Вчера в 22:40
Оппозиционная партия “Тиса” во главе с Петером Мадьяром получает более двух третей мест в парламенте Венгрии по итогам обработки более 99% бюллетеней. По информации избирательного бюро, политсила может рассчитывать примерно на 138 мандатов, тогда как партия “Фидес” Виктора Орбана — на 55. Такое распределение мест дает новой власти возможность вносить ключевые изменения в законодательство. Официальные итоги голосования должны быть объявлены до 18 апреля.
Венгрия сказала “да” Европе и свободе
Подсчет голосов практически завершен, и уже можно говорить о победе оппозиционной партии “Тиса”. Ее лидер Петер Мадьяр на митинге сторонников заявил, что Венгрия вновь станет сильным участником Европейского Союза и НАТО.
Он также сообщил о планах международных визитов: в первую очередь — в Польшу, затем в Австрию и Брюссель. Восстановление отношений с европейскими партнерами после 16 лет правления Виктора Орбана он считает одной из главных задач. Обращаясь к избирателям, Мадьяр подчеркнул:
“Сегодня венгерский народ сказал “да” Европе, он сказал “да” свободной Венгрии. Он сказал “да” тому, чтобы мы представляли их интересы, помогали им, наводили порядок в стране, потому что это венгерское правительство, это ответственность венгерского правительства”.
Антиукраинская и антиевропейская риторика Виктора Орбана, по оценкам наблюдателей, сыграла против него. Многие избиратели высказывались за возвращение Венгрии к роли предсказуемого европейского партнера. Попытки балансировать между разными политическими центрами и постоянная критика Брюсселя вызывали недовольство, а у части общества даже ассоциировались с возможным выходом из ЕС, что неприемлемо для большинства граждан.
Победа Мадьяра оказалась настолько убедительной, что Орбан вскоре признал поражение и поздравил оппонента. Он также выступил перед сторонниками и заявил о дальнейшей работе своей партии в оппозиции:
“Дорогие друзья, результаты выборов еще не окончательные, но они понятны и ясны. Результаты выборов для нас болезненны, но очевидны. Ответственность и возможность управлять страной нам не были предоставлены. Я поздравил победителя. Благодарю всех вас за огромную работу! Никогда прежде ни в одной избирательной кампании многим из нас не приходилось так много и масштабно работать вместе. Вы можете это видеть. Нам удалось собрать 2,5 миллиона избирателей — 2,5 миллиона человек доверились нам и сегодня”.
Партия власти “Фидес” потерпела серьезное поражение не только по партийным спискам, но и в округах, что свидетельствует о масштабном запросе общества на изменения после длительного периода правления.
За выборами внимательно следили в Европейском Союзе. Президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен одной из первых поздравила Мадьяра и венгерских граждан:
“Венгрия выбрала Европу. Европа всегда выбирала Венгрию. Страна возвращается на свой европейский путь. Союз становится сильнее”.
События в Венгрии вызвали интерес и за пределами ЕС, в том числе в Москве. Виктор Орбан ранее часто тормозил принятие санкционных решений или добивался исключений, поэтому его поражение может изменить баланс.
В Украине также внимательно наблюдали за выборами. Киев заинтересован в налаживании рабочих отношений с новым правительством Венгрии, в частности, в вопросе окончательного утверждения кредита ЕС на 90 млрд евро. Петер Мадьяр во время кампании заявлял, что не намерен блокировать это решение.
Президент Украины Владимир Зеленский также поздравил победителя:
“Поздравляем Петера Мадьяра и партию “Тиса” с убедительной победой. Важно, когда преобладает конструктивный подход. Украина всегда стремилась к добрососедским отношениям со всеми в Европе, и мы готовы развивать сотрудничество с Венгрией. Европа и каждая европейская страна должны становиться сильнее, и миллионы европейцев стремятся к сотрудничеству и стабильности. Мы готовы к встречам и совместной конструктивной работе на благо обеих стран, а также во имя мира, безопасности и стабильности в Европе”.
Украинские власти заявляют о готовности к сотрудничеству с новым руководством Венгрии и рассчитывают, что прежние разногласия останутся в прошлом.
Пока не известно, когда состоятся первые официальные визиты на высшем уровне, однако итоги выборов могут дать новый импульс украино-венгерским отношениям. Победившая партия занимала более жесткую позицию по вопросу недопущения вмешательства России и критиковала курс “Фидес” в отношении Москвы, что может повлиять на дальнейшую внешнюю политику страны.
Как выборы меняют курс Венгрии — оценки экспертов
Станет ли победа Петера Мадьяра поворотным моментом для возвращения страны к европейскому курсу? Как повлияет поражение Виктора Орбана на отношения Венгрии с ЕС, Украиной и Россией? Сможет ли новое правительство быстро изменить систему, сформированную за 16 лет? Изменится ли внешняя политика Будапешта, в частности позиция по санкциям и поддержке Украины? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Пьотр Кульпа, бывший член правительства Польши, экс-секретарь польской делегации в Парламентской ассамблее НАТО;
- Александр Радчук, политический обозреватель;
- Григорий Месежников, словацкий политолог, глава Institute for Public Affairs.
ПЬОТР КУЛЬПА: Орбан не смог “забетонировать” Венгрию
— Венгрия была “больным кусочком” союза — как в рамках НАТО, так и в рамках Европейского Союза, показывая, что формальные союзники могут быть намного дальше, чем откровенные враги, которые бьют по союзникам. И то, что Виктор Орбан пытался встраиваться в эту странную близость между Дональдом Трампом и Владимиром Путиным, было крайне опасно прежде всего для Европы.
Олицетворением противоположного движения является Украина, позиция президента Владимира Зеленского. Недаром именно Зеленский стал ключевым символическим врагом режима Орбана.
Развалилась концепция так называемой “нелиберальной демократии”. Это очень важный сигнал для всего континента: сегодня поддержка со стороны Трампа — это “поцелуй смерти”. Рассчитывать на дешевый газ и нефть со стороны России — это всегда проигрышный опыт, что показывает история, в том числе и Украина.
Так что можно осторожно говорить о прогрессе. Он не будет быстрым, потому что венгерское общество подвергалось мощной пропаганде. Во многом они думают так же, как в Москве. Но пройдет время, раскроются скандалы, появятся альтернативные источники информации. Я верю, что Венгрия вернется на путь, который нам всегда был близок.
Польша и Венгрия — это тысяча лет дружбы. Для поляков это одна из самых близких стран. Но никогда эти отношения не были настолько плохими, как при Орбане. Это, прежде всего, сигнал для таких сил, как “Альтернатива для Германии” и других, которые пытаются строить свое будущее на разрушении Европы, солидарности и фактически на путинизме, прикрываясь Трампом.
Политика не поменяется, их цели не изменятся. Политики, которые становятся агентами, — это расходный материал. Они будут действовать через насилие, шантаж, попытки коррупции и договоренностей.
Орбан не успел “забетонировать” Венгрию полностью. Разрушить систему, которую он выстраивал 16 лет, будет непросто. Изменения будут происходить, но не так быстро, как многим кажется.
Главный посыл в том, что когда Венгрия перестанет быть откровенно антиевропейской и антиукраинской страной, ее значение для нашего внимания существенно снизится. При этом не стоит переоценивать роль Венгрии.
АЛЕКСАНДР РАДЧУК: Орбан не готов идти на массовые фальсификации
— Будапешт действительно оппозиционный. Именно в сердце Венгрии, в столице, будут проходить, и самое главное — возможны уличные протесты. Но, мне кажется, на данный момент к этому никто открыто не готовится.
Оппозиционный кандидат выбрал линию, при которой они уже считают себя победителями и говорят о том, каким курсом Венгрия будет идти дальше, как его формировать. Он не говорит о каком-то отстаивании результатов выборов и так далее.
Помимо того, что у Орбана создали удобную для “Фидес” избирательную систему, напомню, Виктор Орбан уже около 16 лет у власти, и его партия тоже. У них было время для этого, но не было времени научиться фальсифицировать выборы, то есть у них не было такого опыта. Несмотря на авторитарные тенденции в Венгрии, избирательный процесс никогда не проходил так, чтобы осуществлялись массовые фальсификации.
Все-таки Венгрия — европейская страна, там много наблюдателей, и даже “Фидес” и Орбан старались создать видимость демократического процесса. Причем он не только создавался, а во многом действительно таким и был, потому что в стране существует живая партийная система.
Сейчас противостояние идет между двумя главными акторами — оппозиционной партией “Тиса” и “Фидес”. Есть также небольшой шанс, что ультраправая партия “Наша Родина” преодолеет 5%-й барьер. Если это произойдет, они могут пойти в союз с “Фидес”, что усилит Орбана, но одновременно создаст ему проблемы, поскольку придется делить власть с крайне правыми националистами.
У них достаточно радикальные идеи, которые местами граничат с крайними идеологиями прошлого. Однако на данный момент шансы этой партии попасть в парламент невелики.
Я уверен, что российские политтехнологи, которые работали последние месяцы в Венгрии, скорее всего, взаимодействовали с командой Орбана, подсказывали и, возможно, пытались создать инфраструктуру для подобных действий. Но сам Орбан, думаю, не готов идти на такой сценарий, потому что он может потерять слишком много.
Скорее всего, он рассчитывает получить как можно больше голосов по пропорциональной системе. При этом он теряет позиции в мажоритарных округах. Вероятно, он может не сформировать правительство, но создать сильную оппозицию новому лидеру и, соответственно, создать ему серьезные проблемы в будущем, не допустив конституционного большинства.
Россияне специализируются на так называемых спецоперациях. Они проводят их как во внутренней, так и во внешней политике. Например, ситуация с украинскими инкассаторами — это, по сути, срежиссированная история, вброшенная российскими политтехнологами. Работа довольно грубая, но она могла сыграть на определенный электорат, хотя, мне кажется, в итоге это даже сыграло в минус тому же Орбану.
Также была история с визитом Джей Ди Вэнса в Будапешт. Перед его приездом появилась информация о якобы готовящемся теракте, где пытались найти “украинский след”. Упоминалась территория Сербии, граница с Венгрией, газопровод. Орбан намекал, что это часть одной цепи, связывая это с ситуацией вокруг нефтепровода “Дружба”. Он говорил о якобы экономическом давлении.
Все это — типичные политические технологии Кремля. Несмотря на ограничения, связанные с Telegram в России, этот мессенджер активно использовался в Венгрии перед голосованием для распространения фейков. Хотя он там не так популярен, рассылки все же проводились — с тезисами о том, что Украина и Евросоюз якобы пытаются втянуть Венгрию в войну. Это абсолютная чушь.
Также использовались рассылки с официальных адресов, от имени власти, с попыткой запугать граждан экономическими последствиями смены власти. Все эти методы мобилизации электората применялись, но у них была стратегическая проблема.
Лидер оппозиции — выходец из “Фидес” и ориентируется на тот же консервативный электорат, что и Орбан. Разница в том, что электорат “Тисы” более сконцентрирован в крупных городах, он моложе и более образован. Исследования показывают, что среди сторонников “Тисы” больше людей с высшим образованием.
Политтехнологи пытаются работать с полярными темами, но их недостаточно, поэтому они искусственно создаются. Тема Украины — одна из таких.
Нарратив о том, что Украина якобы втягивает Венгрию в войну, — это попытка создать образ внешнего врага. Среди сторонников Орбана это частично сработало. Но среди сторонников “Тисы”, которая сейчас набирает больше голосов, по последним соцопросам, около 80% понимают, что Украина — не враг, а жертва российской агрессии.
И неслучайно на митингах звучит лозунг “Русские домой!”. Этот лозунг уходит корнями в события середины XX века, когда советские войска подавили восстание в Будапеште. Венгры это помнят, особенно старшее поколение. Поэтому они хорошо понимают происхождение этих политических технологий и их цель — расколоть общество. Я думаю, что Орбан сегодня в Будапеште еще не раз услышит этот лозунг в свой адрес и в адрес своей команды.
ГРИГОРИЙ МЕСЕЖНИКОВ: Орбан просто надоел венгерскому обществу
— Наверняка мобилизация электората проходила по двум направлениям. Потому что все-таки “Фидес” — это сильная партия, у которой есть избиратели, голосующие за нее последние 16 лет.
Я думаю, что сыграла свою роль поляризация. Когда она связана с политической конфронтацией, это мобилизует обе стороны. Но в итоге получилось так, что населению Венгрии, образно говоря, Виктор Орбан просто надоел.
Были две ключевые причины того, что явка почти достигла 80%. Во-первых, венгерское правительство перестало восприниматься значительной частью населения как актор, способный реально что-то изменить в социальной политике. Орбан известен тем, что пытался поддерживать свой электорат различными мерами и решениями. Но на этот раз у значительной части населения, особенно в провинции, это ощущение было утрачено.
Во-вторых, “помогла Россия”. Потому что то тяготение, которое Орбан в последние годы демонстрировал к России как к одному из ключевых направлений внешней политики Венгрии, сыграло свою роль. Причем в последние недели были раскрыты довольно резонансные шаги отдельных венгерских представителей в отношениях с Россией.
В Венгрии даже возникали подозрения, о чем говорили европейские политики, что некоторые венгерские политики, контактировавшие с высшим российским руководством, по сути предали интересы Евросоюза.
Сам факт того, что при обсуждении возможных результатов выборов речь шла о том, будет ли простое или конституционное большинство, уже был серьезным сдвигом. И это действительно произошло.
Аналитики правы в том, что в Венгрии после конституционных изменений, принятых прежним правительством, люди, которых Орбан расставил в административной системе, могут быть смещены только при принятии новых конституционных поправок.
И сейчас, после того как у нового правительства есть достоверное конституционное большинство — на пять мандатов больше, чем две трети в парламенте, — эта задача выполнима. Понятно, что это потребует времени.
Те, кто сейчас остается во власти, лоялисты прежнего правительства, будут апеллировать к закону и юридическим механизмам. Но возможность принятия радикальных решений, в том числе персональных и политических, связанных с конституционными изменениями, вполне реальна.
Мадьяр и ранее говорил о необходимости изменить основной вектор развития Венгрии — как во внешней политике, так и в сфере демократии. Кстати, по последним отчетам международных организаций, изучающих демократию, Венгрия фактически выпала из числа либеральных демократий. Сейчас она рассматривается как электоральная демократия: выборы проводятся, но последующее осуществление власти не соответствует критериям либеральной демократии.
Я думаю, после начала работы нового правительства эти оценки могут измениться. Не сразу, но это возможно.
Для нового венгерского правительства, с одной стороны, важно поддержать общую европейскую линию, в том числе в отношении войны РФ против Украины, то есть российской агрессии против Украины. Не занять позицию поддержки Украины, на мой взгляд, будет невозможно.
Поэтому европейские союзники будут влиять на Мадьяра. Он сам, возможно, не делал резких проукраинских заявлений, но это отдельный вопрос. Возможно, потребуется время, чтобы венгерское общество убедилось, что Украина не имеет антивенгерских настроений и не представляет угрозы. Хотя именно такие тезисы активно продвигал Орбан.
Читайте также: Разговоры о “подготовке к войне” — это оправдание внутренних репрессий: эксперты о белорусском диктаторе Лукашенко
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
