Анкара между Киевом и Москвой: роль и влияние Турции в переговорном процессе оценили эксперты

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в среду предложил провести второй раунд мирных переговоров с Украиной 2 июня в Стамбуле. В ответ Киев потребовал от Москвы заранее озвучить условия перемирия, однако в Кремле заявили, что готовы сделать это лишь в ходе прямых переговоров между делегациями. Параллельно глава Госдепартамента США Марко Рубио провел разговор с Лавровым, в ходе которого призвал российскую сторону к началу диалога с Украиной.

Глава МИД Турции Хакан Фидан совершил двухдневный визит в Москву, где встречался с Путиным и Лавровым. Также он планирует посетить в ближайшее время Киев. 

Приглашение в Стамбул

Москва зовет Киев на очередной раунд переговоров в Стамбуле 2 июня с обещанием раскрыть так называемый “меморандум” с условиями прекращения огня. Украина, в свою очередь, направила свой документ и требует взаимности: прежде чем говорить о новой встрече, свою позицию должна обнародовать и Россия.

“Российская сторона, как и договаривались, оперативно разработала соответствующий “меморандум”, который излагает нашу позицию по всем аспектам надежного преодоления первопричин кризиса”, — заявил министр иностранных дел РФ Сергей Лавров.

Глава украинской делегации министр обороны Рустем Умеров заявил, что так называемый “меморандум” Россия должна передать заранее для ознакомления. 

“В развитие встречи в Турции 16 мая мир ожидал, что российская сторона сформулирует и направит Украине и партнерам “меморандум” с их видением шагов к прекращению огня. К сожалению, российская сторона пыталась затянуть этот процесс”, — написал Умеров вечером 28 мая в Facebook.

Также Умеров сообщил о том, что украинская сторона передала документ со своей позицией относительно процесса прекращения огня. 

“Я передал главе российской делегации наш документ, который отражает украинскую позицию. Они получили этот документ. Мы подтверждаем готовность Украины к полному и безусловному прекращению огня и дальнейшей дипломатической работы”, — сообщил министр обороны Украины. 

Возможными площадками для проведения следующего раунда переговоров с Российской Федерацией являются Турция, Ватикан и Швейцария. РФ пытается предложить Беларусь, однако для Украины такой вариант не является приемлемым. Об этом заявил президент Владимир Зеленский. 

Глава государства сообщил, что в ближайшие дни у него состоится встреча с турецкой стороной.

“Я благодарен и президенту Эрдогану, и Хакану Фидану, министру иностранных дел Турции, у которого была встреча с “русскими”. У меня будет с ним встреча через несколько дней. Турецкая сторона знает, что мы обсуждаем вопрос нескольких площадок. И что мы сделали подготовительную работу по Ватикану и Швейцарии. Ватикан, в принципе, все поддерживают. Мне кажется, “русские” не поддерживают. И из того, что мы видим в медиапространстве. Также спасибо Джордже Мелони (премьер-министр Италии, — ред.), Папе Римскому. Все передали сигналы о готовности к следующим встречам. И Швейцария. Очень хочет швейцарская сторона, мы не против. Опять-таки, все варианты мы поддерживаем”, — отметил президент. 

Предлагают также свои площадки для переговоров, по словам Зеленского, Мальта, страны Африки. При этом он подчеркнул, что от Кремля четких сигналов не было, кроме как провести переговоры в Беларуси. 

“Русские” на весь этот спектр передали сигнал по Беларуси. Как вам сказать, на что это похоже? Если не хотят, мне кажется, люди должны сказать: мы сейчас не готовы. Или не хотим заканчивать войну. Потому что это несерьезно. Беларусь для нас на сегодня является страной, из которой полетели ракеты. Она является союзником страны, которая на нас напала. И войска заходили из Беларуси. Это просто невозможно в отношении Беларуси”, — отметил глава государства. 

По его мнению, наиболее реалистичными сейчас являются три площадки: Турция, Ватикан и Швейцария. 

Ранее 26-27 мая в Москве был министр иностранных дел Турции Хакан Фидан. Он провел встречи с российским диктатором Путиным и главой МИД РФ Лавровым. 

По информации Reuters, стороны обсудили усилия по прекращению войны РФ против Украины. В частности, дальнейшее развитие после встреч в Стамбуле. 

“Мы передали нашу просьбу о проведении предстоящих переговоров в Турции и заверили, что готовы внести свой вклад всеми возможными способами. Мы всегда готовы проводить переговоры и надеемся, что они быстро приведут к прекращению огня, а затем к прочному миру”, — заявил Фидан.

На днях официальный представитель МИД РФ Мария Захарова заявила, что так называемый проект “меморандума” включает в себя несколько положений, среди которых общие принципы урегулирования, возможные сроки заключения мирного соглашения, а также потенциальное прекращение огня на ограниченный период — при условии достижения соответствующих договоренностей.

Тем временем агентство Reuters, ссылаясь на трех анонимных российских источников, близких к переговорам, раскрыло ключевые требования, которые, по их данным, выдвигает Путин для прекращения войны.

Так, Кремль добивается от западных стран письменных гарантий о нерасширении НАТО на восток — в частности, об отказе от членства в Альянсе для Украины, Грузии, Молдовы и других бывших республик СССР. Кроме того, в “меморандуме” Москва хочет закрепить “нейтральный статус” Украины, добиться ослабления части западных санкций, поднять вопрос разморозки российских активов, а также предусмотреть меры по “защите русскоязычных” на украинской территории.

Напомним, 16 мая в Стамбуле состоялась первая за более чем 3 года встреча украинской и российской делегаций при посредничестве турецкой стороны. Киев заранее заявлял о том, что планируется договориться о прекращении огня, кроме того, президент Украины приглашал Путина к прямому диалогу в Турции, но кремлевский диктатор не приехал. Главным и единственным итогом встречи стал обмен пленными “1000 на 1000”. Так же Россия заявила, что разработает так называемый “меморандум”, в котором представит свою позицию относительно прекращения огня. 

Роль Турции в переговорах в оценке экспертов

Закрепится ли за Турцией статус переговорной площадки для Украины и России? Какую роль может в мирном процессе сыграть президент Турции Эрдоган? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Михаил Подоляк, советник главы Офиса президента Украины;
• Вера Константинова, политолог-международник, советника главы ВРУ (2019-2021 гг.);
• Олег Лисный, президент Аналитического центра “Политика”;
• Вячеслав Лихачев, востоковед;
• Вячеслав Потапенко, заместитель директора Национального института стратегических исследований.

МИХАИЛ ПОДОЛЯК: Россия занимается имитацией мирного процесса 

— Путин рассматривает любые заявления только как такой лингвистический пинг-понг. Достаточно примитивный в исполнении России. Все это он использует исключительно как способ затянуть процесс организации реальных переговоров и шанс закончить войну не на условиях России.

Поэтому Путин постоянно выдвигает какие-то идеи. Неважно, территориальные это идеи, идеи о “субъектах”, “суверенные” идеи, внутренние или внешние политические тезисы Украины и так далее.

Вот Сергей Лавров заявляет, что Украина должна отменить все свои законы, которые, по мнению Москвы, являются дискриминационными. Для меня это загадка. Потому что в самой России — гигантское количество дискриминационных законов. Они ограничивают права и свободы людей, этнических сообществ, меньшинств. Но это, в конце концов, внутреннее дело России. 

Почему мы, суверенное государство, должны что-то с кем-то согласовывать? С Россией? И они всерьез продолжают на этом настаивать. “Меморандум” так пока никто и не видел. 

Здесь работает психологическая ловушка. Россия всегда затягивает объявление состава своей делегации до последнего момента. Вспомните делегацию, которая ехала в Турцию с одной-единственной целью: все должны быть прикованы к России. Все ждут: когда же Россия озвучит? И вот она использует эти примитивные технологии. Меня поражает: в мире настолько очевидная оптимизация, но все всерьез сидят и говорят — давайте подождем, посмотрим, кто в российской делегации.

А кто должен быть в этой делегации? Кроме Путина — никто решений не принимает. Может быть, еще его ближайшее политбюро — Патрушев, Ротенберги, Ковальчуки, Чемезов, Сечин, Кириенко. Если их нет в делегации — значит, и делегации нет. Но мир на полном серьезе продолжает в это играть, а Россия этим пользуется. РФ играет на инфантильности.

Россия скажет все то же самое: территориальные потери Украины, потеря субъектности, запрет на альянсы и союзы. Это уже на лбу написано у Лаврова и Путина.

Но все делают вид, что это “новый меморандум”. Это и есть проявление инфантильности, которой пользуется Россия. 

В Кремле говорят, что их не устраивает Ватикан для переговоров, потому что это католическая площадка, а они православные. Хотя, на самом деле, Россия — не православное государство, а ортодоксально-православное, то есть идеологически совершенно отличное от современного христианства. 

Ничего реального Кремль делать не будет. Это имитация по всем направлениям. РФ будет предсказуемо затягивать, перехватывать инициативу, тянуть с решениями только ради одного — доминировать в информационном поле и вокруг этого строить свои пропагандистские кампании.

И самое главное: Россия — примитивна и пуглива. Она начнет что-то делать только после испуга. Только после того, как почувствует силу, которую не может компенсировать. Без принуждения ничего не произойдет.

А как только начинается вот это “ждем, что скажет Россия”, она наглеет и начинает доминировать. Снова начинается бравада, оскорбления в адрес Европы, Америки и продолжение войны против Украины.

Поэтому нужно ясно понимать: все общение с Россией должно строиться на жесткой позиции: никаких ожиданий, никаких уступок.

Если будет жесткий стиль, то будет и прекращение огня, и финал войны. Если не будет — Россия будет тянуть войну долго, выматывая ресурсы и у Украины, и у Европы, и у США, параллельно достраивая у себя жесточайшую военную диктатуру лагерного типа.

ВЕРА КОНСТАНТИНОВА: Турция может быть медиатором в переговорах

— Позиция Украины изначально заключалась в том, что европейские партнеры должны быть не просто частью переговорного процесса — они должны иметь непосредственное место за столом переговоров.

По факту, переговорный процесс с самого начала был саботирован российской стороной. И сейчас наши европейские и американские партнеры, как мне кажется, начали перестраивать свою тактику.

Важно подчеркнуть: почему Россия так хочет выйти на прямой диалог с Украиной один на один? Если вспомнить пресловутые “стамбульские переговоры” в первые месяцы войны, то становится очевидно, что для российской дипломатии такие переговоры — это выигрышный формат. Потому что в таком случае РФ может оказывать давление на Украину, шантажировать, рассчитывая на какие-то уступки. А вот если за столом находятся наши европейские партнеры, а тем более американские, — ни о каком давлении и уступках со стороны Украины речи быть не может.

Для создания правдоподобной картинки Россия пытается изобразить готовность к переговорам. Но последние дни — обстрелы, эскалация — еще раз подчеркивают: российская сторона изначально не собиралась вести никакие настоящие переговоры.

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган действительно многое сделал во время первой фазы российско-украинской войны. Он был тем лидером, который предложил и принял у себя переговоры в самом начале этой неспровоцированной агрессии.

В плане регионального влияния Турция играет важную роль. Как государство-член НАТО, она имеет свои интересы безопасности — в том числе в контексте Черного моря. Это важный компонент стабильности южного фланга НАТО.

Медиация — это для Турции инструмент внешней политики, и он дает результаты. Поэтому, думаю, и Украина, и Россия не откажутся от идеи использовать Анкару или Стамбул как переговорную площадку.

При этом нужно понимать: мы можем создавать технические группы, направлять делегации, говорить о самых разных вопросах — и об обмене военнопленными, и об обмене гражданскими. Но нам нужен мир — и именно на справедливых условиях.

Даже если говорить об усилиях Эрдогана, то Анкара всегда четко заявляла о территориальной целостности Украины и о неделимости ее границ. Это важный, но не единственный компонент.

Кроме Турции, свои усилия предлагают и арабские монархии — такие, как Саудовская Аравия, Катар. Объединенные Арабские Эмираты тоже вносят свой вклад и в вопросе возвращения наших детей, и по линии освобождения военнопленных.

Анкара — важный компонент, но не единственный. Переговорные треки могут быть разделены между странами и между площадками. В этом смысле Турция — важный игрок в регионе. Она может помочь обеспечить прекращение огня в Черном море, выступить медиатором, мониторинговой силой. Но мы также должны понимать: без американских возможностей любая помощь от наших региональных партнеров при всей важности будет недостаточной.

ОЛЕГ ЛИСНЫЙ: Эффективность Турции в мирном процессе под вопросом

— Для Турции очень выгодно, чтобы следующий раунд украино-российских переговоров о мире прошел именно в Стамбуле. Потому что тогда к Турции будет привлечено повышенное внимание как к посреднику переговоров. 

Насколько Анкара может быть эффективен в мирном процессе — вопрос. Но то, что это покажет страну как важного игрока, который может участвовать в решении глобальных проблем — однозначно. Поэтому цель визита турецкого главы внешнеполитического ведомства в Москву была в том, чтобы получить подтверждение, что переговоры пройдут в Турции. 

То, что Турция говорит с россиянами — это неплохо. Анкара неоднократно помогала Киеву в кейсе возвращения украинских военнопленных, детей и гражданских. Кроме того, тактически у президента Эрдогана получалось решать сложные вопросы взаимоотношений с Российской Федерацией — сбитый Турцией российский самолет, а также зерновое соглашение. 

Сейчас я не вижу таких механизмов, которые бы вернули Путина к реальности и он начал действительно хотеть мира. Да, звучат какие-то красивые слова о том, что нужно менять пленных, может, еще что-то. Но такого механизма, который есть у Соединенных Штатов, у Турции нет”. 

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган — очень опытный политик. Он четко знает момент, когда нужно выйти на сцену. Кроме того, мое субъективное мнение, активность Турции спровоцирована еще и пасами со стороны США. Штатам Турция тоже нужна. Там есть еще и чисто двусторонние элементы, но это может быть одним из компонентов такой конструктивной позиции Турции. 

За несколько недель до переговоров в Стамбуле Трамп сказал о том, что Эрдоган может помочь. Следовательно, есть какая-то договоренность или была просьба, в которой Трамп на самом деле понимая, что он “не взлетает”, хватается за все соломинки. 

ВЯЧЕСЛАВ ЛИХАЧЕВ: Эрдогану нет смысла давить на Путина

— Скорее всего, Турция хочет закрепить за собой статус посредника в переговорах между Россией и Украиной и сохранить за собой площадку в виде Стамбула.

Я полагаю, что Анкара обеспокоена появлением более-менее реалистичной альтернативы — например, в лице Ватикана — и стремится не уступить свою роль. Думаю, в Кремле к этому готовы отнестись с пониманием.

Скорее, такой визит главы МИД Турции в Москву был направлен не на то, чтобы убеждать Кремль в чем-то, а на то, чтобы выйти вместе, в унисон, с согласованной позицией. И, как мне кажется, в Кремле это воспринимается благосклонно.

Если переговоры все-таки не состоятся в ближайшее время — это можно будет списать на “вину Украины” и с российской, и с турецкой стороны. Это в значительной степени игра, рассчитанная на Белый дом — на то, чтобы демонстрировать: Россия якобы готова к диалогу, но Украина его срывает.

Я не понимаю, зачем президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану давить на Путина? Сейчас реальные рычаги давления на Россию есть в Вашингтоне и Пекине. Ни в Брюсселе, ни в Стамбуле, ни где-либо еще их нет. Европейские санкции дают о себе знать, но они не критичны, чтобы заставить РФ изменить курс.

У Эрдогана сейчас нет особых причин склонять Россию к смене позиции. Его устраивает текущее течение переговорного процесса. Он доволен тем, что Турция закрепилась как площадка для прямых контактов между Россией и Украиной. Это ценно и для Трампа. А отношения с Трампом сейчас крайне важны для Эрдогана. 

Эрдоган был раздосадован тем, что в последние месяцы часть переговоров между американцами и россиянами по украинскому вопросу проходила в Саудовской Аравии. Хотя по другим вопросам они все еще контактировали в Турции.

Теперь он доволен, ведь предложил удобную площадку, на которой Москва и Вашингтон могут договариваться. Путину эта идея нравится. И его видение переговоров сейчас совпадает с позицией Эрдогана. Да, формально президент Турции выступает за прекращение огня. Но это не значит, что он готов оказывать давление на Кремль, чтобы добиться этого. Для него сам процесс сейчас важнее результата. 

Если предварительные условия вроде прекращения огня мешают началу диалога — значит, Эрдоган не будет их педалировать. Ему важно, чтобы контакты продолжались, даже если они ни к чему не приводят.

Эрдогану важно достичь взаимопонимания с США по ряду чувствительных вопросов: поставки вооружений, военно-техническое сотрудничество, взаимодействие в Сирии. У него есть что предложить Трампу. Важна роль Турции как провайдера безопасности в Сирии. США сокращают свое присутствие в регионе и Анкара становится главным партнером в борьбе с остатками исламского государства и другими террористами.

ВЯЧЕСЛАВ ПОТАПЕНКО: Турция может сыграть важную роль на начальном этапе переговорного процесса

— Турция фактически начала играть свою роль в этих переговорах. Хочу напомнить, что во время встреч модерировал процесс непосредственно министр иностранных дел Турции — очень опытный переговорщик, который, по некоторым слухам, может стать преемником Эрдогана. Умный и прагматичный человек. Не зря на днях он посетил Москву. 

В Киеве подчеркивают роль, которую Турция пытается играть, не только предоставляя площадку для переговоров, но и участвуя непосредственно в качестве модератора. То есть это даже больше, чем просто посредничество.

В принципе, именно этого изначально хотел Дональд Трамп — чтобы кто-то организовал процесс переговоров и затем передал управление. На сегодня процесс развивается именно таким образом.

Есть позитивный опыт 2022 года — зерновое соглашение, когда стороны нашли баланс интересов. Турция — член НАТО, с одной стороны, а с другой — имеет серьезные торговые отношения с Россией, что позволяет ей балансировать между сторонами.

Анкара — один из наиболее реалистичных посредников, особенно на начальном этапе переговоров, когда позиции сторон очень разные. В таких случаях нужна “восточная деликатность” — умение формировать позицию и модерацию, что у Турции получается, на мой взгляд, лучше, чем у помощников Трампа. Возможно, это связано с большим дипломатическим опытом турецких представителей.

Что касается турецкой стороны, для них это серьезный пиар и важное международное поручение. Даже если переговоры не состоятся, это будет развитие личного бренда их министра, а не потеря.

Читайте также: Сенат США против Путина: решится ли Трамп обложить Россию убийственными санкциями