Сегодня в 11:16
США выходят на финальный этап военной операции в Иране и в ближайшие две-три недели нанесут серию мощных ударов. Об этом заявил президент Дональд Трамп в обращении к нации.
По его словам, Соединенные Штаты не зависят от Ближнего Востока и находятся в регионе исключительно для поддержки союзников. Трамп также выдвинул условия Тегерану, призвав его к заключению сделки и предупредив о последствиях отказа.
При этом конкретные сроки завершения операции президент не назвал, однако подчеркнул, что в ближайшие недели удары будут “чрезвычайно сильными”. По его словам, атаки могут носить одновременный характер и затронуть, в частности, энергетическую инфраструктуру.
Тем временем в Иране отвергают возможность переговоров.
Ормузский пролив и угроза эскалации: США и союзники усиливают давление на Иран
“Военно-морские силы Ирана уничтожены. Их Военно-воздушные силы лежат в руинах. Наши основные стратегические цели в Иране приближаются к завершению. В течение следующих двух-трех недель мы нанесем им чрезвычайно сильные удары. Мы вернем их в каменный век, где им самое место”, — заявил лидер США.
Как сообщает агентство Fars, заместитель председателя парламента страны заявил, что диалога с США не будет. По его словам, Тегеран намерен продолжать боевые действия, пока не отомстит Дональду Трампу за гибель верховного лидера Али Хаменеи.
Сам Трамп утверждает, что операция близка к завершению и дополнительная сделка для этого не требуется. По его словам, главной задачей было лишить Иран возможности создать ядерное оружие.
“У меня была одна цель — лишить их ядерного оружия, и эта цель достигнута. У них не будет ядерного оружия. Однако мы доводим дело до конца. Думаю, это займет, может быть, две недели, может, на пару дней больше. Но мы хотим уничтожить абсолютно все, что у них есть… Впрочем, если они сядут за стол переговоров, это будет хорошо. Но неважно, придут они или нет, мы их отбросили назад. Им понадобится 15-20 лет, чтобы восстановить то, что мы им поразили”, — сказал журналистам Дональд Трамп.
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в свою очередь заявил, что угроза со стороны Ирана уже нейтрализована. Он также сообщил о планах создания новых региональных союзов для противодействия Тегерану.
“Мы не только укрепили наш союз с Соединенными Штатами, но и формируем новые союзы с важными странами региона для противостояния общей иранской угрозе. И я надеюсь, что в скором времени я смогу рассказать вам больше об этих важных союзах”, — сообщил Нетаньяху.
Среди потенциальных участников таких союзов — Объединенные Арабские Эмираты. По данным The Wall Street Journal, Абу-Даби рассматривает возможность присоединиться к военной операции и помочь открыть Ормузский пролив, который Иран пытается блокировать. В Совбезе ООН готовится соответствующая резолюция, однако даже в случае ее провала Эмираты готовы действовать совместно с союзниками.
“Объединенные Арабские Эмираты готовятся помочь США и другим союзникам открыть Ормузский пролив силой. ОАЭ лоббируют принятие резолюции Совета безопасности ООН, которая санкционировала бы такие действия. Дипломаты Объединенных Арабских Эмиратов призывают США и военные державы Европы и Азии сформировать коалицию для принудительного открытия пролива. Один из официальных представителей ОАЭ заявил, что иранский режим считает, будто борется за свое существование, и готов потянуть за собой в пропасть мировую экономику, удерживая пролив в тисках”, — говорится в публикации The Wall Street Journal.
Европейские страны пока не демонстрируют готовности к прямому участию в конфликте. Однако Великобритания усиливает поддержку союзников в регионе. Министр обороны Джон Хили сообщил о поставках дополнительных систем ПВО и военной техники в страны Персидского залива.
В частности, в Саудовской Аравии будет развернута система Sky Sabre, в Катаре продолжат размещение истребителей Typhoon, а в Бахрейне интегрируют британские пусковые установки в национальную систему обороны.
“В связи с моими заявлениями о поставках новых систем противовоздушной обороны в Саудовскую Аравию, Бахрейн и Кувейт, туда прибудут британские специалисты, которые помогут с их установкой, обучением персонала и эксплуатацией. Это означает, что на Ближнем Востоке будет находиться почти тысяча британских военнослужащих, которые будут помогать защищать воздушное пространство и укреплять системы противовоздушной обороны”, — сообщил Джон Хили.
Параллельно Лондон участвует в дипломатических усилиях по урегулированию ситуации вокруг Ормузского пролива. Премьер-министр Кир Стармер сообщил о подготовке встречи представителей 35 стран, которые намерены совместно обеспечить безопасность ключевого торгового маршрута. Среди участников — ОАЭ, Великобритания, Франция, Германия, Италия и Нидерланды.
Финал операции или начало новой войны: что стоит за заявлениями Трампа — мнения экспертов
Готов ли Иран к переговорам или намерен продолжать эскалацию конфликта? Может ли ситуация вокруг Ормузского пролива привести к глобальному экономическому кризису? Насколько реально формирование международной коалиции против Ирана? Почему союзники США усиливают военное присутствие, но избегают прямого участия в войне? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Питер Дикинсон, издатель журнала “Business Ukraine”;
- Руслан Сулейманов, востоковед, эксперт NEST Centre;
- Ростислав Гольцман, глава комиссии по международным связям Союза журналистов Израиля;
- Александра Филиппенко, политолог-американист, международный обозреватель The Breakfast Show.
ПИТЕР ДИКИНСОН: Трамп начал войну без понимания, как ее закончить
— Тот момент, когда Иран сам говорит, что “бой китов закончен”, не означает, что война закончится. Сейчас инициатива принадлежит иранцам, а не американцам.
Иранцы прекрасно понимают, что Трамп должен немедленно завершать войну, он сейчас находится в неудобном положении и не знает, как решить этот вопрос. То есть Трамп начал войну без какого-то конкретного понимания, как это все будет заканчиваться и как это будет выглядеть. И сейчас для него это крайне неудобная ситуация: он не знает, что делать и как решить этот вопрос.
Иранцы понимают, что время временно работает на их сторону. Трамп говорит, что они хотят перемирия, хотят прекращения войны. Но, к сожалению, мы это уже часто слышали — и по поводу другой войны, и по поводу другого диктатора, по поводу Путина. Трамп тоже постоянно говорит, что уверен, что Путин хочет мира. Но Путин ничего подобного не хочет.
Скорее всего, такая же логика применяется и в отношении Ирана, когда говорится, что они якобы хотят договориться. Но сами иранцы открыто говорят, что пока они не готовы. И, к сожалению, по логике приходится верить именно заявлениям Ирана.
США, как и любая страна в мире, зависят от глобальной цены на нефть. Цена на нефть сейчас растет в Америке так же, как и во всем мире. И это, конечно, влияет на экономику США так же, как и на мировую экономику.
В чем суть проблемы, с которой сталкивается Трамп? Если перекрытие залива не влияло бы на США, это было бы абсурдной стратегией для Ирана. Но это влияет, и это создает неудобную ситуацию как для американцев в целом, так и для Трампа лично. Что касается возможных решений, то военный путь — это крайне сложный вариант. Мы говорим не о каком-то одном объекте, а о территории, которая находится под угрозой ударов ракет и иранских дронов.
Защищаться от этого можно только военными средствами, например, отправить туда флот. Но даже если будет сформирована большая коалиция — британские, французские, итальянские корабли и другие, не факт, что это сразу решит проблему. Не факт, что Иран не будет по ним наносить удары. Не факт, что Иран не будет действовать военным путем против этих сил. И тогда мы уже говорим о риске мировой войны. И не факт, что кто-то готов к такому сценарию.
Если даже американский флот — самый сильный и крупнейший в мире — не спешит физически разблокировать пролив, сложно представить, как это сможет сделать какая-то коалиция, европейская или международная.
Пока не видно, как это может работать: по каким параметрам будет обеспечиваться безопасность морского трафика, который должен проходить через этот пролив.
Америка фактически сейчас ничего не делает, потому что понимает, что не может быстро решить этот вопрос. И есть расчет на то, что каким-то образом ситуация сама изменится, Иран в какой-то момент скажет: “Хватит, нам это больше не интересно, мы открываем пролив”.
Но пока я этого не вижу. Иран — это страна, которая живет под самым сильным санкционным давлением в мире уже более 40 лет. И несколько дополнительных месяцев для них не критичны.
РУСЛАН СУЛЕЙМАНОВ: Арабские монархии наблюдают, но не вмешиваются
— На мой взгляд, этот кризис далек от разрешения. Пока есть какие-то предварительные сценарии, есть пожелания сторон. Но я полагаю, что даже если теоретически завтра будет заключена какая-то сделка о прекращении огня, Ормузский пролив уже не будет прежним.
Иран будет так или иначе влиять на то, что происходит в этой водной артерии. Возможно, требовать какую-то дополнительную плату, возможно, шантажировать — просто шантажировать другие страны. Но эта ситуация очень далека от разрешения.
Прежде всего должны прекратиться боевые действия. После этого можно будет что-то говорить о будущем Ормузского пролива и всего региона в целом, поскольку война еще не окончена. Обстрелы продолжаются и в направлении Ирана, и со стороны Ирана. Страдает и Ормузский пролив, и весь регион. Собственно, можно сказать, и весь мир.
За прошедший месяц ни одна из арабских монархий все-таки не вступила в эту войну, по-настоящему не участвует на стороне США и Израиля. Пока все ограничивается довольно жесткими, но все-таки заявлениями — и со стороны Саудовской Аравии, и со стороны Эмиратов.
Потому что вступление в войну — это очень большой риск, поскольку помимо Ирана есть еще йеменские хуситы, которые имеют возможность наносить удары и по Саудовской Аравии, и по Объединенным Арабским Эмиратам.
И уже однажды они даже блокировали всю нефтяную отрасль саудовцев на сутки — так было в 2018 году. Так что пока арабские монархии Залива скорее наблюдают за происходящим, высказывая какие-то свои пожелания, но напрямую не участвуют. И тем более мы не наблюдаем их участия в силовой разблокировке Ормузского пролива.
Мы не видим стран, которые хотели бы вмешаться напрямую, направить какие-то свои войска. Пока все наблюдают за тем, что предложит Дональд Трамп, что предложит Израиль, который начал эти военные действия, как они будут договариваться с Ираном и договорятся ли вообще. И именно от этого на сегодняшний момент зависит разрешение кризиса в Ормузском проливе.
Страны, которые озабочены происходящим в Ормузском проливе, — это страны, страдающие от перебоев с поставками нефти, страны, которые несут убытки из-за резкого роста цен на нефть и так далее. Но это точно не военная коалиция.
Невозможно представить, что все эти страны будут сейчас формировать какой-то военный союз и условно идти войной против Ирана. Нет, это не более чем обсуждение.
Вся архитектура безопасности арабских монархий Персидского залива в свое время была фактически отдана Соединенным Штатам. Вашингтон уже десятилетиями выступает гарантом их безопасности.
Но последние события показали, что, мягко говоря, не во всем у американцев получается обеспечивать безопасность. Особенно когда речь идет о таких видах вооружений, как иранские беспилотники.
В целом вся система безопасности арабских монархий будет пересмотрена, она уже пересматривается, независимо от того, чем закончится эта война в Заливе. И в перспективе, на фоне пересмотра роли США, у Украины будет возможность сыграть свою роль в построении новой архитектуры безопасности для арабских монархий Залива.
РОСТИСЛАВ ГОЛЬЦМАН: США не хотят войны на земле, но готовы к ней
— То, что иранцам стоило бы пойти на соглашение даже в нынешней ситуации, это понятно. Нужно понимать, что, особенно когда мы имеем дело с режимом аятолл, говорить о какой-то логике очень сложно.
Потому что если бы речь шла о логике, то эти сверхдоходы шли бы на благосостояние народа, а не на создание ядерного оружия и баллистических ракет. Поэтому говорить о том, что это был бы идеальный вариант, можно, но реальность иная.
Последнее, чего хотят американцы, — это наземная операция. Даже когда США сообщают, что на данный момент погибло 12 американских военнослужащих, находившихся на базах в арабских странах Ближнего Востока, это уже воспринимается очень болезненно.
И американцам не хотелось бы проводить наземную операцию. Но в данном случае, как подчеркивает тот же Трамп, “на велосипеде можно только ехать: если остановишься — упадешь”. Этого он не допустит.
Иран был готов к переговорам и готов к ним сейчас. Но главный принцип переговоров — это принятие условий. Прежде всего — отказ Иран от ядерной программы, ликвидация программы баллистических ракет, а также перевод оставшихся атомных электростанций, например, станции в Бушере, под международный контроль МАГАТЭ.
Только на этих условиях возможны какие-то переговоры. Если Иран на это не готов по любым причинам, операция будет продолжаться.
При этом нельзя отрицать, что существует вариант развития событий с установлением полного контроля над Ормузским проливом и высадкой десанта на побережье, в том числе в районах нефтяной инфраструктуры.
АЛЕКСАНДРА ФИЛИППЕНКО: Близость Трампа к странам Залива может сыграть решающую роль
— Страны Персидского залива связывают с Дональдом Трампом очень близкие отношения, в том числе личные. Например, Мухаммед бен Салман — фактический правитель Саудовской Аравии, который встречался недавно с Владимиром Зеленским во время его поездок. Компании Мухаммеда бен Салмана вкладывали 1 миллиард долларов в компанию “Афина Партнерс” — это компания Джареда Кушнера, а также в проекты Trump Organization Дональда Трампа: строительство гольф-полей и другие проекты в странах Персидского залива.
Так что сейчас этот фактор может неожиданно сыграть роль. Потому что страны Персидского залива в первую очередь ориентируются на собственные интересы и выгоду. И да, у них есть достаточно близкие отношения и с Россией. Не будем забывать, как Дубаи часто становились местом притяжения для российских олигархов и чиновников, которые покупают там недвижимость и говорят, насколько там комфортно жить. Европа закрыта — зато есть Дубаи. Близость российской элиты к этому региону очевидна, в том числе финансовая.
И вот сейчас такие страны, как Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия, Катар, фактически находятся по другую сторону от Ирана. Более того, Мухаммед бен Салман в свое время называл Али Хаменеи “Гитлером Ближнего Востока”. То есть противостояние там давнее.
Сейчас они видят, что Россия помогает Ирану, предоставляет ему помощь, в том числе разведданные, вне зависимости от того, что говорит Кремль. Как всегда, лучше смотреть на 180 градусов от заявлений Кремля.
Таким образом, появляется еще одна группа стран, которая может повлиять на Дональда Трампа. Ведь что для него важно? Важны цены на бензин в США. Сейчас цены высокие — около 4 долларов за галлон, и такого давно не было. Трамп ранее гордился тем, что ему удалось снизить цены на топливо. Поэтому цены на нефть его напрямую волнуют. А страны Персидского залива — это ключевые производители и экспортеры нефти. Да, для США Ормузский пролив, как говорит Трамп, не критичен. Но для этих стран критично экспортировать нефть, потому что это их основная прибыль. И они могут воздействовать на США по другим каналам, не только через нефть.
Это уже не карточная игра, а сложная многослойная партия, условно “шахматы на несколько ходов вперед”. На Дональда Трампа могут влиять как внутренние факторы — избиратели, так и внешние — цены на нефть и отношения со странами Персидского залива. Причем эти отношения существуют не только на уровне государства США, но и лично у Трампа. И это может сыграть свою роль в формировании позиции США.
Есть люди, которым Дональд Трамп просто доверяет. Джаред Кушнер — один из них. Это его зять, член семьи. Несмотря на заявления о том, что он не будет взаимодействовать с правительством, он уже был советником Трампа в его первый срок и сейчас снова имеет влияние.
Кушнер — человек с очень глубокими связями в странах Персидского залива. Он добился определенных успехов, в частности по линии Израиль — ХАМАС. Удалось добиться возвращения заложников и прекращения огня. Это Трамп воспринимает как часть своего политического наследия.
Читайте также: Опыт войны меняет расклад сил: перспективы сотрудничества Украины и стран Ближнего Востока оценили эксперты
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
