“Нефтяной ад” и блокада Ормузского пролива: как Иран пытается дестабилизировать мировой рынок, рассказал Кулик

Иран применяет тактику “нефтяного ада”, нанося удары по энергетическим объектам Саудовской Аравии, Омана и Бахрейна. Не имея возможности напрямую атаковать Израиль и США, Тегеран пытается оказать давление на мировое сообщество через дестабилизацию Персидского залива и блокировку Ормузского пролива. Рост страховых рисков и угроза минирования акватории уже привели к транспортному коллапсу, который может иметь долгосрочные последствия для глобальной экономики. Такое мнение в эфире телеканала FREEДOM выразил директор Центра исследований проблем гражданского общества Виталий Кулик.

“Давайте поговорим о “нефтяном аде”. Ну, собственно, ничего нового, если вспомнить действия [иракского диктатора] Саддама Хусейна при оккупации Кувейта, первая операция против Ирака в 1991 году, то мы видим, что тогда Саддам Хусейн тоже нанес удар по нефтяным объектам Кувейта и устроил “нефтяной ад” для мировой экономики, как он считал. Поэтому Иран использует ту же тактику. Удары наносятся, и это не обещание, это уже практика, потому что идут удары по Бахрейну, Оману, Саудовской Аравии в первую очередь”, — отметил он.

Иран бьет в первую очередь по тем странам, которые, по мнению лидеров группировки, несут ответственность за предоставление воздушного пространства и территории США для нанесения ударов по Ирану.

“Дотянуться до Израиля, до Соединенных Штатов Америки они не могут, поэтому бьют по странам-соседям, и сначала по энергетической сфере. С одной стороны, здесь есть рациональная цель — создать давление на Израиль и Соединенные Штаты со стороны [Персидского] залива, в первую очередь стран, которые находятся в зоне поражения иранских ракет, чтобы они в свою очередь давили на Трампа и Нетаньяху. С другой стороны, это вызывает обратный эффект, потому что те же Объединенные Арабские Эмираты, та же Саудовская Аравия меняют подход от давления на Соединенные Штаты к пониманию того, что режим необходимо сносить, потому что опасности от него больше, чем возможные атаки по их нефтяным ресурсам. Добычу можно возобновить, наладить транспортировку, как это делают сейчас Саудовская Аравия, транспортируя нефть из залива через сухопутную часть страны в Красное море. Им это удается. В будущем, скорее всего, они построят нефтепровод, и уже сейчас ведутся работы по созданию коридора из залива в Оман и дальше в порта Индийского океана”, — рассказал эксперт.

Он отметил, что сжечь все месторождения и инфраструктуру добычи нефти и газа в Персидском заливе невозможно.

“Иран на это не способен. А вот на что он способен — это создать блокировку Ормузского пролива и не столько из-за действий “москитного” флота (небольшие катера, которые наносят удары по танкерам), сколько через ажиотаж, связанный с повышением рисков судоходства и страховых рисков. То есть страховые компании или отказываются страховать, или повышают ставки. Но это также и решение многих судоходных ассоциаций и организаций, которые требуют повышения ставок и оплаты для людей, участвующих в транспортировке. Поэтому есть пробка, которая возникла по обе стороны Ормузского пролива. Пока ее снять невозможно”, — рассказал Виталий Кулик.

Угроза судоходству в Ормузском проливе выходит на новый уровень. Пока страны Персидского залива пытаются переложить ответственность за безопасность танкеров на США, Иран задействует свой “москитный” флот и, по некоторым данным, прибегает к минированию акватории.

“Гоняться за катерами “москитного” флота американцы пытаются, но это больше дело не американцев. Это больше дело самих стран [Персидского] залива. Они этого не хотят. Они всячески пытаются уйти, требуя корабли сопровождения для танкеров с Соединенных Штатов. Кому-то Соединенные Штаты помогают. Что-то пытается делать самостоятельно Китай, например, проводя свои танкеры через Ормузский пролив. Кроме того, есть информация о минировании Ормузского пролива, что вносит определенную опасность для судоходства и повышает риски”, — подытожил Виталий Кулик.

Читайте также: Мерц призвал завершить военную операцию в Иране дипломатическим путем