Какой мирный сценарий лишит Путина иллюзии безнаказанности — мнения экспертов и зрителей FREEДОМ

Россия фактически подтвердила, что на встрече в Кремле со спецпосланником президента США Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером не приняла часть пунктов американского мирного плана. В интервью India Today Владимир Путин также упомянул, что США предложили разделить документ на четыре отдельные части, которые будут обсуждаться поэтапно. Тем временем эксперты сходятся во мнении: Москва лишь создает видимость диалога, а реальная цель Кремля — продолжение войны. 

После визита американцев Путин снова перешел к угрозам Украине и Европе

Пятичасовой разговор Уиткоффа и Кушнера с российским лидером не принес публичных результатов. Компромисс по ключевым вопросам отсутствует, перспектива завершения войны остается неопределенной. Однако, судя по реакции российской стороны, Путин остался доволен. Встреча началась с трехчасовой задержкой — демонстративный жест диктатора, который хотел подчеркнуть свое превосходство. Как отмечает CNN, ему также понравилось, что представители США фактически уговаривали его, хотя реального интереса к соглашению он не проявил.

“Путин не хочет сделки, но ему приятно, когда его умоляют о ней… Путин — прагматик, который адаптируется к каждой новой возможности или неудаче, но у него есть более масштабная мечта — изменить баланс глобальной безопасности и положить конец многолетнему господству США”, — сообщает CNN.

О реальных планах Кремля красноречиво говорят цифры. Проект бюджета РФ на 2026 год предусматривает почти 13 трлн рублей на армию и закупку оружия, плюс еще около 4 трлн на силовые ведомства. В совокупности почти 38% бюджета пойдет на силовой блок — рекордный показатель за многие десятилетия. Одновременно Москва игнорирует мирные инициативы Вашингтона: договоренности о прекращении огня нет, встреча в Будапеште сорвана, ключевые документы не подписаны.

“В течение месяцев Путин отклонял инициативы Трампа даже по временному прекращению огня… Российский диктатор хочет захватить весь Донбасс и лишить Украину надежных союзников… Путин хочет создать впечатление, что ведет переговоры… На самом деле глава Кремля все это время пытается вбить клин между Трампом и Европой”, — пишет The Wall Street Journal.

После отъезда американской делегации Путин вновь перешел к угрозам, заявив в India Today о намерении России захватить весь Донбасс и юг Украины. Российские депутаты с федеральных каналов уже повторяют тезисы о “российских” Одессе и Николаеве. Аналитики ISW подчеркивают: эти заявления не соответствуют реальным возможностям российской армии и служат лишь инструментом давления на переговорах.

“Возобновление этих нарративов… вероятно, направлено на поддержку усилий Кремля по когнитивной войне, чтобы снова представить Россию способной продолжать войну для достижения своих целей”, — пишут эксперты ISW.

На фоне этих высказываний Путин также угрожал Европе, обвиняя ЕС в эскалации. НАТО и Британия восприняли угрозы как очередной элемент российской пропаганды. Такие заявления, по мнению западных аналитиков, лишь усиливают решимость союзников противостоять агрессии.

“Последнюю угрозу Путина… следует рассматривать в контексте бессмысленной бравады… Вместо того, чтобы пасовать перед шантажом Путина, лидеры НАТО должны понимать, что… они, несомненно, имеют преимущество”, — пишет The Telegraph.

Глава МИД Чехии Ян Липавский предупреждает: Кремль активно пытается разорвать связи между США и Европой, одновременно усиливая гибридные операции по всему континенту.

“Россия усилила свою вредную и опасную деятельность… Она ведет психологический, а иногда и физический конфликт против всех нас”, — заявил Липавский.

Тем временем Украина настаивает: мир возможен только при гарантиях безопасности. Президент Владимир Зеленский отметил, что “сейчас есть реальная возможность закончить войну”, но достичь этого можно лишь при давлении на Россию и сохранении поддержки союзников.

“Украина готова к любым вариантам развития событий… Наша задача сейчас — получить полную информацию, что прозвучала в России, какие еще поводы нашел Путин, чтобы затянуть войну”, — подчеркнул Зеленский.

Уходящая неделя ясно показала: заявления Путина о готовности к переговорам — лишь ширма. Кремль тратит рекордные суммы на армию, пропаганда сосредоточена исключительно на угрозах, а реальные шаги свидетельствуют не о стремлении к миру, а о подготовке к дальнейшей эскалации.

Мнения зрителей FREEДОМ

Какой шаг мирового сообщества лишит Путина ощущения безнаказанности? Такой вопрос телеканал задал своим зрителям. Ответы были зачитаны в прямом эфире: 

• “Мир должен перестать пудрить себе мозги, перестать быть жадным и корыстным. И когда это произойдет — все случится. Но боюсь, это утопия: власть, прибыль и одноразовое удовольствие сегодня поставлены превыше всего. А может, не только сегодня — может, так было всегда”; 
• “Признание режима Путина террористическим. Отлов (или случайное обезвреживание) представителей террористов ЧВК — под российским флагом, например, в любой точке мира!”;
• “НАТО уничтожит всю ПВО и авиацию РФ за один удар. На этом война закончится”;
• “Сильные санкции, вторичные санкции, полный игнор России во внешней политике, депортация всех пропутинских сторонников из своих стран (консервов), завалить Украину вооружением, которое ей необходимо. А ведь все просто: Россия выводит свои войска за пределы Украины — границы которой прописаны в Конституции Украины, в договорах между Украиной и Россией, в международном праве. Репарации, контрибуции. Кто первый пересек границу с оружием в руках, тот и виноват. И не нужно говорить, что РФ там кого-то “спасать” пришла. Для этого есть ООН, Совет безопасности, миротворческие силы. Просто Путин захотел поиграть в имперца”;
• “Страны Будапештского меморандума обязаны выполнить условия договора. Украина должна быть безоговорочно защищена!”.

Мнения экспертов 

Украина и Россия вошли в очередной раунд контактов при посредничестве США. Киев, Женева, Майями, Москва — каждая встреча привлекает внимание мира. Но действительно ли Кремль готов к переговорам или речь идет лишь о спектакле для американских представителей? И почему после московской встречи большинство мировых медиа сделали вывод, что Путин намерен затягивать войну? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДОМ искали ответы: 

• Михаил Подоляк, советник руководителя Офиса президента Украины;  
• Вячеслав Потапенко, заместитель директора Национального института стратегических исследований; 
• Илья Котов, кандидат наук государственного управления, эксперт по публичной политике.

МИХАИЛ ПОДОЛЯК: США видят в Украине партнера, а в России — нет

— США заинтересованы в окончании войны и понимают, что без понимания конструкта того, как будет выглядеть программа сдерживания России по восточной границе, ничего не будет. То есть война не закончится. И точно так же динамично работает наша делегация. Украина в принципе работает динамично сейчас на внешних рынках, потому что от этого зависят обороноспособность, скорость поставок оружия, скорость поставок информации, консолидация позиций европейских партнеров и так далее. Но вот кто вообще не работает, кто инерционно плывет, понимая, что у них большой запас ресурсов, — это Россия.

Россия категорически не заинтересована в переговорном процессе на данном этапе. Россия категорически не заинтересована в остановке войны. Мы видим сегодня ночью более 500 дронов, 30 ракет, стандартную практику уничтожения жилых кварталов и критической инфраструктуры. Россия раз за разом доказывает, что заинтересована только в бесконечной, максимально затяжной войне. Возможно, она будет готова снизить определенную интенсивность боевых действий на какое-то время, пока нужно будет доработать ресурсную базу, то есть рекрутировать дополнительное количество жировой массы, которую можно отправить для просачивания по территории Украины.

США в обновленной стратегии национальной безопасности четко говорят о том, что понимают все риски, которые сегодня видны на территории Восточной Европы, имеется в виду — на территории Украины. Понимают, что с этими рисками нужно дальше работать и их убирать, иначе ключевой союзник, которым является Европа для США, будет всегда находиться под давлением. А это будет снижать конкурентные возможности Соединенных Штатов, учитывая, что есть не только Европа, но и другие регионы, где требуется силовое присутствие США.

Есть понимание того, что без так называемых гарантий безопасности — это сейчас ключевое обсуждение, без гарантий сдерживания России, без понимания того, как это будет осуществляться и кто это будет осуществлять, ничего не получится. США настаивают, что Европа должна брать на себя больше активности, это понятно, но Европа не может закрыть вопросы, которые после Второй мировой войны брал на себя безопасностный каркас Соединенных Штатов. Нужно время, чтобы Европа могла полностью все контролировать и управлять рисками на своей территории.

Украина аргументировано доказывает, что если США хотят дальше иметь репутацию доминирующего государства, которое влияет на ключевые правила поведения, определяющие коридоры даже для сложных переговоров, то нужно обсуждать эти чувствительные вопросы и принимать в них деятельное участие. Еще раз: без понимания того, какой будет архитектура безопасности Европы, особенно по восточной границе, какой будет программа сдерживания России, как это будет реализовываться, какую роль будет играть Европа, США и Украина, — все это обсуждается. Это позитивное продвижение.

Основные разногласия сегодня — те, что профессионально отрабатываются американской и украинской делегациями и европейцами. Россия в этом участия не принимает из-за низкой компетенции Путина. Россияне пока не переходят к обсуждению сути формулы, предложенной в инициативе Трампа.

Было три ключевых темы. Первая — территории. На мой взгляд, эта тема должна звучать иначе. Это изменение в международном праве. Если кто-то хочет, чтобы с территориями происходили юридические действия, нужно будет зафиксировать в международном праве, что силовой захват чужого имущества является разрешенной функцией. Пока это вступает в прямой конфликт с международным правом и не будет устраивать ни одну страну, включая Китай.

Второй вопрос — так называемые гарантии безопасности для Европы и Украины. США сначала считали, что этим должна заниматься больше Европа, но сейчас, надеюсь, понимают, что без их участия формат работать не будет. Ресурсно и милитарно США находятся на другом уровне, по сравнению с Россией, и их присутствие как гаранта безопасности важно.

Третий вопрос — финансирование: продолжение оборонной войны, восстановление Украины, быстрый переход разрушенной экономики к конкурентной. Это требует детальных обсуждений источников финансирования. В Европе все больше говорят о необходимости использования российских активов. Несмотря на то, что отдельные страны против этого, заявления Мерца показывают: использование денег агрессора для восстановления разрушенного этим агрессором является юридически корректным.

Все эти вопросы требуют четкого диалога с американскими коллегами. И надо отдать должное группе Уиткоффа — они слышат аргументы и принимают их. Они признают, что Украина — партнерское государство, которое использует исключительно прагматичные подходы к переговорам. В отличие от России, которая продолжает уничижительно относиться к инициативам Трампа и вести имитационную деятельность.

До рамочного соглашения далеко, потому что Россия даже близко не приступала к обсуждению пунктов, предложенных США. Россия говорит, что готова к миру, я говорю это с сарказмом, — но каждую ночь демонстрирует обратное. Можно ожидать черновые форматы документов, которые будут устраивать Украину, США как глобального медиатора и Европу. Это создаст основу для предметного обсуждения в рамках реалистичного переговорного процесса.

Россия на словах будет говорить, что категорически хочет мира, но будет затягивать время, чтобы уменьшить ресурсную поддержку Украины и сохранить поддержку Китая. Чтобы не было стагнации в инициативе Трампа, США должны задействовать более жесткие инструменты экономического принуждения. Санкции должны работать не только в отношении “Роснефти” и “Лукойла”. До 13 декабря есть отсрочка для “Лукойла”, чтобы продать международные активы. Очень странно, что все предыдущие годы “Лукойл” владел крупными пакетами акций европейских компаний, операторов розничных сетей.

Санкции — одно направление. Другое — переговоры США-Китай и ЕС-Китай. Встреча Макрона с Си Цзиньпином дает надежду, что Европа найдет аргументацию, которую Китай услышит, потому что ему крайне невыгоден слом международного права и возврат России в глобальный статус за счет насилия.

Третье направление — план Б. Европа заявила, что если инициатива Трампа не сработает, она увеличит объемы военной поддержки, закупки оружия в США для Украины, инвестиции в военное производство Украины и европейских стран. Санкции ЕС станут более разрушительными, по модели США.

Очень важный пункт — замороженные активы. В Европе должно быть найдено решение, как профинансировать инвестиции в Украину и покрыть бюджетный дефицит. Это важно, потому что использование денег налогоплательщиков позволяет российской пропаганде давить на политические группы, утверждая: “вы платите за войну”. Люди не всегда понимают, что это взнос в безопасность Европы. 

Использование замороженных российских активов сняло бы этот аргумент. Британия уже заявила о готовности передать 8-9 млрд фунтов стерлингов. В Европе также нужно двигаться к решению вместе с Бельгией и направлять эти средства на оборону Украины, ее восстановление и перестройку европейских милитарных производств.

ВЯЧЕСЛАВ ПОТАПЕНКО: Мы имеем дело с разработкой новой системы безопасности Европы

— С моей точки зрения, сейчас происходят еще не переговоры, а консультации, так же, как и в Москве. То есть в Москве была консультация между американской стороной и российской, а сейчас происходит консультация между украинской и американской сторонами по поводу формирования условий завершения боевых действий. И руководитель украинской делегации говорил, что происходит определенный прогресс: эти консультации, разговоры, обсуждения продолжаются, но решение на сегодняшний момент еще не найдено.

Основной вопрос, который волнует всех украинцев, — это не просто прекращение боевых действий, но и те условия, на которых это произойдет, и то, что будет дальше происходить с Украиной. Какие будут взаимоотношения с американскими и европейскими партнерами, какие гарантии и условия могут дать Соединенные Штаты, чтобы российская сторона не продолжила агрессию и наступление.

Ведь война длится не с 2022 года, она длится с 2014-го, и решить весь комплекс вопросов, накопившихся за эти больше чем десять лет, действительно очень сложно. На сегодняшний момент даже Европа чувствует себя неуверенно в плане того, нападет ли Россия на Европу. Поэтому фактически мы имеем дело с разработкой новой системы безопасности для Европы.

Те данные, которые поступают, свидетельствуют, что разделение пунктов обсуждения несколько раз перерабатывалось: их меняли, сокращали, дополняли. В итоге их разделили на несколько блоков. Один из блоков касается российско-европейских отношений, один — российско-американских, один — вопросов по Украине, и один — того, что будет происходить после войны: как будет происходить восстановление Украины, как будет работать экономическая система Украины, которая за годы войны по сути стала частью Запада. Это огромный комплекс вопросов, в котором Россия является лишь одним компонентом, и при этом нет доверия после неспровоцированного нападения в 2022 году.

Это очень сложно. Поэтому я бы не ожидал решения сегодня или завтра, но мне кажется, что администрация Трампа не готова отступать, прятаться или отходить от вопроса решения безопасности Украины. Я склонен думать, что это действительно так, потому что новые американские лидеры представляют часть бизнес-элиты США и меняют идеологию внешней политики, ставя во главу угла экономические вопросы, а безопасность рассматривая как элемент обеспечения экономики.

Для Соединенных Штатов важно решить вопросы на Европейском континенте так, чтобы здесь был мир, и чтобы это не отвлекало ни экономические ресурсы, ни ресурсы для обеспечения безопасности. Американцы не хотят увеличивать здесь военное присутствие, не хотят финансировать страны НАТО, не хотят быть донором безопасности. Они готовы быть партнером по безопасности для тех европейских стран, которые готовы сотрудничать с США за свои деньги.

Если сказать очень просто, концепция Трампа не изменилась с 2016 года, она лишь усилилась. Если тогда требование к европейским странам платить за безопасность США воспринималось как жесткая риторика, то сейчас оно воспринимается руководством европейских стран всерьез. Более того, США хотят создать определенный баланс, используя наработки середины XX века и 70-х годов, — принцип мирного сосуществования в Европе, когда существуют страны западной и атлантической ориентации, и страны, ориентированные на Россию и Китай, и между ними не происходит боевых действий.

Создание фактически новой системы безопасности, не привязанной ни к ООН, ни к НАТО, ни к результатам Второй мировой войны, — серьезный вызов и сложная организационная работа. Украина является лишь одним из элементов этой большой мозаики. 

Уиткофф показал себя результативным в переговорах по сектору Газа, и Трамп получил то соглашение, которое хотела американская администрация. С точки зрения США у него есть позитивный кейс, и плюс к нему подключился зять Трампа Кушнер, который также участвовал в этих процессах.

Трамп постоянно меняет представителей, так же, как и российская сторона, пытаясь найти людей, которые могут найти общие интересы и заниматься чем-то, кроме обмена тезисами. В течение многих лет диалог России и США выглядел так: Россия рассказывала об истории, о XII веке, печенегах и Руси, а американцы говорили о ценностях демократии и авторитаризме, то есть они говорили на разных языках. Сейчас пытаются найти людей, которые имеют экономические интересы, и на их основе организовать диалог.

Нужно четко понимать, что и Уиткофф, и Дмитриев, и Кушнер, и другие участники этого процесса работают на общественных началах, рассчитывая заработать многие десятки миллионов долларов. У них есть понятный бизнес-интерес в достижении соглашений. Почему? Потому что с 2014 года им не удавалось найти никакой области пересечения интересов, и сейчас эта область найдена — в деньгах. Уиткофф, Дмитриев и их партнеры будут зарабатывать на возможном мирном соглашении.

Очень важно, чтобы при этом сохранялись государственные интересы Украины — не только суверенитет и независимость, но и экономические, культурные интересы, вопросы национальной идентичности, чтобы они не были потеряны. Я бы сказал, что Трамп ищет те пути, где можно достичь соглашения, и где участники процесса имеют личную выгоду.

В Белом доме ушла идеология борьбы добра со злом, демократии с автократией. Все стало более прагматичным и буржуазным, начиная от стиля поведения Трампа и его администрации. Для Украины, которая вошла в демократический процесс в 90-х, это культурный шок. Представители USAID и демократической администрации говорили другое и исходили из других подходов.

Сейчас никого не смущают контакты представителей, включая Уиткоффа, с Россией, и даже их денежный интерес. Трампа интересует конечный результат — прекращение боевых действий и сокращение расходов США на безопасность Европы. Причем не только Украины, этот вопрос они уже решили, но и Европы — до нуля. Чтобы США ничего не тратили на безопасность, а безопасность Европы обеспечивалась за деньги европейцев, включая украинские, в том числе через европейскую помощь Украине в сфере безопасности и экономики. И это большой поворот, серьезный и травматичный — и для украинской элиты, и для общественного мнения.

ИЛЬЯ КОТОВ: Россия неискренна в желаниях мира — это видно по каждому шагу

— Происходит определенный процесс торгов. И мы прекрасно видим, что Путину со своей стороны приносит определенное удовольствие участие в этих торгах. На переговорах с РФ даже не присутствуют кадровые профессиональные специалисты, профессиональные дипломаты. Присутствуют люди, которым доверяет Трамп. Это абсолютно его право, но с точки зрения государственного управления и логики — вопрос довольно спорный. Поэтому Путин научился разговаривать с этими людьми. Научился разговаривать с Уиткоффом, который, в свою очередь, видит, что его якобы слышат. То есть создается иллюзия взаимопонимания между двумя государствами.

А диктатор прекрасно этим пользуется: пытаясь максимально навязать свои условия, пытаясь “продать” какие-то вещи, уступки Соединенным Штатам, снова таки не делая этих уступок. После поездки в Москву Уиткофф возвращается, и санкции против автозаправочных комплексов “Лукойл”, а их, на секундочку, две тысячи, откладываются до весны 2026 года. То есть это уступка со стороны Соединенных Штатов. Потому что две тысячи автозаправочных станций — это колоссальный объем средств, который Россия могла потерять уже. Но США идут навстречу.

И возникает вопрос: а в чем идет навстречу Россия? Мы пока этого не видим. Россия идет навстречу какими-то явными обещаниями, которые, снова таки, выполнены не будут. Путин одной рукой что-то обещает, другой рукой продолжает вести войну.

Путин балансирует, лавирует, чтобы не попасть под горячую руку Трампа, не получить усиление санкций. И в то же время создать иллюзию возможного когда-то мира.

В то же время продолжается и будет продолжаться террор. И мы видим по последним данным, что, скорее всего, этой ночью будет нанесен массированный удар по нашему государству. Это мы о мире сейчас. Есть слова, а есть факты. И факты говорят об обратном.

Трамп для себя лично поставил дедлайн окончания всей этой челночной дипломатии и мирного процесса до 31 января. Объясню почему. Потому что 31 января заканчивается выдвижение на Нобелевскую премию мира. И Трамп до этого периода явно будет ставить для себя цель каким угодно образом получить этот мир между Россией и нашим государством.

Тут большой вопрос. Большой вопрос, поскольку мы все это уже проходили. Проходили в феврале этого года, проходили не один раз. Россия неискренна в своих желаниях мира. И это показывают все уступки, в том числе сегодняшние.

Трамп ждет. Он со своей стороны сделал уже шаг. И этот шаг — в какой-то степени в сторону России. В первую очередь, как я уже говорил, это касается “Лукойла”. Во вторую очередь — та самая стратегия безопасности, о которой сегодня весь день говорят. Это действительно значимо, потому что Трамп обрисовал совершенно иной геополитический процесс в мире, где Россия выступает в большей степени не врагом Соединенных Штатов, а где-то даже подыгрывает. Я не скажу “союзником”, но подыгрывает против Китая. Трамп видит большую опасность именно со стороны Китая. И ему, к сожалению, абсолютно неинтересно, что будет происходить в Европе, в том числе в Украине.

Мы должны реально смотреть на вещи. На сегодня ситуация такова: Трамп обозначил свою проблему там. Почему Соединенные Штаты говорят о возможном выходе из НАТО к 2027 году? Потому что проблемы Европы должны оставаться в Европе. Это, к сожалению, позиция нынешней администрации США. Хотя я бы не обобщал — у Рубио совершенно иная позиция.

Читайте также: Европа, США и Украина: как формируется новая архитектура гарантий безопасности