Сегодня в 08:26
С 9 по 12 июня прошел еще один этап обмена военнопленными между Россией и Украиной. В первый день обменялись пленными в возрасте до 25 лет, а 10 июня в рамках второго этапа были возвращены тяжелораненые и тяжело больные военные.
Об обмене с российской стороной украинская делегация договорилась на встрече в Стамбуле. Среди вернувшихся — солдаты, сержанты и офицеры.
Тяжелораненые и больные солдаты: новый этап обмена пленными
Как пояснила представительница общественного движения по поиску военных армии РФ “Наш выход” Ирина Крынина, в первый день обмена 9 июня среди российских пленных были в основном контрактники в возрасте до 25 лет, причем самому молодому было всего 18 лет. Многие из этих солдат ранее находились в российских тюрьмах и подписали контракт, чтобы избежать наказания. Крынина предупредила, что российские власти могут попытаться снова отправить их на фронт, так как они не имеют ранений.
10 июня в обмен попали тяжелораненые и больные военнослужащие. Среди них были те, кто получил огнестрельные и осколочные ранения, а также страдающие от хронических заболеваний, таких как туберкулез, ВИЧ, сахарный диабет и гепатит.
Второй этап 66-го обмена военнопленными между Россией и Украиной стал своего рода особенным, потому что большинство тех, кто вернулся из российской неволи в тот день, — это защитники, которые имеют тяжелые ранения, увечия или серьезные болезни. Первыми на территорию лечебного учреждения приехали машины скорой помощи, в которых в сопровождении медиков привезли украинских воинов, которые наиболее остро нуждались в их помощи.
После этого приехали уже автобусы, из них выходили те защитники, которые могут самостоятельно передвигаться. Момент, когда они выходят из автобусов, был очень эмоциональным. Ребят встречали со слезами на глазах и словами: “Слава Украине!”. Встречавшие благодарили украинских воинов за защиту и за то, что смогли пережить российский плен и вернуться домой.
“Я был три года и три месяца в плену. Я из Мариуполя. День назад узнал и то, когда посадили в самолет. Я в шоке”, — рассказал один из вернувшихся из российского плена.
10 июня вернули военных из разных подразделений Сил обороны Украины: ВСУ, Нацгвардии, Госпогранслужбы и других родов войск. Некоторые защитники провели в российском плену считанные месяцы, а другие находились там фактически с начала полномасштабной войны России против Украины. Встречать их приехали родственники, близкие, друзья, и когда они были в дороге, еще не знали, смогут ли сегодня обнять своего защитника или поговорить с ним впервые за долгое время.
“Сын вернулся. Еще не виделись, на фото увидели. Ждали 10 месяцев. Узнали через три месяца, что он в плену. Сначала был пропавший без вести. Мы отправляли письма, но пообщаться не могли. Один парень, которого вернули, рассказал, что в плену [мой сын]. И видео еще увидели. Мы ждали все время, каждый день ждали”, — говорит Алла, мать вернувшегося из российского плена Геннадия.
12 июня состоялся третий этап обмена, в ходе которого домой вернулись украинские защитники, включая нацгвардейцев и пограничников. Президент Украины Владимир Зеленский сообщил, что все вернувшиеся нуждаются в медицинской помощи, и эта помощь им будет оказана. Он также подчеркнул, что Украина продолжает работать над возвращением всех пленных.
“Рассчитываем, что будут полностью реализованы договоренности по гуманитарным вопросам, достигнутые в рамках встречи в Стамбуле. Делаем максимум, чтобы вернуть всех. Работаем для этого на всех уровнях. Должны вернуть домой каждого, кто в плену. Спасибо всем, кто помогает”, — подчеркнул глава государства.
По данным омбудсмена Украины Дмитрия Лубинца, среди вернувшихся есть те, кто числился пропавшими без вести с начала полномасштабного вторжения России. Самому старшему освобожденному — 59 лет, а самому молодому — 22 года.
Кроме того, Крынина сообщила, что некоторые российские солдаты, сдавшиеся в украинский плен, не хотят возвращаться в Россию. В Украине существует проект “Хочу жить”, который позволяет добровольно сдавшимся в плен солдатам оставаться в Украине до окончания войны или участвовать в обмене, при этом их сдавшимися добровольно не указывают.
Сколько именно украинских военных вернулись домой — на данный момент неизвестно, потому что 66-й обмен проходил в несколько этапов и общее количество будет известно после его завершения в целях безопасности. Об этом сообщили в Координационном штабе по вопросам обращения с военнопленными.
Напомним, 23-25 мая прошел самый масштабный обмен пленными в формате “1000 на 1000”. В рамках первого раунда 23 мая на родину вернулись 390 украинцев — 270 военных и 120 гражданских, среди освобожденных — три женщины и 387 мужчин. 24 мая, на втором этапе, удалось освободить из плена 307 украинских защитников. 25 мая — 303 бойцов Сил обороны Украины.
Эксперты высказались о тактике Москвы в вопросах возвращения пленных
О том, какие результаты принесли недавние обмены пленными между Россией и Украиной, в эфире телеканала FREEДОМ рассуждали:
- Олег Постернак, политтехнолог, руководитель Центра политической разведки;
- Игорь Рейтерович, политолог;
- Андрей Юсов, представитель Главного управления разведки (ГУР) Минобороны Украины.
ОЛЕГ ПОСТЕРНАК: Хорошо, что украинские герои возвращаются домой, но это не избавляет от манипуляций России
— Хотелось бы считать, что обмен военнопленными — это результат гуманистических соображений российской стороны, но это не так. Интенсивный обмен стал возможен благодаря тому, что России нужно было показать хотя бы какой-то результативный кейс в мирных переговорах, на которые они согласились под влиянием мировой инициативы Трампа.
Это стало возможным, потому что это был единственный способ сказать, что встреча в Стамбуле имела положительный фон и что она была сопряжена с таким результатом, которым, безусловно, рады и в Украине, и на Западе, и, возможно, в США, поскольку Трамп, безусловно, любит приписывать подобные заслуги прежде всего себе.
Как бы то ни было, хорошо, что многие украинские воины вернутся в свои семьи, обнимут родных. Этот компонент для нас, для Украины, уже говорит о том, что хотя бы ради этого стоило провести переговоры, пусть и с российской стороной, несмотря на все интриги, инспирированные Москвой. Украинская сторона держалась достойно, и это тоже результат усилий нашей дипломатии.
Для части европейских стран ясен элемент гибридной стратегии России, ее манипуляция данными, количеством и телами погибших украинских военных. В администрации Трампа могут быть разнополярные мнения касательно Украины и дальнейшего продвижения мирного регулирования. Я очень бы хотел, чтобы в администрации Трампа победила та сторона, которая выступает за удержание американского интереса в Восточной Европе, за поддержку Украины, за продажу оружия Украине.
Никогда, ни при каких обстоятельствах Российская Федерация, Кремль, вооруженные силы РФ или ФСБ не смогут выжечь в украинском сердце и в украинской идентичности то, что они выжигают на телах украинских военнопленных. Это нереально.
Это, конечно, их еще больше злит, потому что, читая различные хроники и интервью военнопленных, понимаешь, насколько сильны эти люди, наши ребята. Даже если не выжили телом, их душа осталась чиста, и перед украинским народом они всегда будут в почете.
ИГОРЬ РЕЙТЕРОВИЧ: Россия использует затягивание процесса как инструмент давления на Украину
— Россия считает, что она выставляет Украину в каком-то невыгодном свете, что якобы Украина не хочет проводить обмен пленными и возвращением тел погибших воинов, пытаясь сформировать негативный образ Украины. В Кремле преследуют две цели. Обе цели провалились, как и, в принципе, вся их манипуляция, связанная с обменом.
С одной стороны, это создание негативного образа Украины среди наших партнеров, в том числе европейских и американских. Москва хочет показать, что Украина, несмотря на заявления о мире, на самом деле не хочет заниматься такими важными гуманитарными вопросами.
И второй важный момент — попытка повлиять на украинское общество, расшатать его изнутри. С этим связаны, например, абсолютно мерзкие действия так называемого губернатора Запорожской области Российской Федерации, имея в виду временно оккупированные территории, Балецкого, который начал публиковать списки погибших.
Это было сделано с целью повлиять на ситуацию внутри Украины. Россия пытается встроить украинское общество против власти, обвиняя ее в том, что она не заботится о возврате пленных и тел погибших, с целью вызвать социальные протесты внутри Украины.
Мы неоднократно передавали списки Российской Федерации, у нас созданы различные проекты, которые позволяют сопоставлять информацию и общаться с представителями российского общества, например, с родными тех, кто в плену или чьи тела были идентифицированы в Украине.
У России есть все эти материалы, все списки, для них не представляет проблемы верифицировать людей в плену.
Особенно, что в отличие от россиян, украинцы не скрывают свои имена и фамилии, наоборот, призывают к тому, чтобы информация была публичной, чтобы попасть в списки и быть обменянным.
С россиянами иногда ситуация другая — они не хотят говорить, потому что знают, что при обмене они не вернутся к родным. Это как история, когда российских пленных после обмена сразу же отвозили обратно в военные части, и к ним относились как к предателям. В этом контексте у России все материалы есть, но они просто манипулируют ими, затягивая процесс, понимая, что это инструмент давления на Украину.
Это очень чувствительная тема, которая привлекает большое внимание, и они пытаются злоупотреблять этим процессом, выбивая дополнительные преференции. Это противоречит международному гуманитарному праву и законам войны.
Очевидно, что российские власти будут игнорировать все законы и максимально затягивать процессы. Это огромная репрессивная машина, которая существует в России.
Все, кто занимается вопросами украинских военнопленных в России, потенциально могут быть подозреваемыми в уголовных преступлениях против человечности, нарушающих конвенции, такие как Женевская конвенция по обращению с военнопленными. Эти действия не являются эксцессами исполнителей — они получают приказы или как минимум одобрение от вышестоящего начальства.
Здесь нет ничего нового, но важно помнить, что многие из этих людей будут идентифицированы. Хотя они пытаются скрыть свои действия, они иногда передают таких людей, считая, что это элемент запугивания.
Привлечь этих людей к ответственности будет сложно, так как они останутся в России. Против многих из них могут быть открыты уголовные дела заочно. Украина может делиться этой информацией с другими государствами, которые могут занести их в списки на задержание за совершенные преступления. Но большинство россиян никогда не выезжали за пределы своей страны, так что привлечь их к ответственности будет трудно.
Возможно, в будущем, когда в России изменится власть, страна начнет нести ответственность за преступления, совершенные в Украине, и некоторые из этих людей могут попасть на скамью подсудимых. Но это сложный процесс. Даже в нацистской Германии, которая была разгромлена и разделена на зоны оккупации, находили людей, виновных в преступлениях. Это десятки тысяч людей, и привлекать их к ответственности было сложно, но это не значит, что не нужно собирать информацию.
Я уверен, что наши пленники передают всю информацию, рассказывая, с кем общались, как эти люди представлялись. Я надеюсь, что следователи тоже поработают с ними, чтобы в будущем иметь основания для открытия уголовных дел и преследования этих людей всеми возможными способами.
АНДРЕЙ ЮСОВ: Почти все военные, вернувшиеся из плена РФ, дают страшные свидетельства
— После первичного осмотра украинские защитники продолжают проходить обследования в реабилитационных центрах. Параллельно проходит и оказание первой медицинской помощи, проводятся первостепенные медицинские мероприятия. И, конечно, дальше идет длительная реабилитация. Много тяжелобольных, травмированных. У многих — обостренные хронические заболевания, неправильно сросшиеся переломы и много других вещей, которые требуют длительного лечения. Отдельный момент — это вопрос санитарии, а также инфекционные заболевания, тот же туберкулез, чесотка. У врачей работы очень-очень много.
Большинство, более 90% опрошенных украинских военнослужащих, которые вернулись из плена, заявляют о тех или иных нарушениях Женевской конвенции и условий содержания в плену. И это я очень корректно высказываюсь, чтобы не травмировать и не шокировать родственников, которые ждут своих родных и, собственно, тех же военнопленных, которые уже вернулись.
Это означает, что Красный Крест не имеет возможности реализации своего мандата на контроль по соблюдению Женевской конвенции страной-агрессором. В отличие от Украины, которая во все места содержания и специальные лагеря для военнопленных оккупантов допускает международных наблюдателей и работает в максимально открытом режиме.
Это вопрос международного давления на государство-агрессора, на Российскую Федерацию и это — отдельная работа.
Россия неоднократно показывала свое отношение к украинцам, как к людям, которые якобы не имеют права на свое государство, что это народ, которого “не существует”. И они продолжают делать подобные заявления. Международная система гуманитарного права откровенно не может сегодня ничего противопоставить нарушениям Российской Федерации.
Поэтому государство, которое должно было быть гарантом того же международного гуманитарного права, как постоянный член Совета безопасности Организации Объединенных Наций, выступает сегодня главным нарушителем этого международного гуманитарного права и Женевской конвенции в целом.
Читайте также: Каждый обмен — напоминание о преступлениях России: как Москва превращает пленных в оружие
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
