала для привлечения России к ответственности за военные преступления против Украины. А в августе 2024 года Верховная Рада ратифицировала Римский статут Международного уголовного суда и поправки к нему. 

Кого удастся привлечь к ответственности за военные преступления — прогнозы экспертов

Что означает решение Европейского суда относительно вины РФ в крушении рейса MH17? Как Россию можно наказать за совершенные военные преступления? В чем уникальность специального трибунала? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Андрей Яковлев, адвокат, эксперт Регионального центра прав человека, управляющий партнер АО “Амбрела”;
• Юрий Белоус, адвокат, который занимается сбором доказательств военных преступлений РФ против Украины и представляет жертв военных преступлений в судах;
• Александр Павличенко, правозащитник, исполнительный директор Украинского Хельсинского союза по правам человека.

АНДРЕЙ ЯКОВЛЕВ: Европейский суд принял историческое решение

— Когда мы говорим о решениях международных судов либо будущего спецтрибунала, то такие решения могут быть быстрее исполнены.

Рассматривать варианты какого-то принудительного взыскания сейчас очень сложно, потому что мы еще не прошли ту стадию, когда Европейский суд должен рассмотреть второй этап — вопрос возмещения вреда. Он выделил дело по рейсу MH17 отдельно, а украинский кейс — тоже отдельно, при этом связал его с формированием реестра убытков. Поэтому процесс еще технически не завершен.

Когда процесс завершится, я надеюсь, что можно будет добиться возмещения. Иначе, если ущерб нельзя взыскать, то значение самого решения нивелируется. Думаю, все будут искать способ, как этот вопрос решить.

Мы имеем сложную практику по другим решениям, связанным с российскими нарушениями,  и РФ считает их политически мотивированными. При действующей власти добиться исполнения этих решений, конечно, будет сложно. Но если или когда власть сменится, то Россия будет вынуждена идти навстречу и возмещать убытки.

Отрицание вины относительно крушения рейса MH17 связано с тем, что Россия долго строила модель, будто это Украина сбила самолет и, соответственно, должна нести ответственность. Если бы, скажем, это был какой-то другой случай, я думаю, Россия пошла бы на возмещение. Ей вряд ли хотелось бы создавать конфликт в вопросе, где все очевидно. 

Мне кажется, что возмещение по делу MH17, вероятно, будет быстрее, чем по преступлению агрессии против Украины. Во-первых, сумма там меньше. Во-вторых, там есть споры с Международной организацией гражданской авиации. Это тоже может повлиять на процесс.

Возможно, Россия будет делать вид, что хочет возместить ущерб — не признавая вину, либо как-то иначе это обходя. Это отчасти исключает из общего украинского контекста вопрос возмещений.

Когда мы говорим о трибунале, будь то специальный трибунал или Международный уголовный суд, то речь идет об уголовной ответственности за нарушение прав человека и не только.

Когда мы говорим о возмещении убытков — это уже гражданская ответственность. Европейский суд как раз рассматривает возмещение ущерба именно в гражданской плоскости: там, где были жалобы, представлены доказательства. Эти решения уже сформированы, и, скорее всего, будут реализованы быстрее.

В случае специального трибунала речь идет об ответственности не государства, а конкретных лиц, виновных, например, в агрессии, в планировании и ведении агрессивной войны.

Возмещение, как правило, более эффективно в гражданской плоскости, потому что уголовный процесс предназначен прежде всего для определения вины тех, кто совершил преступления. Хотя и уголовные суды тоже могут рассматривать вопросы возмещения.

Так что эти два процесса — рассмотрение в Европейском суде и создание специального трибунала — могут быть связаны. Некоторые доказательства, уже проверенные судом, могут использоваться и там, и там. Но все же важно различать гражданскую и уголовную ответственность.

Когда говорят, что это “историческое решение суда”, я бы пояснил, почему это действительно так. Решение Европейского суда — это своего рода срез эпохи. Оно фиксирует, что война началась не в 2022 году, а еще в 2014, что это было не внутреннее восстание, не протестное движение в Донецке или в Луганске, а спланированная операция, срежиссированная Российской Федерацией. Все происходившее организовывалось именно РФ, и именно она несет ответственность. Так что решение историческое в том смысле, что вся война, начиная с 2014 года, объединена единым умыслом. Это систематическая, длительная операция российских сил.

ЮРИЙ БЕЛОУС: Все преступления начинаются с преступления агрессии

— Идея создания специального трибунала за преступление агрессии уже перешла в стадию реальной работы. Было проведено полтора десятка встреч, сформированы рабочие группы, приняты резолюции Европарламента, политические заявления, прошли голосования.

Потом началась кропотливая, тяжелая юридическая работа: каким должен быть этот трибунал, кого он сможет судить, а кого нет, как он будет действовать, как обходить иммунитет, где он будет находиться, кто его поддерживает, в каком формате он будет работать — международный или гибридный? Если международный, то в каком виде? Сколько государств вовлечены в процесс? Сегодня можно сказать, что работа завершена. Соглашение о создании трибунала уже подписано и создан его устав. 

В ближайшем будущем трибунал должен начать работу и дать правовую оценку основополагающему нарушению Устава ООН — применению силы в межгосударственных отношениях.

Европа в этом смысле выступила очень консолидировано: ясно обозначила свою политическую позицию и дала ей ход в правовом формате. Чтобы агрессия, развязывание войны, ее подготовка и ведение не остались без ответа.

Преступление агрессии — это и есть развязывание войны, ее подготовка, применение вооруженных сил против другого государства. Его еще называют “преступлением преступлений”, потому что именно с него все начинается. Без преступления агрессии не было бы десятков резолюций по поводу пыток, похищений, обстрелов гражданской инфраструктуры и других военных преступлений.

Трибунал будет судить от 15 до 20 человек. Украина предлагает список тех, кого следует привлечь. Мы рассчитываем, что те, кто действительно принимал решения, повлиявшие на начало войны, могут получить до 30 лет лишения свободы. Максимальное наказание — пожизненное заключение.

Международный уголовный суд в Гааге может судить за обстрелы энергетической инфраструктуры, за похищения детей, за пытки, за применение химического или биологического оружия, за незаконные методы ведения войны.

За само развязывание войны не может судить ни один международный суд. Это был пробел, и именно для его устранения и создавался специальный трибунал за преступление агрессии. Он не мешает работе уже существующих механизмов — ни Международному суду ООН, ни Гаагскому уголовному суду. Наоборот, они дополняют друг друга и взаимодействуют между собой. 

Депортация РФ украинских детей может быть квалифицирована как геноцид. Цель таких действий — это уничтожение нации, ее полная или частичной ликвидации. Именно этим и занимается Россия и это их государственная позиция. 

Как минимум, депортация украинских детей — это военное преступление, а по существу — элемент геноцида.

АЛЕКСАНДР ПАВЛИЧЕНКО: Спецтрибунал вышел на этап практической реализации

— Сегодня мы находимся в, как кажется, невидимом, но очень важном историческом моменте, который фактически создает новый инструмент на глобальном уровне. 

Сейчас еще идет процедура оформления, или, вернее, создания мандата этого Специального трибунала. Напомню, будет открыта расширенная часть соглашения Совета Европы — документ уровня конвенции. Все государства, которые согласятся поддержать этот процесс, будут его подписывать, а затем ратифицировать на национальных уровнях через парламенты. Это, собственно, будет подтверждением политической воли. 

Тогда мы получим мандатный инструмент, который будет уже организационно создаваться. На сегодня уже есть обещания и предложения со стороны Нидерландов о том, чтобы трибунал находился в локации ООН в Гааге — то есть там же, где и Международный уголовный суд.

В Гааге уже создан Центр сбора доказательств по преступлению агрессии — это, собственно, первая ступень к созданию трибунала. Мы видим, насколько логично выстраивается весь этот процесс — и политически, и юридически. И сейчас все вышло на этап практической реализации.

Мы можем говорить, что в течение нескольких лет будет создан инструмент, который будет работать на европейском уровне, собирать доказательства и осуществлять процесс привлечения к индивидуальной уголовной ответственности тех, кто будет заявлен как преступник или подозреваемый.

В уставе, который опубликован на сайте Комитета министров Совета Европы и считается принятым документом, указано: нет временных ограничений по совершению преступления. То есть речь идет не только о широкомасштабном вторжении, которое началось в феврале 2022 года, но и об агрессии России с 2014 года: Крым, Иловайск, Дебальцево, другие эпизоды — это все военные преступления. Судьи будут определять временные рамки.

Иммунитет не защищает от ответственности. Даже если у кого-то есть функциональный иммунитет — он не может служить основанием для освобождения от преследования. Это важный элемент, потому что Международный уголовный суд — единственный, кто пока это преодолевает. Мы видим максимально широкий мандат этого суда. И будем надеяться, что его работа будет столь же эффективной, с использованием всех возможностей, заложенных в уставных документах.

Что касается субъектов, которые могут быть привлечены к уголовной ответственности: это и организаторы, и политическое руководство, связанное с агрессией, — руководители государства, парламента, военные командиры, те, кто причастен к идеологической составляющей. 

В 28-й статье предусмотрена процедура in absentia — то есть возможность проведения судебных расследований и без физического присутствия обвиняемого. Это одновременно и хорошо, и слабое место. Потому что если все будет завершено in absentia, возникнет вопрос о возможном пересмотре, если лицо окажется на территории государства, которое исполняет решения трибунала. Тогда может потребоваться повторное рассмотрение.

Читайте также: Россия — демонстративное масштабное зло: интервью с писателем Эдуардом Тополем