Сегодня в 08:47
Вокруг резиденции главы Кремля Владимира Путина на Валдае в Новгородской области построили семь новых башен для систем противовоздушной обороны (ПВО). Теперь их там как минимум 27. Личная безопасность явно беспокоит диктатора больше, чем жизни российских солдат, которых он отправляет на войну против Украины.
Системы “Панцирь-С” для Путина
Темпы набора контрактников в России упали до минимума за последние два года, утверждает The Moscow Times. Тактика Москвы заключается в том, чтобы отправлять на войну против Украины малообеспеченных россиян из бедных регионов. И раньше это исправно снабжало российское командование “пушечным мясом”. Но по итогам первого квартала 2006 года контракты с Минобороны подписали примерно 70,5 тыс. россиян. Это самый низкий показатель с начала 2024 года. Уже не первый месяц ВСУ ликвидируют живую силу противника быстрее, чем Москва успевает ее пополнять.
Российская Федерация в среднем может ставить в строй от 25 тыс. до 35-38 тыс. ежемесячно, в зависимости от того, насколько интенсивно они подкупают свое население для ведения боевых действий против Украины.
“В марте мы уничтожили 35 тыс. Что значит “уничтожили”? Это каждый российский оккупант, который был на поле боя — есть видеоподтверждение или иной гарантированный источник, который свидетельствует о том, что этот оккупант навсегда отправился к чертям в ад”, — акцентировал командир 429-й отдельной бригады беспилотных систем “Ахиллес” Командования Сил беспилотных систем ВСУ Юрий Федоренко.
Вместо того, чтобы погасить кредит или закрыть ипотеку, большую часть денег военнослужащие оставляют прямо на фронте, пишет издание “Медуза”. Российские военные предпочитают давать взятки командирам, чтобы их не отправили на штурм.
“Чтобы не идти на боевое задание, отдаешь полмиллиона рублей и остаешься в тылу: работаешь в столовой, в бане, на стройке. Работы очень много, а людей не хватает катастрофически. Платят те, у кого есть деньги и кто очень сильно хочет жить… Платишь не один раз, а за каждое боевое задание. Там огромная текучка кадров, огромнейшая. И все дерут деньги максимально и сразу”, — рассказал российский военнослужащий Самир в комментарии “Медузе”.
Один из ключевых факторов преимущества Вооруженных сил Украины — Силы беспилотных систем. Именно они наносят наиболее эффективные удары по целям противника. Беспилотники работают не только на фронте, но и в глубоком российском тылу. В среднем за сутки подразделения Сил беспилотных систем выполняют больше 11 тыс. боевых заданий.
“Уже четыре месяца подряд, начиная с декабря 2025 года, наши подразделения беспилотных систем уничтожают больше личного состава противника, чем он набирает в свои ряды… Так, в марте, по сравнению с февралем, вырос на 29% показатель общих потерь личного состава противника, нанесенных нашими подразделениями беспилотных систем”, — заявил главнокомандующий Вооруженными силами Украины Александр Сырский.
Кремль пытается создать “информационные условия”, чтобы возобновить принудительную мобилизацию. Об этом свидетельствует последовательная блокировка интернета и популярных социальных сетей. Судя по всему, грядущая мобилизация будет еще более масштабной, считает президент Украины Владимир Зеленский. И теперь это будут не только люди из российской глубинки, но и из мегаполисов, которые российский диктатор раньше старался обойти.
Впрочем, потери российской армии Кремль беспокоят гораздо меньше, чем личная безопасность диктатора. Пока пропагандисты вопрошают, где ПВО, которая должна защищать стратегические объекты, на Валдае в Новгородской области вокруг резиденции Путина развернули уже почти 30 систем противовоздушной обороны, пишет The Moscow Times.
В марте там установили семь новых башен для размещения систем “Панцирь”. По образцу московской ПВО, на Валдае они расположены двумя кольцами — меньшего и большего диаметра.
Попытка вытеснить украинскую армию из Донецкой и Луганской областей обойдется России в сотни тысяч жизней. Страна-агрессор потеряет от 300 тыс. до 1 млн солдат, заявил Зеленский. Масштабная мобилизация, которая может потребоваться, чтобы восполнить такие потери, неизбежно создаст напряжение в РФ. Поэтому Кремль делает все, чтобы добиться своих целей на переговорах. Ведь достичь их на поле боя за 12 лет не получилось.
Личная безопасность Путина в оценке экспертов
Почему кремлевский диктатор так опасается за собственную жизнь? Сколько у России ПВО и достаточно ли ее для обеспечения безопасности? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Дмитрий Еловский, политический комментатор, ведущий канала “Ходорковский Live”;
- Наталья Пелевина, российская оппозиционерка;
- Илья Давлятчин, журналист Telegram-канала “Можем объяснить”.
ДМИТРИЙ ЕЛОВСКИЙ: Путин думает исключительно о своей безопасности
— Продолжается война и, конечно, Путин боится. Уже были очень яркие кадры атаки дронов на Кремль, которые, как мне кажется, сильно врезались в память кремлевского диктатора. И с тех пор, думаю, он не может как-то оправиться. Конечно, Путин всячески усиливает личную безопасность, своей семьи, своей жены.
Я думаю, любой диктатор, независимо от того, насколько он в здравом уме, будет беспокоиться о собственной безопасности. Особенно в условиях войны.
Вокруг Москвы довольно плотное кольцо систем ПВО — правда, довольно дырявое, насколько мы понимаем по периодическим полетам дронов на территорию региона. И вокруг Кремля они тоже есть.
В той системе, которая действует в России, все абсолютно точно сформулировал спикер Госдумы Вячеслав Володин: “есть Россия — есть Путин, нет Путина — нет России”. В этой максиме, собственно говоря, живут российские элиты и “царь” РФ Владимир Путин. Прежде всего необходимо обеспечить безопасность самого себя любимого, а уже все остальное потом.
Мне кажется, что глобальные процессы, происходящие в России, дают полную картину того, что все не так сладко и не так гладко у них. Ломаются коммуникационные сети на всех уровнях — буквально от постиндустриального общества до общества традиционного.
Столица РФ ведь всегда хвалилась своими интернет-сервисами. Москвичи, которые были аполитичны, говорили: “Да, есть проблемы — с правами человека, с голосованием, но посмотрите, как у нас все работает: банковские сервисы, доставки за 15 минут — можно заказать хоть ванильный, хоть тыквенный латте в любом конце Москвы, и тебе его привезут даже в пять утра”. Но сейчас уже не привезут.
И банковские операции тоже испытывают серьезные проблемы. Уже не так легко пользоваться государственными сервисами, потому что когда блокируют что-то одно, по принципу домино падает другое.
Россия — очень большая страна, где живет огромное количество людей. Все это как бы размазано ровным слоем по территории, минуя мегаполисы. Основные процессы происходят в райцентрах, небольших городах, деревнях — там люди действительно чувствуют все последствия войны.
Поэтому власть заливает горе россиян, по сути, фронтовыми выплатами — за ранения, за смерть близких. Это, конечно, показывает абсолютно чудовищную природу.
Основной рекрутинг, основное решение мобилизационного вопроса идет за счет регионов. Ни в Москве, ни в Петербурге это пока толком не ощущается. Но, учитывая те потери, которые Россия сейчас несет на фронте, я думаю, кадровый вопрос российской армии рано или поздно доберется до Москвы, Петербурга, Екатеринбурга, Новосибирска и Красноярска.
НАТАЛЬЯ ПЕЛЕВИНА: Страх Путина зашкаливает
— Еще до полномасштабной войны во время пандемии все было понятно с паранойей Путина, в первую очередь связанной с его собственной жизнью. Он очень-очень боится за себя.
Как мы видим, боится Путин, вероятно, и за своих детей, что, кстати, немаловажно. Об этом тоже стоит помнить западным странам, которые так сильно боятся путинской ядерной угрозы. Мне кажется, это как раз минимизирует такой сценарий, которого, к сожалению, до сих пор опасаются западные коллеги.
Это страх, причем, видимо, уже почти животный. Думаю, в последнее время он у Путина просто зашкаливает.
Мы знаем, насколько успешно проводятся операции украинской стороной. И, думаю, он действительно ощущает ползучую угрозу. Даже когда удары приходятся по каким-то приграничным городам. Это он, конечно, пытается использовать, чтобы разозлить остальных россиян: мол, “вот, оказывается, война бывает и такой — по нам тоже бьют, а нас за что?”. Так они любят говорить, как бы смешно это не звучало.
Но при этом, думаю, угрозу лично для себя российский диктатор оценивает достаточно высоко. Хотя объективно эти риски, скорее всего, довольно низкие.
Я думаю, что реальные данные о количестве ПВО в России Кремль скрывает. Но с высокой долей вероятности, если потребуется, они просто заберут установки из какого-то города, где живут гражданские, и перебросят, чтобы еще больше обезопасить Путина. Найдут, откуда взять ПВО.
В России человеческая жизнь ничего не стоит, в том числе для Путина, кроме его собственной. Поэтому, если нужно будет где-то “оголить” гражданских, включая детей, для них это не вопрос. Я в этом уверена.
В Кремле, вероятно, понимают, что скоро россияне начнут задаваться вопросом: а что вообще происходит на фронте? И тогда это уже не удастся удержать внутри системы. Скрыть такой провал Путину будет невозможно, как бы его не пытались замаскировать сказками на федеральных каналах.
Конечно, Кремль пытается сохранять хорошую мину при плохой игре, но ближайшее окружение Путина прекрасно понимает, что на самом деле все совершенно иначе.
Путин, как мне кажется, живет в своей собственной голове и видит совершенно другую картину. Но никто не может объяснить ему реальное положение дел, потому что все рычаги по-прежнему у него. Все боятся диктатора, потому что знают, что он убийца.
ИЛЬЯ ДАВЛЯТЧИН: У кремлевского диктатора есть личная система бункеров по всей России
— Путин назвал себя президентом РФ, нарисовал себе 140% на выборах, развязал войну с Украиной, убил своего главного противника в тюрьме — Алексея Навального. Затем ограбил россиян и построил себе гигантскую резиденцию в Геленджике за 100 млрд рублей. Назначил своих друзей замами, отдал им бюджетные деньги, ресурсы: “Роснефть”, “Газпром”, “Ростех” и так далее.
Теперь, после того как развязал войну, Путин испугался. И поставил себе в резиденции на Валдае более 20 комплексов “Панцирь”, чтобы защищаться от дронов и ракет. Нормально ли это в этой картине мира, где какой-то пожилой человек, простите, развязывает войну, убивает людей, а потом сам боится, трусит, что его убьют? При том, что у него есть личная система бункеров.
Бункеры есть в Москве, на Алтае, в других регионах, в том числе в Ново-Огарево, но Путин еще ставит “Панцири” на Валдае. Я сам уроженец Новгородской области и знаю этот город — довольно бедное место.
Представьте, вы приезжаете на Валдай и прямо в центре стоит разрушенная церковь. В месте, которое называют “родиной российской государственности”, разрушенная церковь посреди города. Была довольно показательная история: в центре Валдая стояло здание, которое сгорело примерно в 2019 году. И несколько лет в самом центре просто стояли эти руины.
В это же время в нескольких километра находится резиденция Путина — обустроенная территория, где, как утверждается, живет его спутница Алина Кабаева и его дети. Мы можем даже со спутника посмотреть фотографии — там есть детская площадка. И там же — системы “Панцирь”.
Читайте также: Иллюзия передышки: эксперты рассказали, зачем Россия нарушила “пасхальное перемирие” и как использовала в собственных целях
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
