Мир для Украины снова откладывается — эксперты подвели итоги Давоса

Президент Украины Владимир Зеленский сообщил о подготовке трехсторонней встречи делегаций Украины, США и России, которая должна состояться 23–24 января в Объединенные Арабские Эмираты. В то же время представители президента США Дональд Трамп в Москве провели встречу с Владимиром Путиным.

Выступая на Всемирном экономическом форуме в Давосе, Владимир Зеленский подчеркнул, что гарантии безопасности для Украины невозможны без участия Соединенных Штатов.

Переговоры Украина — США — Россия: встречу планируют провести в ОАЭ

Накануне выступления на форуме глава Украинского государства провел встречу с Дональдом Трампом, которая длилась около часа. Лидеры обсудили работу переговорных команд. Владимир Зеленский выразил надежду на дальнейшую поддержку США в укреплении украинской противовоздушной обороны и поблагодарил за уже предоставленный пакет ракет для систем ПВО, попросив о дополнительной помощи.

“Сейчас мы активно работаем с партнерами над гарантиями безопасности, и я благодарен за это. Но они будут только после окончания войны, когда начнется прекращение огня. Будут контингенты, и совместное патрулирование, и флаги партнеров на украинской земле. И это — очень хороший шаг и правильный сигнал, что Соединенное Королевство и Франция готовы реально обеспечить присутствие своих сил на земле, и уже есть первое соглашение по этому поводу. Мы делаем все, чтобы убедиться, что наша “коалиция желающих” станет реальной коалицией действия. Но, всегда есть “но” — но нужна поддержка президента Трампа. И опять же, никакие гарантии безопасности не работают без Соединенных Штатов”, — подчеркнул президент Украины.

В свою очередь Дональд Трамп охарактеризовал переговоры с украинским лидером как “очень хороший разговор” и заявил, что его сигнал Владимиру Путину однозначен — “война должна закончиться”.

После встречи с Владимиром Зеленским спецпредставители президента США Стив Уиткофф и Джаред Кушнер отправились в Москву для переговоров с Владимиром Путиным. Ранее Уиткофф провел встречу с украинской делегацией и сообщил о прогрессе в обсуждении завершения войны России против Украины. По его словам, одной из ключевых тем остается послевоенное восстановление страны.

“Мы говорили о положительной динамике развития украинской экономики и финансовой системы. Рынки капитала, рабочие места. Президент упомянул о зоне без пошлин для Украины, что, по моему мнению, станет переломным моментом. Вы увидите, как индустрия начнет массово переезжать в этот регион. Представьте, что вы сможете конкурировать без уплаты пошлин при экспорте товаров в США”, — рассказал специальный представитель президента США Стив Уиткофф.

С призывом не ослаблять поддержку Украины на фоне массированных российских обстрелов выступил генеральный секретарь НАТО Марк Рютте. Он отметил, что мирные переговоры важны, однако оборона Украины должна оставаться приоритетом. Москва, по его словам, является главным противником не только Киева, но и всего Альянса.

“Именно президент Трамп начал переговоры с Путиным, что было крайне важно, потому что он был единственным, кто мог это сделать. Он вместе со Стивом Уиткоффом, Джаредом Кушнером, Марко Рубио, и, конечно, с помощью многих европейцев, работают день за днем, чтобы положить конец войне, чтобы Россия никогда не попыталась напасть снова. Главный противник для НАТО — это Россия”, — отметил Рютте.

Владимир Зеленский также заявил о необходимости усилить давление на страну-агрессора, которая продолжает целенаправленные атаки на энергетическую инфраструктуру Украины. Он призвал европейские государства последовать примеру США и задерживать танкеры российского теневого флота.

Читайте также: Европа любит обсуждать будущее, но избегает действий сегодня: выступление президента Владимира Зеленского на форуме в Давосе

Давос между войной и миром: какие сигналы получил Киев

Почему переговоры о мире и гарантиях безопасности для Украины снова смещаются на второй план на фоне других глобальных тем? Станет ли трехсторонняя встреча Украины, США и России в ОАЭ реальным шагом к прекращению войны или останется дипломатическим сигналом? Насколько Соединенные Штаты готовы брать на себя ключевую роль в обеспечении гарантий безопасности для Украины? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Вячеслав Потапенко, заместитель директора Национального института стратегических исследований; 
• Богдан Попов, эксперт аналитического центра “Объединенная Украина”; 
• Игорь Чаленко, политолог, председатель Центра анализа и стратегий;
• Владимир Соловьян, руководитель Группы анализа гибридных угроз Украинского кризисного медиацентра;  
• Дмитрий Левусь, политолог-международник, эксперт центра “Объединенная Украина”;
• Олег Лисный, президент аналитического центра “Политика”. 

ВЯЧЕСЛАВ ПОТАПЕНКО: Главные сделки Давоса заключают не на сцене, а в кулуарах

— Давос — это встреча крупного бизнеса, куда приезжают в том числе политики для того, чтобы с этим бизнесом решать какие-то вопросы, упрощать или усложнять ведение деятельности. Поэтому, когда мы говорим о Давосском форуме, мы должны понимать, что главные результаты можно получить в кулуарах, общаясь с представителями крупного бизнеса, с собственниками и управляющими крупных компаний.

Безусловно, Украина интересна бизнесу с точки зрения инвестиций, покупки каких-то объектов, строительства и восстановления после завершения войны, тем более что разговоры об этом уже ведутся. Мы понимаем, что все эти бизнес-проекты стараются держать в тишине, потому что одно дело — договоры между государствами, которые максимально пиарятся. Договоренности с бизнесом не требуют афиширования, поскольку смысл всей этой деятельности — получение денег.

Поэтому, мне кажется, что присутствие на таких форумах решает две задачи. С одной стороны, чиновники разных стран общаются между собой, выступают с заявлениями и речами, слушают друг друга. Но основная работа идет в кулуарах, где бизнесмены готовят сделки, общаются между собой и с руководителями интересных для них стран.

Интерес к Украине, безусловно, есть, но реализация всех этих проектов возможна после завершения войны, когда ситуация с безопасностью улучшится. Что касается США, они сейчас акцентировались на Гренландии, и все обсуждают довольно длинное выступление Трампа по поводу его конфликта с европейскими странами, с союзниками — Великобританией, Францией и так далее. Они ищут пути решения этих вопросов.

Адаптированные, измененные и совмещенные предложения из 20 пунктов Украины совместно с Великобританией и ЕС были адаптированы США и объединены с теми 28 пунктами, которые ранее озвучивались. Какой-то гибридный вариант был передан РФ, но ответа пока нет. Переговоры должны идти между Украиной и Россией при поддержке и модерации США и, возможно, других стран.

Сейчас мяч на поле РФ, конкретного ответа нет, консультации продолжаются. Я думаю, что общее умонастроение руководителей стран, поддерживающих Украину, западной коалиции, формата “Рамштайн” и так далее, постепенно меняется от войны к миру, но при наличии определенных условий. Речь идет о гарантиях безопасности и понимании того, как Украина будет жить экономически без кредитов, которые сейчас предоставляются для поддержания обороноспособности.

Судя по наполнению бюджета из внешних источников, Украина действительно проходит весну, но на дальнейший период нужны новые ресурсы. И, судя по всему, в том числе об этом косвенно свидетельствуют встречи в Давосе: страны думают, как провести конверсию и начать инвестировать не в войну, а в мир в Украине, в восстановление и в зарабатывание на послевоенном процессе, который к тому времени будет идти уже пятый год.

Есть некоторые шансы, что к лету будет найдена формула, взаимовыгодная для партнеров США и Европы, как трансформировать военные инвестиции в мирные инвестиции в Украине.

БОГДАН ПОПОВ: Санкции должны сниматься только тогда, когда Россия идет назад

— Ничего феерического не случилось. Что Трамп, что президент Зеленский в принципе довольны встречей. Это означает, что ни один, ни другой не выдвинули каких-то условий, которые могли бы разозлить коллегу. А значит, дипломатия будет продолжаться.

И, по крайней мере, прямого давления на Украину в ближайшее время мы не увидим. Потому что на самом деле основное, что мы сейчас выбиваем в этом дипломатическом процессе, — это отсутствие американского давления на украинскую сторону. Американцы уже не раз давили на президента Зеленского: давили публично, давили через медиа, давили через определенные подрывные действия внутри Украины. Президент Трамп считал, что таким образом сможет максимально быстро достичь мира.

Но Украина как страна, пострадавшая в этой войне, как страна — жертва агрессии, не отступает от своих красных линий, несмотря на любое внешнее давление. И Трампу остается одно — давить на Путина. Вот о чем, я надеюсь, договорились лидеры сегодня. Если Путин не примет американско-украинско-европейский мирный план, тогда Соединенные Штаты, европейцы и Украина вместе будут склонять его к этому.

Склонять силовыми методами — через усиление Вооруженных сил Украины, их возможностей на фронте, а также через экономическое давление, через санкции, через технологические санкции, через все другие возможные инструменты международного правового влияния на экономику Российской Федерации и ее внешние рынки, которые сейчас финансируют как минимум всю войну, а на самом деле — более половины бюджета террористической России.

Линия Украины остается четкой: мы не делаем ничего антиконституционного и ничего такого, что в соглашении откроет дверь для следующей агрессии. Поэтому я сомневаюсь, что мы готовы на вывод из Донбасса без каких-то феерических уступок в ответ со стороны РФ.

Вполне возможно, что мы пойдем на какие-то обсуждения территориальных вопросов, но только если для нас это будет очень выгодно и если это будет поддержано народом Украины. Это соглашение должно быть таким, которое не даст РФ напасть снова. При этом оно должно дать Украине возможность восстановить свою экономику, а российская экономика пусть дальше загнивает под санкциями — пока причины агрессии не будут устранены полностью.

Причины этих санкций — это агрессия против Украины, аннексия Крыма, похищение украинских детей и многие другие военные преступления, которые РФ совершила за последние десять с лишним лет. Поэтому очень важно, чтобы санкции снимались постепенно и только по тем пунктам, по которым Российская Федерация будет идти назад.

Я думаю, Путин все-таки не пойдет даже на деэскалацию. Возможно, будет какая-то микродоговоренность по энергетике — что они перестанут наносить удары по украинской энергетике, а Украина перестанет в ответ что-то делать. Возможны какие-то гуманитарные моменты, например обмен пленными, — это очень важно. Но вопрос войны и мира в итоге решен не будет.

Партнерам Украины нужно мобилизоваться в усилении санкций, в усилении военной помощи Украине, если они действительно хотят увидеть завершение войны. И рано или поздно Трамп к этому придет — я в этом не сомневаюсь.

ИГОРЬ ЧАЛЕНКО: Путин боится новых санкций и пытается их сорвать

— Я был поражен выступлением президента Украины Зеленского, который буквально встряхнул зал. Он с проактивной точки зрения указал на определенные минусы, которые существуют сейчас, и сделал это максимально доходчиво. Очевидно, что кто-то из европейских стран мог обидеться, но, тем не менее, для того чтобы начать лечение, в первую очередь необходимо поставить правильный диагноз. 

Когда президент говорит, что год назад он поднимал те же самые вопросы, а по факту за целый год ничего не изменилось, — это соответствует реальности. С одной стороны, Украина стоит и отстаивает свободу всей Европы и всего западного мира. Но очевидно, что в определенной степени это время было впустую потрачено прежде всего нашими европейскими партнерами. Хотя и американскими тоже, поскольку слишком долго верили Российской Федерации. 

Тем не менее Трамп демонстрирует наличие политической воли: то останавливает танкеры, то вводит действительно болезненные санкции. Мы видели реализацию этих шагов уже в прошлом году.

Со стороны Европы, напротив, больше дискуссий и заявлений, в том числе об “Украине как дикобразе”. Но когда речь идет о слаженной политике по противодействию российской угрозе, здесь, безусловно, есть проблема. Тем не менее, выступление нашего президента стало одним из самых ярких на этом экономическом форуме.

Акцент был сделан скорее на безопасности, а не на экономике, но мы прекрасно понимаем, что сегодня эти вещи неразрывно связаны. 

Соединенные Штаты уже подали сигнал, показав готовность переходить к новому этапу санкционного давления. Это произошло не на форуме, а фактически в декабре, но эти сигналы никуда не исчезли — их считали.

Путин пытается не допустить введения новых санкций, потому что он их боится. Он прекрасно понимает, насколько серьезно это ударит по возможностям продолжения войны и по состоянию самой РФ. Мы видим, как задерживаются танкеры теневого флота — если не ошибаюсь, уже седьмой по счету. Формально — под предлогом Венесуэлы, но всем понятно, о чем идет речь. Этот танкер ранее уже фигурировал в списках Министерства финансов США как связанный с операциями Кремля.

Речь идет не о формальном расширении санкционных списков в Европе, где добавляют еще несколько десятков танкеров при общем количестве более тысячи. Сейчас подход меняется. К этому процессу начинают относиться, скажем так, с трамповской дерзостью. Это означает, что развитие событий может пойти не по эволюционному пути, а по пути геометрической прогрессии. Именно этого Путин и боится.

Я уже не говорю о других санкционных направлениях. Очевидно, что сейчас Путин попытается сбить этот импульс через трехстороннюю работу, в том числе в рамках переговорных форматов в Абу-Даби, на уровне технических делегаций. Параллельно будут продолжаться попытки склонить Соединенные Штаты на свою сторону через контакты с Уіткоффом и Кушнером. Но Трамп не просто так дает сигнал о необходимости останавливать войну. Думаю, здесь действительно работает принцип: краткость — сестра таланта.

ВЛАДИМИР СОЛОВЬЯН: Москва пытается добиться территориальных преимуществ руками США

— Мы видим, что США продолжают оглядываться на позицию Москвы во многих вопросах взаимодействия с Украиной. В частности, речь идет о подписании соглашения о восстановлении Украины — так называемой сделке, которая потенциально, по разным оценкам, может привлечь в экономику Украины до 600 миллиардов долларов. 

На сегодняшний день мы видим сообщения о том, что подписание рамочных документов по такому договору о процветании Украины, как это формулирует американская сторона, откладывается до непосредственной встречи эмиссара Трампа Уиткоффа, который уже поехал в Москву на встречу с Путиным.

Таким образом, мы видим, что позиция Москвы учитывается даже в тех вопросах, где, казалось бы, Россия не может иметь права голоса, поскольку речь идет о двусторонних отношениях Украины и США.

Можно сделать допущение, что со стороны США в вопросе экономической помощи Украине звучат и требования в контексте тех переговорных пунктов, которые на сегодняшний день остаются нерешенными. Главным камнем преткновения остается территориальный вопрос. Здесь Вашингтон пытается найти компромисс, который может заключаться в том, что та часть территории Донецкой области, которая сегодня остается под контролем Украины, может быть выведена в формат некой свободной экономической зоны.

Однако остается ключевой вопрос — кто фактически будет контролировать эту территорию. Мы отчетливо понимаем, что Москва не собирается отступать в территориальном вопросе и будет до последнего, по крайней мере пока у России есть экономические возможности продолжать войну. Кремль будет давить на переговорных треках, чтобы фактически руками США добиться для себя территориальных преимуществ.

Именно это является сегодня ключевым вопросом, вокруг которого существует недопонимание: в какой степени Москва может влиять на подписание экономических договоров между Украиной и США. Это остается одним из главных факторов — насколько Вашингтон готов действовать во взаимодействии с Украиной, не оглядываясь на позицию Кремля.

Возникает вопрос, готовы ли США брать на себя роль гаранта мирового порядка. 

Для Соединенных Штатов ближайшие месяцы остаются окном возможностей, возможно последним до начала активной избирательной кампании, когда возможно заключение определенных сделок. 

Даже если такие договоренности не приведут к полной остановке боевых действий, Вашингтон может пойти на подписание рамочных соглашений и с Москвой, и с Киевом, чтобы позиционировать себя как активного участника переговоров и продемонстрировать способность Дональда Трампа заключать договоры.

Однако мы не видим практических результатов подобной дипломатии. Мы видим, что в вопросе, например, Гренландии Вашингтон был готов ставить под сомнение территориальную целостность страны — члена НАТО, что противоречит международному праву и обязательствам США в рамках Североатлантического альянса.

Учитывая этот контекст, единственной реальной гарантией безопасности для Украины могут быть инвестиции в военно-промышленный комплекс и реформы ВСУ, чтобы у Москвы в дальнейшем не возникало соблазна пытаться захватывать украинские территории. Это может стать единственной гарантией того, что Украина сможет развиваться экономически, иметь выбор во внешней политике и не оказаться под влиянием Москвы на следующих этапах своего развития.

Говоря о гарантиях безопасности, важно понимать их практическое наполнение. На сегодняшний день наиболее реальными измерениями остаются поставки вооружений для Украины и экономические гарантии, которые помогут сдерживать дефицит бюджета и выполнять обязательства государства перед населением. От устойчивости тыла напрямую зависит способность украинской армии сдерживать российского оккупанта на линии разграничения.

Не менее важно развитие собственного военно-промышленного комплекса Украины, чтобы быть менее зависимой от поставок вооружений со стороны Запада.

ДМИТРИЙ ЛЕВУСЬ: Без гарантий безопасности соглашение о восстановлении Украины невозможно

— Соединенные Штаты не связаны необходимостью принятия коллективных решений. Европейский Союз — это все-таки другая структура, это не единое государство. Другое дело, что Европейскому Союзу уже пришло время видоизменяться, исходя из той угрозы, которую Россия представляет непосредственно для Европы и для всего западного цивилизационного уклада. И начало этих изменений мы, в принципе, уже видим.

Европейский Союз, когда создавался, практически не касался вопросов обороны и безопасности. Сейчас же, в том числе благодаря программам помощи Украине, появились документы о стратегии развития оборонно-промышленного комплекса. Думаю, причина именно в этом. Вторая причина — инертность. Большинство стран Европы по-прежнему надеются, что кризис и эта угроза могут как-то рассосаться сами по себе. Никто не хочет втягиваться в масштабную конфронтацию.

Если бы при этом было еще и лидерство с примером, то ситуация могла бы измениться. В частности, в самом Европейском Союзе, в практических действиях, например по тем же танкерам. Тогда динамика могла бы быть иной.

Выступление Зеленского было очень сильным. И кто бы его ни критиковал — такие голоса тоже звучат: европейцы — наши партнеры, а выступление было жестким, — на самом деле оно не было жестким, оно было адекватным. И, кстати, оно не было лояльным по отношению к Соединенным Штатам. Уже в первых пяти минутах прозвучал четкий сигнал: если кто-то в Европе думает, что США по отношению к Гренландии сейчас остынут — то это напрасные ожидания. 

Поэтому все, что говорится о Трампе и Соединенных Штатах, которые могут останавливать российские танкеры, вполне понятно. Украина отдает себе отчет в том, что это делается не только для прекращения войны в Украине или помощи Украине, но и потому, что у США есть собственные интересы, которые далеко не всегда совпадают с европейскими. Именно поэтому в этом выступлении, по большому счету, не было ничего неожиданного ни для Европы, ни для мира.

Но то, как оно прозвучало именно как руководство к действию, с определенной ретроспективой, — именно такое выступление и должно было быть. Оно было нужно. И я думаю, что для тех стран Европы, вокруг которых сейчас кристаллизуется новый союз, в том числе оборонный, это было именно руководство к действию. По определению оно не могло вызвать серьезного раздражения.

Никакого серьезного соглашения в Давосе не могло быть подписано, и это было очевидно. Даже соглашение о восстановлении Украины на 800 миллиардов долларов, о котором говорила украинская сторона, может быть подписано только при наличии серьезных гарантий безопасности со стороны Соединенных Штатов и при прекращении военных действий. Поскольку ни гарантий безопасности со стороны США пока не наблюдается, ни к прекращению боевых действий мы не приблизились, заключение такого соглашения просто не имеет под собой основы.

ОЛЕГ ЛИСНЫЙ: Позитивная динамика есть, но главная цель не достигнута

— На встрече в Давосе гренландский вопрос отодвинул тему Украины как минимум на второе место. Это был ожидаемый момент, но все равно неприятный, потому что мы решаем вопрос жизни и смерти и считаем, что он должен быть на первом месте в том контексте, который был предложен в начале Давоса.

Тем не менее нам удалось многое, хотя и не все. Перед Давосом звучали прогнозы, что именно на этих полях будет подписано соглашение о 800 миллиардах долларов и будут предоставлены гарантии безопасности со стороны Соединенных Штатов. Это сдвинулось по срокам. Президент сказал, что по гарантиям фактически финализировали обсуждение с президентом Соединенных Штатов.

Я считаю очень удачным выступление президента Украины. Оно было достаточно жестким, но при этом расставило все точки над “і” и подтолкнуло наших партнеров к активным действиям. Это принципиально важно — говорить с партнерами честно и открыто, а не заискивать, будто мы кому-то что-то должны или кто-то что-то должен нам. Война происходит в Европе.

Безопасность Украины и безопасность Европы — это неразделимые вещи, и работать над ними нужно честно и быстро. Поэтому я считаю, что можно было добиться большего, но в том контексте, который мы наблюдали, могло быть и гораздо хуже. Из позитива также стоит отметить, что встреча президентов Соединенных Штатов и Украины была позитивно воспринята обеими сторонами. Это очень важно — сохранять Соединенные Штаты в позитивном контексте по отношению к Украине.

Есть позитивная динамика, но, по большому счету, воз и ныне там же, где и был. Возможно, он передвигается туда-сюда, но, как по мне, основы основ пока не достигнуты. РФ продолжает диктовать свою позицию и не отступает от нее ни на шаг.

Если американская сторона и Запад в целом не изменят подход к взаимодействию с РФ — сначала слова, затем обещания, что их куда-то вернут, что санкции частично снимут, что с ними снова будут торговать, — все это лишь сигнализирует Путину о слабости контрагента и дает ему возможность продолжать. Путин понимает только силу. Причем не ту, которую обещают применить, а ту, которая применяется на практике.

Читайте также: Очередной акт геноцида и принуждение украинцев к капитуляции: Кремль усиливает энергетический террор