Сегодня в 11:16
В ночь на 26 марта подразделения Сил обороны Украины нанесли удар по Киришскому нефтеперерабатывающему заводу (НПЗ) в Ленинградской области РФ. Ранее была успешно поражена инфраструктура нефтяного терминала порта “Усть-Луга” в результате спецоперации СБУ.
В Министерстве иностранных дел Украины, уверяют что интенсивность атак будет только усиливаться.
Удары по российским НПЗ
По предварительной информации, на территории Киришского нефтеперерабатывающего завода возник пожар — возгорание установок первичной переработки нефти и двух резервуаров.
Как сообщили в Генштабе ВСУ, результат поражения и масштабы нанесенного ущерба уточняются. Отмечается, что Киришский НПЗ входит в тройку крупнейших нефтеперерабатывающих заводов РФ. Завод имеет установленную мощность переработки около 20-21 млн тонн нефти в год. На предприятие приходится более 6% от общего объема всей нефтепереработки страны-агрессора.
“Мощности завода используются для производства широкой номенклатуры нефтепродуктов, в частности, горючего, применяемого для обеспечения потребностей вооруженных сил государства-агрессора”, — сообщили в Генштабе ВСУ.
Ранее Украина поразила один из ключевых морских портов РФ в Балтике, через который враг осуществляет экспорт сырой нефти и нефтепродуктов, в том числе с использованием судов теневого флота. Речь об инфраструктуре нефтяного терминала порта “Усть-Луга“.
“Сегодняшняя спецоперация — это символический “подарок” врагу ко Дню СБУ. Очередное напоминание, что в России теперь нет безопасных регионов. Мы и дальше будем проводить дальнобойную работу, чтобы системно снижать военно-экономический потенциал врага”, — отметил и. о. главы СБУ генерал-майор Евгений Хмара.
Дальнобойные дроны СБУ преодолели более 900 км и успешно отработали по целям. Вследствие атаки поражены нефтеналивные стендеры, а также резервуарный парк с нефтью и нефтепродуктами. На территории порта фиксируется масштабный пожар.
В ночь на 23 марта Силы обороны Украины поразили нефтеналивной порт в Приморске Ленинградской области. Его называют одним из крупнейших экспортных нефтяных терминалов России в Балтике. Мощность трубопроводной системы составляет до 75 млн тонн нефти в год. Именно отсюда отгружается основной объем нефти марки Urals, в том числе через теневой флот для обхода санкций.
Жители Приморска делятся впечатлениями от увиденного с соцсетях.
“Возле порта горит. Пропустили таки наши ПВОшники. Вот я три года на “СВО” был, даже меня впечатляет этот дымовал”, — комментирует результаты попадания по цели очевидец.
Через порт “Приморск” ежегодно проходит около 60 млн тонн нефти. Средства от продажи нефти страна-агрессор направляет на финансирование войны против Украины и обеспечение российской оккупационной армии. Подобные объекты в Генеральном штабе ВСУ называют законной целью.
“Также поражен нефтеперерабатывающий завод “Башнефть-Уфанефтехим” — подтверждается пожар на территории предприятия. Нефтеперерабатывающий завод “Башнефть-Уфанефтехим” является важным звеном поставки горючего для российских вооруженных сил. Его мощность по первичной переработке нефти составляет около 6-8 млн тонн в год. НПЗ расположен на значительном расстоянии от государственной границы Украины, которое составляет около 1 400 км”, — говорится в сообщении Генерального штаба ВСУ.
Сейчас работа портов, через которые на экспорт идет до половины всей продаваемой за рубеж нефти, остановлена, пишет Reuters. Секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу уже стал жаловаться, что ни один регион РФ не может чувствовать себя в безопасности, в частности, даже Урал.
В Министерстве иностранных дел Украины подтвердили: масштабы и влияние украинских атак на территории государства-агрессора постоянно растут. Это является сознательной стратегией, направленной на уничтожение источников террора непосредственно в местах их расположения.
“Это наши собственные, украинские санкции против российской военной машины, и мы не собираемся их ослаблять. Российские чиновники справедливо признают, что в России больше нет безопасных мест. И все это — прямое следствие того, что Кремль начал эту незаконную войну и отказывается ее заканчивать. Обычные россияне должны понимать, что война, развязанная их руководством против Украины, возвращается туда, откуда пришла, — в их страну. Это справедливо, и удары будут только усиливаться”, — написал Андрей Сибига в соцсети Х.
Президент Франции Эммануэль Макрон 20 марта сообщил о задержании в Средиземном море судна, которое принадлежит теневому флоту России. Утром 23 марта танкер российского теневого флота Deyna под флагом Мозамбика прибыл во французский порт “Марсель-Фос”. Далее его передадут судебным органам для дальнейшего расследования.
Украина совместно с Европейским Союзом работает над законодательными изменениями, которые позволят конфисковывать российскую и иранскую нефть с судов теневого флота, заявил президент Украины Владимир Зеленский. Он призвал союзников не только блокировать такие суда, но и конфисковывать перевозимую ими нефть в интересах европейской безопасности.
“Пока война продолжается, пока удары продолжаются, должно продолжаться и давление на агрессора. Мы работаем с европейскими странами, чтобы у них законодательное регулирование позволяло не только останавливать такие суда, но и блокировать и конфисковывать нефть. Это должно быть”, — акцентировал Владимир Зеленский.
Он отметил: это должно стать частью системного ответа на попытки России обходить санкции через нелегальные поставки нефти. По словам экспертов, такой радикальный шаг должен стать системным ответом на попытки Кремля обходить ограничения из-за нелегального экспорта.
“Если в Мировом океане находится судно, непонятно кому принадлежащее, под флагами, которые меняются каждую неделю, везущее нефть, которая не застрахована, везущее нефть подсанкционную, без надлежащим образом оформленных документов, без соблюдения норм экологической безопасности, то почему бы не изъять эту нефть и реализовать ее на европейском рынке”, — высказал мнение эксперт энергетического рынка Геннадий Рябцев.
По оценкам экспертов, усиление ударов по энергетической инфраструктуре и одновременное давление на так называемый теневой флот формируют системную стратегию ограничения нефтяных доходов России. Речь идет не только о физическом повреждении ключевых объектов, но и о создании дополнительных рисков для всей логистики экспорта — от добычи до доставки сырья конечным покупателям.
Последствия ударов по российским НПЗ в оценке экспертов
Насколько серьезный урон нефтяной отрасли РФ наносят удары ВСУ по НПЗ? Как быстро Россия может восстанавливать мощности? Как это влияет на мировой рынок нефти? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Михаил Подоляк, советник Офиса президента Украины;
- Ярослав Романчук, президент Международного института свободы, экономист, популяризатор австрийской экономической школы на постсоветском пространстве;
- Александр Леонов, исполнительный директор Центра прикладных политических исследований “Пента”;
- Иван Ус, кандидат экономических наук, ассоциированный эксперт аналитического центра “Объединенная Украина”.
МИХАИЛ ПОДОЛЯК: Количество ударов по РФ должно увеличиваться
— У россиян истерика из-за того, что растут цены на нефтепродукты. Они испытывают от этого большое удовольствие, потому что появляется возможность дополнительно подпитать войну, профинансировать ее в каком-то объеме. Я бы предложил посмотреть на происходящее немного шире — в контексте того, у кого какие “карты на руках”.
Мы видим войну на Ближнем Востоке. Мы видим последний удар России — когда тысяча дронов была направлена на территорию Украины с попыткой разрушить центры городов, уничтожить историческое наследие и критическую инфраструктуру.
Мы видим объем применения дронов, способность Украины эффективно с ними работать, предлагать готовые решения и, одновременно — неспособность стран региона Персидского залива защититься от гораздо меньшего количества таких же дронов, “Шахедов”, усовершенствованных Россией, которые частично обходят системы противоракетной обороны.
Это говорит о том, что роль, место и значение Украины изменились. Кроме того, изменилось и понимание современной войны. За счет масштабированных ударов дешевым ресурсом (а дрон значительно дешевле ракеты) можно существенно усложнить или даже сделать невозможным ведение контрвойны со стороны другой страны.
Количество ударов по России должно быть больше, уничтожение целей должно увеличиваться. Это касается не только нефтепромыслов, нефтебаз или перевалочных пунктов, но и большинства российских военных заводов.
Европа должна вкладывать гораздо больше средств в дроновые технологии, антидроновые технологии и, по сути, в Украину через совместные предприятия.
Те решения, которые, к сожалению, были отработаны в Украине большой кровью и высокой ценой, должны быть профинансированы в гораздо большем объеме. Потому что это сегодня единственный способ защитить не только небо над Украиной, но и небо над Европой.
Создание комплексной системы противодействия российским ракетно-дроновым ударам — это главное направление, в которое должна инвестировать Европа.
ЯРОСЛАВ РОМАНЧУК: ВСУ демонстрируют самую эффективную борьбу с нефтяной отраслью РФ
— Браво нашим украинским Вооруженным силам. Браво нашим разведчикам. И браво тем, кто изобретает и производит все — структуру, технологии, логистику, — которые направлены на поражение целей в РФ. Мы учимся — болезненно, медленно, но все-таки учимся. Мы создаем гораздо более мощное, эффективное оружие.
Если теоретически представить, что у нас не было бы ни наших ракет, ни потенциала ВСУ, то тогда уже в 2026 году, при продолжении войны, Россия получила бы дополнительно 35-40 млрд долларов.
Если мы еще убедим партнеров из европейской части НАТО блокировать Балтийское море для свободного российского судоходства, тогда ситуация станет еще лучше для нас.
Поэтому, какие бы сделки не придумывались, что бы не говорили те, кто считает допустимым и “прагматичным” взаимодействовать с Россией — мы делаем свое дело. И делаем его хорошо, а будем делать еще лучше.
Думаю, к концу 2026 года российская экономика все-таки выйдет в ноль.
Путин, конечно, скрывает данные — это часть психологической войны, способ удержания поддержки населения.
Если ВСУ продолжат такие действия — успешные операции ВСУ на территории России, разрушение нефтедобычи, ВПК, производителей оружия и комплектующих — тогда экономика начнет уходить в минус.
Нужно еще больше инвестировать в производителей оружия, усиливать синхронизацию и, конечно, расширять экономическую свободу внутри страны, потому что ее остро не хватает для того, чтобы задействовать предпринимательскую энергию общества.
Самое эффективное средство борьбы с путинским режимом и нефтяным бизнесом — это то, что продемонстрировали наши дроны и ВСУ.
На первое место все равно нужно ставить военную составляющую. Да, мы можем нанести России ущерб в 5-10 млрд долларов. Но это все еще не тот уровень давления, который заставит Путина вывести войска и перейти к реальным переговорам, а не к той имитации процесса, которую мы наблюдаем последний год.
АЛЕКСАНДР ЛЕОНОВ: Нужно подтолкнуть Путина к завершению войны
— Если в начале 2026 года все констатировали серьезные проблемы у российской нефтянки, особенно после атак на теневой флот, то сейчас доходы РФ растут.
Очевидно, для Путина это может выглядеть так, будто ситуация налаживается. У него может возникать ощущение, что он “пересидел” санкции. И, к сожалению, есть фактор США. Президент Дональд Трамп, судя по всему, не понимает, что ослабление санкций не приближает мир, а, наоборот, отдаляет его.
Именно санкционное давление на Россию и одновременная помощь Украине, в том числе военными средствами, являются ключом.
Кстати, об этом достаточно четко говорили наши европейские союзники. Когда Дональд Трамп обратился к Европе с просьбой помочь в Персидском заливе, ему предложили встречный шаг: начать жестче действовать по отношению к России и усилить поддержку Украины.
Есть единственный возможный путь, чтобы заставить Путина сесть за стол переговоров — усиление санкций и фактическая минимизация возможностей России экспортировать нефть. Мы видим, что действия ВСУ, в частности, удары по Ленинградской области — как раз направлены на это, ведь перевалочные порты России оказываются под атакой.
Как минимум, ВСУ наносят удары с целью уменьшить поступления в российский бюджет. Они заставляют Москву искать дополнительные ресурсы для пополнения запасов, а это дополнительные расходы.
Чем меньше у России денег, тем меньше у нее возможностей вести войну той интенсивности, которую она ведет.
С этой точки зрения сложно сказать, насколько вообще можно заставить Путина что-то сделать. Когда мы говорим о Кремле и российском руководстве, мы часто пытаемся рационализировать их решения. Хотя на практике они нередко иррациональны и не объясняются здравым смыслом.
Удары по Усть-Луге ограничивают возможности экспорта нефти, особенно сейчас, когда цены на нее выросли, а через Балтику проходит до 50-70% российского нефтяного экспорта.
Все это в комплексе должно подтолкнуть Россию если не к полноценным переговорам о мире, то хотя бы к заморозке войны. Потому что если не будет возможности воевать, не будет ресурсов платить наемникам, тогда для Путина это станет гораздо большей проблемой, чем просто остановка войны.
ИВАН УС: Покупатели российской нефти ищут альтернативы
— В первую очередь нужно понимать, какие страны покупают нефть и заинтересованы в сохранении возможностей ее поставок. Китай, Индия и Турция — ключевые покупатели российской нефти.
При этом Турция все-таки является страной НАТО, и я не думаю, что она будет активно помогать России. Более того, не секрет, что отдельные представители турецкого истеблишмента занимают достаточно жесткую позицию.
Индия и Китай — это совершенно другая история. Это крупнейшие страны по населению, и у них есть возможности, особенно у Китая, помогать РФ, в том числе в поставках необходимых компонентов для восстановления нефтеперерабатывающих мощностей.
Нужно понимать и характер украинских ударов. В основном это удары дронами, которые, как правило, не уничтожают объект полностью, а выводят его из строя. Соответственно, если есть ресурсы и запчасти, то объекты можно восстановить. Другое дело, если будут использоваться более тяжелые средства поражения, например, ракеты. Тогда повреждения могут быть настолько серьезными, что восстановление станет невозможным.
На данный момент возможность восстановить мощности у России все еще есть. Я думаю, что и клиенты у РФ будут сохраняться. Ведь, несмотря на санкции Запада, есть отдельные компании и структуры, которые ориентируются не на мораль, а на прибыль. Они могут неофициально поставлять детали, технологии и помогать с восстановлением. Более того, не исключено, что где-то это происходит негласно и с молчаливого согласия отдельных западных стран.
Никто не заинтересован в резком росте цен на нефть и энергоресурсы. А пока Россия остается на рынке, цены находятся в более-менее прогнозируемом коридоре. Если же РФ полностью исключить из поставок — это серьезно ударит по мировому рынку и приведет к росту цен.
Здесь возможна двойственная политика: с одной стороны, санкции, с другой — сохранение определенного присутствия России на рынке. Но это не означает, что Украина должна отказываться от ударов.
Кризис вокруг Новороссийска — ключевого узла перевалки энергоресурсов — играет важную роль. При этом всегда существуют форс-мажоры, которые позволяют России формально избегать штрафов за срыв поставок. И клиенты это понимают.
Кроме того, Россия активно использует так называемый теневой флот. Это означает отсутствие страховки от ведущих страховых компаний — соответственно, экономия средств, но и рост рисков.
Новороссийск — это Черное море, а чтобы выйти в мировой океан, необходимо пройти через проливы Босфор и Дарданеллы. И здесь позиция Турции достаточно четкая: она не пропускает суда без страхования в ведущих компаниях. Иногда России удается договариваться — и отдельные виды страхования все же принимаются, но в целом это создает задержки.
Задержки — это потеря конкурентоспособности новороссийских портов. Клиенты, которые привыкли получать ресурсы через Новороссийск, начинают сомневаться: будут ли поставки вовремя, можно ли вообще рассчитывать на стабильность. Ведь физическая возможность своевременной доставки все чаще оказывается под вопросом. И именно постоянные удары ВСУ усиливают этот эффект.
Даже те клиенты, которые закрывают глаза на моральную сторону и хотят просто получать ресурсы, начинают задумываться: стоит ли работать с Россией, если это означает постоянные срывы сроков? В итоге они начинают искать альтернативы.
Читайте также: Россия загнала войной себя в угол: где Кремль будет искать ресурсы на агрессию — анализ экспертов
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
