“Освобождение” по-путински: российская армия на оккупированных территориях воюет руками украинцев

Военный призыв круглый год, абсолютный доступ к человеческому ресурсу, обман и принуждение как мотивация идти на фронт, а также пытки и “ямы” для тех, кто отказался воевать против своей страны. 

Как Россия превращает в “пушечное мясо” тех, кого якобы пришла освобождать, рассказываем в новом выпуске “Специального репортажа” на телеканале FREEДOM. 

Автор — Ольга Михалюк. 

Обязательный призыв

С первого января 2026 года российская власть обеспечила свою армию пополнением — так называемой “новой кровью” и устроила круглогодичный призыв. Поскольку собственное законодательство РФ распространяет и на захваченные территории, та же участь грозит мужчинам призывного возраста в оккупированных районах Херсонской, Запорожской, Донецкой и Луганской областей, а также в Крыму.

Теперь все мужчины от 18 до 30 лет, проживающие на временно оккупированных территориях (ВОТ), находятся в зоне риска. Российские захватчики формируют полный реестр населения для фиксации адресов, контроля перемещений и учета. 

Так, в Херсонской области оккупационная администрация начала кампанию по так называемому прикреплению местных жителей к поликлиникам по российским полисам обязательного медицинского страхования. Официально это называют “упорядочением медицинского обслуживания”.

“Что касается призыва, то они смогли систематизировать базу данных в первую очередь через медицинские учреждения. Особое внимание уделяется мужчинам призывного возраста. Эти данные медицинские учреждения передавали в военкоматы. Поэтому они более или менее имеют полную базу данных о населении, проживающем сейчас на территории и подлежащем по их законодательству призыву. Все еще остаются люди, которые не встали на воинский учет, но им очень сложно сейчас избегать внимания со стороны оккупантов, потому что невозможно официальное трудоустройство, получение каких-либо социальных выплат, гуманитарной поддержки и всего остального. То есть они установили прямую связь с учетом в своих военкоматах”, — говорит первый заместитель председателя Херсонского областного совета Юрий Соболевский. 

Российская пропаганда с присущим набором клише “о долге перед Родиной” и “так воевали деды” тиражирует сюжеты об очередном успешном призыве в оккупации и о том, что новобранцев якобы не отправят на фронт. Однако реальность сильно отличается от телевизионной картинки.

“Когда людей призывают на срочную службу, то они попадают в воинскую часть и подчиняются военному командиру. По сути, очень легко оказывать на этих людей давление разными способами. Поощряют, конечно, выплатами и тем, что на оккупированной территории, кроме как идти служить, не очень много вариантов заработать на жизнь. Кроме того, это, конечно, и принуждение. Когда человек находится в воинской части, гораздо проще на него давить, угрожать ему, говорить, что если он не подпишет контракт, его просто отправят в штурмовики. Это и манипуляции: были факты, когда контракты подписывали за человека задним числом, и он уже ничего не мог сделать”, — объясняет юрист-международник, правовой аналитик Центра прав человека ZMINA Анисия Синюк. 

Гуманитарный кризис на ВОТ

В оккупированных районах Луганщины и Донетчины, где после так называемого освобождения российской армией разграблены и практически дотла уничтожены предприятия — металлургические, угледобывающие, рекрутеры из России успешно этим пользуются.

“Если еще полгода назад приезжал рекрутер из Москвы или Белгорода и говорил: “Вот смотри, твоя “ДНРия” тебе платит 800 тыс. разовой выплаты за подписание контракта, а в Москве мы тебе заплатим 2 млн”, то полгода назад надо было ехать в Москву. Сейчас он уже с деньгами тут. Говорят: “Да ты поваром, техником будешь в тылу — в Ростовской области. Ты ж не на фронт идешь”, — рассказывает руководитель Центра изучения оккупации Мариуполя Петр Андрющенко.

Социально-экономическая ситуация на временно оккупированных территориях такова, что там процветает безработица. 

“Работы в принципе нет, ты можешь либо работать на стройке, либо ехать на “большую землю” — на территорию России и там что-то искать. Потомственные шахтеры едут и ставят окна на территории России. Это позорище! Экономическая ситуация такая, что везде висят плакаты: “Подписывай контракт с Минобороны России и будут деньги, счастье”, — рассказывает Николай Осыченко, директор Мариупольского телевидения (2019-2023 гг.). 

Люди вынуждены подписывать контракт с Минобороны РФ от безнадеги. 

“60% — это люди, которые идут не из идеологических убеждений, а именно из-за полного отсутствия возможности трудоустройства на оккупированных территориях. Промышленность не работает, возможности заработка денег нет и, соответственно, это единственная возможность, которая искусственно создается оккупационной администрацией. Трудоспособное население не может себя реализовать, прокормить семью, и ему дают единственный фактический вариант — это подписание договора с Минобороны”, — комментирует военно-политический аналитик Дмитрий Снегирев.

Помимо круглогодичного призыва и поощрения службы по контракту, Путин подписал указ о призыве резервистов на военные сборы. Это произошло после того, как Госдума РФ в октябре расширила их функционал. Такая гибридная мобилизация позволит пополнить российское войско как минимум на миллион человек в течение года. 

Оккупированные территории не останутся в стороне. Так, в Луганской области захватчики уже начали мобилизовывать первых резервистов, хотя официально утверждается, что лишь для охраны объектов инфраструктуры.

“Предусматривается возможность их направления на специальные сборы для защиты объектов жизнеобеспечения, энергетики, транспорта, нефтеперерабатывающих заводов и иной инфраструктуры только на территории своего региона. Противодействие прежде всего беспилотникам. Направление резервистов на специальные сборы, как и на другие военные сборы, будет осуществляться на основании указа президента РФ”, — заявил начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба ВС РФ Владимир Цимлянский. 

Принуждение воевать против своей страны

В Институте изучения войны полагают, что за счет личного состава действующего резерва Кремль хочет поддержать темп боевых действий даже без объявления второй волны мобилизации. А так как в конституцию страны-агрессора незаконно в качестве российских территорий были внесены украинские области и Крым, резервисты, подписавшие контракт, могут быть отправлены для несения службы именно туда.

“Усиленная работа с резервистами — это не только призыв. Они не просто сидят и ждут, кого призовут, а будут действовать механизмы постоянной работы с резервистами, постоянных сборов, учений и так далее. Это делается для того, чтобы их можно было в любой момент, в любом количестве призвать в ряды вооруженных сил РФ и либо заполнить те потери, которые будет нести российская армия в Украине, либо направить их в качестве “зеленых человечков” куда-то на восточный фланг НАТО. В любом случае это индикатор того, что путинский режим абсолютно не рассматривает варианты ни мирного соглашения, ни прекращения огня”, — говорит эксперт по международной безопасности Фонда “Демократические инициативы” Тарас Жовтенко.

На свежих кадрах из оккупированного Енакиево вооруженные представители так называемой военной комендатуры проверяют пассажиров рейсового автобуса и часть из них увозят с собой. В оккупации усилилась так называемая “внутренняя фильтрация” и Telegram-каналы публикуют десятки фото визитов вооруженных людей, часто без опознавательных знаков, в квартиры и частные дома под предлогом розыска тех, кто скрывается от мобилизации или самовольно покинул военную часть.

Украинцы с оккупированных территорий, так же как и российские солдаты, являются “расходником” для “мясных штурмов”. Это показала мобилизация 2022 года, объявленная Путиным в начале полномасштабного вторжения, когда на оккупированных территориях группировки “Л/ДНР” стали выгребать мужчин: и здоровых, и больных.

“Людей мобилизовывали без какого-либо учета инвалидности или иного статуса по здоровью для отсрочки. Буквально день в день, без возможности пообщаться с родными, их вывозили из военкомата сразу на боевые позиции. Жаловались, что их не обеспечивают должным образом ни соответствующей одеждой, ни вооружением. Просто, по сути, бросают на позиции для количества. За отказ служить до того, как человека мобилизовали, или уже на позициях, были жесткие наказания с пытками и помещением в так называемую яму для отказников”, — комментирует юрист-международник ZMINA Анисия Синюк.

В распоряжение журналистов российского издания “Астра” попало видео, где военнослужащий из 5-й мотострелковой бригады жалуется на непригодное оружие, называя его “бездарным” и сравнивая пользу от автомата с “пользой от патефона”. За такие откровения бойца записали в дезертиры и отправили в подвал одного из частных домов в Очеретино Донецкой области. Там военачальники “мотивируют” штурмовиков так умело, что на фронт бегут даже раненые на костылях.

Своих командиров-садистов, которые жестоко издеваются над подчиненными, Путин поощряет. Так, генерал-майору Павлу Клименко было присвоено звание героя России за “героическую службу”, а на деле — за организацию пыточного концлагеря для военных на территории заброшенной шахты в Донецке. По данным журналистов, таких пыточных уже более 23 только в Донецкой области.

Точное число украинцев, принудительно мобилизованных в российскую армию с начала полномасштабного вторжения, назвать невозможно. По данным Координационного штаба по обращению с военнопленными, это 46 327 человек. Главное управление разведки Украины отчитывалось о 60 тыс. Наибольшее количество из Крыма — более 35 тыс. человек. В Севастополе — более 5 тыс. и столько же в оккупированной части Донецкой области.

“Донецк сами дончане звали городом “черных платков”. Было очень много вдов и есть, но они все молчат, потому что нельзя ничего говорить”, — рассказывает блогер Николай Осыченко.  

Таким образом Кремль не только замещает катастрофические потери российской армии, но и решает демографический вопрос на захваченных землях, избавляясь от потенциально нелояльного населения.

“Происходит замещение местного автохтонного населения на новоприехавших граждан России из депрессивных регионов и трудовых мигрантов. Эти процессы приобретают неконтролируемый характер. На оккупированных территориях Луганской и Донецкой областей появилось понятие “бабьи села” — населенные пункты, где абсолютно отсутствует мужское население. Ситуация сложная даже на предприятиях критической инфраструктуры — нет обслуживающего персонала. На угледобывающих предприятиях массово вербуют женщин на исключительно мужские работы. Это свидетельство того, что не хватает именно мужского квалифицированного населения”, — говорит военно-политический аналитик Дмитрий Снегирев.  

Пополнять ряды армии РФ скоро будет некем. В 2022 группировки “Л/ДНР” мобилизовали даже студентов, так как отсрочка для учащихся вузов появилась лишь спустя месяцы. Уничтожать украинцев их же руками Путин планирует в долгосрочной перспективе: оккупанты ставят на воинский учет с 16 лет, а идеологическую обработку начинают с детского сада.

“Юнармия и патриотические мотивы — с детского садика. Деток одевают в пилотки, военную форму, рассказывают им о “матрешке” и Путине. Готовят их к тому, чтобы они стали воинами. Детей готовят погибнуть за “Родину”, за Путина, потому что это якобы ради блага всей “великой России”. Дети это впитывают, для них это становится нормой жизни”, — объясняет Николай Осыченко.  

Россияне проводят целую кампанию по подготовке детей на временно оккупированных территориях к войне. 

“Школьников и подростков готовят после окончания школы подписать контракт. Мол, это лучшее и самое правильное, что они могут сделать. Возрастной ценз снизили с 21 года до 18 лет. Ранее необходимо было иметь высшее образование или отслужить три месяца срочной службы. Сейчас все эти предохранители сняты: любой школьник, которому исполнилось 18, сразу отправляется на срочную службу и может подписать контракт буквально в тот же день”, — рассказывает  юрист-международник ZMINA Анисия Синюк. 

Принудительный призыв жителей оккупированных территорий Украины в вооруженные силы государства-оккупанта является нарушением международного гуманитарного права. Женевская конвенция 1949 года запрещает государству-оккупанту принуждать лиц, находящихся под его властью, служить в его вооруженных или вспомогательных формированиях. Любая форма давления, включая угрозы, административное принуждение или ограничение прав, также квалифицируется как нарушение.

“Это абсолютно спланированная и комплексная политика Российской Федерации. Она начинается с того, что для привлечения таких лиц на службу их нужно заставить получить российский паспорт. Соответственно, работает целая система принуждения к получению паспорта”, — объясняет Анисия Синюк. 

Путинскому режиму выгодно отправить в “мясорубку” в первую очередь бывших граждан Украины, чтобы показать внутреннему российскому потребителю: “Нас обвиняют, что мы не бережем жизни российских граждан? Бережем! Смотрите, кого мы отправляем на убой — это не российские граждане”. С реальной военной точки зрения в такой принудительной мобилизации нужды нет. Все это превращается в элемент репрессий — стандартный для путинского режима”, — комментирует эксперт по международной безопасности Тарас Жовтенко. 

Кремль принуждает украинцев из оккупированных территорий идти на фронт воевать против Родины. У Путина нет военной необходимости делать это, но есть желание уничтожить как можно больше украинцев. Сознательная стратегия кремлевского диктатора — использовать жителей оккупированных территорий как удобный ресурс. Людей отправляют в самые опасные зоны, туда, где смерть. И это не просто жестокость, а нарушение фундаментальных основ международного гуманитарного права с признаками геноцида. Ответственность за эти преступления понесут все: государство-агрессор, те, кто отдает приказы, и те, кто обманом и насилием исполняет их.

Читайте также: Вербовка через онлайн-игры и обман: как Россия ищет солдат по всему миру, чтобы воевать против Украины