Имитация стремления к миру и старые ультиматумы Кремля: итоги переговоров в Стамбуле оценили эксперты

Обмен пленными 1000 на 1000, запрос на прямые переговоры Зеленского и Путина, неприемлемые ультиматумы от Кремля. В Стамбуле сегодня, 16 мая, состоялась первая за более чем 3 года встреча украинской и российской делегаций при посредничестве турецкой стороны. Киев заранее заявлял о том, что планируется договориться о прекращении огня, кроме того, президент Украины приглашал Путина к прямому диалогу в Турции, но кремлевский диктатор не приехал. 

Западные союзники и эксперты считают, что переговоры в Стамбуле были со стороны Кремля имитацией желания достичь мира, а на самом деле РФ хочет продолжать войну против Украины и не готова идти на уступки. 

Итоги встречи в Стамбуле

После завершения встречи в Стамбуле глава украинской делегации, министр обороны Украины Рустем Умеров поделился результатами переговоров с российской стороной. 

“Мы завершили встречу. Наши партнеры были проинформированы о повестке дня переговоров. Их целью было обсуждение прекращения огня, а затем — обмен пленными. Также мы потенциально готовим встречу на уровне лидеров стран [Украины и России]. Мы работаем над обменом 1000 на 1000, мы работаем также над другими модальностями этого обмена”, — заявил Умеров. 

Спикер МИД Украины Георгий Тихий сообщил, что российская делегация на переговорах выдвинула Киеву неприемлемые ультиматумы. Он напомнил, что Украина имеет долгий опыт переговоров с Россией — еще с 2014 года. Украинская делегация знает, как вести себя в таких ситуациях и справляться с этим. Также спикер МИД заявил, что необходимо организовать встречу Зеленского и Путина. 

“Зеленский готов напрямую встретиться с Путиным. Мы хотим добиться прогресса, и для этого нужно организовать встречу на уровне лидеров стран”, — сообщил Тихий. 

Глава российской делегации Владимир Мединский после переговоров сказал, что “удовлетворен результатами и готов продолжать контакты ”. 

“Мы договорились о том, что каждая сторона представит свое видение возможного будущего прекращения огня и пропишет это в деталях”, — отметил он. 

Возможность прямых переговоров между Зеленским и Путиным глава российской делегации прокомментировал как,  “запрос был принят к сведению”. Также Мединский подтвердил, что Киев и Кремль обсуждали обмен военнопленными в формате 1000 на 1000. 

По завершению переговоров президент Украины Владимир Зеленский заявил, что на этой неделе были реальные шансы сделать первые шаги к завершению войны. 

“Вчера я был в Анкаре — и благодарю президента Эрдогана за участие и прием — и был готов к прямой встрече с Путиным в Анкаре или в Стамбуле. И не просто к встрече, а к решению всех важных, на мой взгляд, вопросов. Но он ни на что не согласился. Я имею в виду Путина. Очевидно, что российская делегация, прибывшая в Стамбул, очень низкого уровня. В ее составе нет ни одного человека, который действительно принимает решения в России. Несмотря на это, я направил в Стамбул нашу команду во главе с министром обороны Украины — хотя бы для того, чтобы выяснить, способны ли эти россияне хоть что-то решить. Украина готова сделать все реалистичные шаги для завершения этой войны. Я призываю Путина наделить свою делегацию реальными полномочиями”, — заявил Зеленский. 

Также после встречи украинской и российской делегаций в Стамбуле президент Украины совместно с президентом Франции Эммануэлем Макроном, канцлером ФРГ Фридрихом Мерцем, премьер-министром Великобритании Киром Стармером и премьер-министром Польши Дональдом Туском провел телефонный разговор с президентом США Дональдом Трампом. 

“Украина готова к максимально быстрым шагам ради реального мира, и важно, чтобы мир сохранял твердую позицию. Наша позиция: если россияне отказываются от полного и безусловного прекращения огня и убийств, должны быть введены жесткие санкции. Давление на Россию должно сохраняться до тех пор, пока она не будет готова закончить войну. Благодарю всех в мире, кто помогает”, — написал Зеленский в Facebook по итогам телефонного разговора с Трампом. 

В украинскую делегацию для участия в переговорном процессе с делегациями Турецкой Республики и США, а также с представителями Российской Федерации 16 мая вошли 12 должностных лиц:

• Умеров Рустем — министр обороны Украины, глава делегации;
• Кислица Сергей — первый заместитель министра иностранных дел Украины, член делегации;
• Поклад Александр — заместитель председателя Службы безопасности Украины, член делегации;
• Луговский Олег — первый заместитель председателя Службы внешней разведки Украины, член делегации;
• Шевченко Алексей — заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Скибицкий Вадим — заместитель начальника Главного управления разведки Министерства обороны Украины, член делегации;
• Шинкарев Евгений — заместитель начальника штаба Командования Воздушных сил Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Дьяков Александр — заместитель начальника штаба Командования Военно-морских сил Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Маловацкий Алексей — начальник управления международного и оперативного права Центрального юридического управления Генерального штаба Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Шерихов Александр — старший офицер Главного оперативного управления Генерального штаба Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Кузьмичев Георгий — офицер протокола Аппарата обеспечения служебной деятельности главнокомандующего Вооруженных сил Украины Аппарата главнокомандующего Вооруженных сил Украины, член делегации;
• Бевз Александр — советник руководителя Офиса президента Украины, член делегации.

Кремль до последнего момента держал в тайне состав своей делегации на переговорах в Стамбуле. Сначала в российских пропагандистских СМИ были туманные размышления о том, поедет ли в Турцию Путин. Затем появилась информация со ссылкой на анонимного сотрудника кремлевской администрации о том, что в Стамбул якобы отправятся глава МИД России Лавров и помощник Путина Ушаков. В результате главой делегации назначили еще одного помощника Путина и по совместительству председателя Союза писателей России Владимира Мединского. Кроме того, в итоговый состав российской делегации вошли заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин, начальник Главного управления Генштаба Игорь Костюков и заместитель министра обороны Александр Фомин. Такой состав российской делегации президент Украины Владимир Зеленский назвал “бутафорским”.

“По тому, что мы видим, больше похоже на “бутафорский” уровень. Мы подумаем, что будем делать, наши шаги после разговора с президентом Эрдоганом. Я думаю, у нас будет несколько часов для важного разговора, очень важных решений. Нам необходимо понимать, каков будет уровень российской делегации, какой у них мандат. Способны ли они хоть что-нибудь сами решать. Потому что нам всем известно, кто в России принимает решения”, — сказал глава Украинского государства.

Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте назвал отправку Путиным российской делегации в Стамбул такого уровня ошибкой. 

“Я думаю, что Путин совершил ошибку, отправив делегацию низкого уровня с этим историком во главе делегации, который также был там на переговорах в 2022 году. Мяч явно на его стороне поля. Он должен играть в мяч. Он должен серьезно хотеть мира. Поэтому я думаю, что все давление сейчас — на Путина”, — заявил Рютте. 

Он также акцентировал: Путин понимает, что “находится в беде”. 

“Мы провели много переговоров, когда я был премьер-министром Нидерландов. Он прекрасно знает, что мяч был на его стороне, что он в беде, что он совершил большую ошибку, отправив делегацию низкого уровня. И я думаю, очень хорошо, что украинцы сели за стол переговоров. Они отправили делегацию, которая действительно готова вести переговоры о прекращении огня и т. д. Я так рад той роли, которую играют США. Это действительно важно. Президент Трамп выходит из тупика, явно беря на себя инициативу во всем этом, что чрезвычайно полезно”, — отметил генсек НАТО.

Достаточно понятные месседжи звучали и в турецкой Анталии. Там в эти дни проходила неформальная встреча министров иностранных дел НАТО. Составом российской делегации были возмущены практически все. 

“Фактически Зеленский стоит перед пустым креслом Путина, который предложил прямые переговоры. Но он не присутствует здесь, в Турции, несмотря на то, что Трамп выразил готовность содействовать этим обсуждениям. Конечно, Путин сегодня отправил в Турцию делегацию низкого уровня, потому что он хочет избежать масштабных санкций, которые США и европейцы готовят, чтобы заставить его вступить в мирные переговоры”, — заявил министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро.

Ранее глава Офиса президента Украины Андрей Ермак заявил, что Украина готова к миру и настаивает на безусловном и длительном прекращении огня.

“Украина готова к миру, к длительному и безусловному прекращению огня. Также готовы ко встречам и переговорам на самом высоком уровне. Украинская делегация сегодня в Стамбуле для того, чтобы достичь безусловного прекращения огня — это наш приоритет”, — резюмировал глава ОПУ.

Переговоры в Турции в оценке экспертов

Как можно оценить результаты встречи украинской и российской делегаций в Стамбуле? Почему Путин не приехал, чтобы встретиться с Владимиром Зеленским? Как можно оценить уровень российской делегации? Какой должна быть реакция западных союзников на итоги переговоров? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

• Александр Мережко, глава Комитета Верховной Рады Украины по вопросам внешней политики и межпарламентского сотрудничества;
• Евгения Кравчук, член украинской делегации в ПАСЕ, народный депутат Украины;
• Денис Кузьмин, эксперт Центра международных исследований Одесского национального университета им. И. Мечникова;
• Дмитрий Левусь, политолог-международник, директор Центра общественных исследований “Украинский меридиан”;
• Алексей Буряченко, политолог;
• Игорь Рейтерович, политолог.

АЛЕКСАНДР МЕРЕЖКО: Путин издевается над Трампом

— В Стамбуле все было довольно ожидаемо. Уже по составу российской делегации было ясно, что результата не будет. Об этом, кстати, заявил и президент Зеленский. Поэтому надеяться на какой-то прогресс не приходилось.

Тем не менее важно отметить гуманитарный аспект — это определенный результат для нас. Речь идет о перспективе обмена военнопленными, о 1000 человек. Это очень важно. Здесь мы видим четкую разницу в подходах: с одной стороны — Украина, которая борется за каждого гражданина и ценит человеческую жизнь, с другой — Россия, где характерно пренебрежение и к жизни, и к человеческому достоинству.

Я бы назвал эти переговоры своего рода актом разоблачения России. Потому что западная пресса обратила внимание на неадекватные заявления главы российской делегации Владимира Мединского. Это были откровенные угрозы, попытки запугивания, заявления о том, что Россия готова вести войну вечно. Или, например, что она собирается оккупировать Сумскую и Харьковскую области, выдвигает требования захвата территорий, которые сейчас не находятся под ее контролем, но которые она незаконно включила в свою Конституцию.

Эти заявления в очередной тысячный раз показали всему цивилизованному миру, что с Россией невозможно вести конструктивный диалог. Это абсолютно неадекватная и бесперспективная позиция. Главное сейчас — не столько рассчитывать на переговоры и какой-то результат, сколько усиливать давление на Россию. Это, пожалуй, и есть основной итог этих переговоров.

Если рассуждать логически, есть три возможных сценария:

• первый — это предложение президента США Дональда Трампа: прекращение огня минимум на 30 дней, затем — полноценные переговоры с участием Путина, потому что решения принимает именно он, а не Мединский. Этот вариант поддержали европейские лидеры и Украина. И именно он выглядит наиболее логичным;
• второй вариант — российский: продолжать наступательные действия параллельно с переговорами. Это наихудший вариант, по понятным причинам; 
• третий — одновременное прекращение огня и переговоры. Он звучал недавно как альтернатива.

Пока говорить о чем-то конкретном рано, но я замечаю противоречие в позиции Трампа. С одной стороны, он настаивает на том, чтобы Украина вела переговоры. С другой — заявляет, что без его участия достичь результата невозможно. Эти слова повторил и госсекретарь США Марко Рубио. Получается логическая нестыковка: если результат невозможен без Трампа, зачем настаивать на переговорах без него?

Эту проблему можно решить только одним способом — за счет прямого включения Трампа в переговорный процесс. И если мы говорим о серьезных переговорах, то важно не только участие США, но и европейских союзников. Формат этих переговоров критически важен.

То, что сейчас происходит, — это явная издевка над Трампом со стороны Путина. Уже состав российской делегации говорит о том, что кремлевский диктатор не воспринимает переговоры всерьез. Он не заинтересован в результате и ему важна лишь имитация процесса. Почему? Потому что он боится Трампа. Боится, что если не будет даже видимости переговоров, президент США может ввести обещанные санкции. Возникает вопрос: сколько времени понадобится Трампу, чтобы это осознать и начать адекватно реагировать?

ЕВГЕНИЯ КРАВЧУК: В России все решает только один человек 

— Мы все понимаем, что решение о прекращении огня или перемирии в России принимает один человек — Путин. 

Ранее России был предложен вариант о прекращении огня на 30 дней. И для этого не нужно кого-то отправлять на переговоры ни в Стамбул, ни еще куда-то. Это можно сделать просто распоряжением или приказом.

Хотя сам этот “мирный процесс”, если его вообще можно так назвать, на самом деле очень важен. Потому что мы, в конце концов, хотим результата и справедливого окончания войны. Также мы хотим напомнить всем: кто действительно хочет мира, а кто — продолжения войны. Кто в этой ситуации людоед, а кто — жертва. Но жертва, которая точно не собирается принимать капитуляцию. Во всех мировых столицах понимают, что Россия не хочет прекращать войну. 

Здравый смысл подсказывает, что сейчас ситуация иная, по сравнению с мартом 2022 года (10 марта 2022 года состоялись первые переговоры украинской и российской делегаций в Стамбуле, — ред.). Вспомните, в каком состоянии тогда был наш оборонный комплекс в плане дронов, ракет и прочего, и сравните с тем, что мы имеем сейчас: Украина — крупнейший производитель дронов в мире. Это две совершенно разные реальности.

Мы ожидаем экономического давления на Кремль со стороны ЕС, Великобритании, США. Конечно же, больше всего Россия боится вторичных санкций именно от США и против банковской системы. Это — реальный рычаг давления.

Я надеюсь, что мы услышим не только “deep concerns” — глубокую озабоченность, но и увидим реальные санкционные пакеты.

Европейский Союз вполне осознает, что российскую военную экономику уже трудно остановить. А если она продолжит работать в том же духе, все, что они производят, в итоге будет направлено и на Европу. Украина своим сопротивлением фактически дает фору времени, чтобы ЕС успел развить собственное производство вооружений. 

Вся эта истерия вокруг “СВО”, весь этот “ура-патриотизм” уже полностью поглотили Россию. И, похоже, там даже не просчитывают последствия окончания этой “спецоперации”.

ДЕНИС КУЗЬМИН: Члены российской делегации выполнят любую команду из Москвы

— Российская сторона просто тянет время. И цель даже не в том, чтобы достичь мирного соглашения — скорее, нужно показать президенту США Дональду Трампу, что они открыты к диалогу, готовы частично выполнять его требования. 

Само приглашение Путина в Турцию и ожидание его приезда носило скорее, политический характер. В условиях войны, когда стороны не просто негативно, а резко враждебно настроены друг к другу, встречи лидеров необязательны. Лучше, если заработают технические группы, как это было в предыдущем Стамбульском формате [2022 года]. Тогда они подготовили немало документов. 

“Устранение предпосылок конфликта”, о чем заявляет российская сторона, — это вообще какая-то абстракция. Эту фразу можно трактовать как угодно: от желания Украины вступать в НАТО до самого факта ее независимого существования, противником чего откровенно является глава российской делегации Владимир Мединский.

Мединский — известная фигура. В России и в Украине все понимают, кто он такой — идеолог, который начинал как историк-агитатор. К нему слишком много вопросов даже в Москве, там отказались, например, утверждать его докторскую диссертацию. Это человек с четкой идеологической позицией: он против самой идеи независимой Украины, которая не вписывается в его концепцию “исторического пути” России.

Другим членам делегации все равно — они будут слушать, что скажет кремлевский диктатор. Путин даст команду — будем дружить. Путин даст команду — будем воевать. Это сугубо прагматичный состав. Там есть и человек из МИДа, близкий к администрации президента. 

Также в составе делегации РФ есть начальник Главного управления Генштаба ВС, представитель МИДа (пусть не первого ранга, но близкий к Кремлю), представитель Минобороны, который писал военную часть Стамбульских соглашений. 

С технической точки зрения, это не пиар-фигуры, приехавшие просто покричать, а люди, которые выполнят любую команду из Москвы. Если скажут: сидеть и работать — они сядут и будут работать.

ДМИТРИЙ ЛЕВУСЬ: Путин перепугался из-за приглашения Зеленского к диалогу в Турции

— Когда Россия демонстрирует свое однозначное отношение не к мирному процессу, а к его полному отсутствию, то становится очевидно, что она просто не хочет мира. И уровень делегаций это наглядно показывает. Вспомним, как выходит к прессе глава российской делегации Владимир Мединский и говорит, что якобы они готовы на какие-то компромиссы, но это не более чем слова. 

Россияне все время что-то заявляют, а на деле прилетают с теми же самыми условиями, что и в 2022 году. Они пытаются представить дело так, будто это продолжение тех Стамбульских переговоров. Но это абсолютно не воспринимается здраво. Это невозможно всерьез обсуждать. 

Президент США Дональд Трамп заявлял, что ничего не знает об этой российской делегации. Хотя, на самом деле, если бы у США была жесткая позиция и было бы реальное давление на Россию… Зеленский неоднократно об этом говорил — полноценная санкционная позиция. В этом случае поведение России было бы совершенно иным. Тогда можно было бы рассчитывать на реальное прекращение огня и на действенные, настоящие переговоры. Такое всеобъемлющее прекращение огня могло бы стать стартом к миру и к переговорам по всем вопросам, связанным с войной.

Трамп утверждает, что он изменил свою риторику по отношению к Путину. Иногда у него даже проскакивает: “Возможно, Путин и не хочет идти к миру”. Я думаю, что усиление санкционного давления возможно. Уже существует законопроект о жестких санкциях и определенный скептицизм по отношению к РФ в окружении Трампа тоже заметен.

Путин избрал путь — не ехать на переговоры в Турцию. И то, что это было очень чувствительно для россиян, стало ясно с первого дня, когда им пришлось реагировать на предложение Зеленского. Эти почти истерические заявления — то от спикера МИД РФ Марии Захаровой, то от Дмитрия Медведева (заместитель главы Совбеза РФ, — ред.). Россия впала в истерику и Путин лично перепугался.

АЛЕКСЕЙ БУРЯЧЕНКО: Россия имитирует диалог

— Абсолютно очевидно, что инициатива по переговорам в Стамбуле исходила от Путина. Более того, именно он предложил продолжить диалог по процессу, который был начат еще в 2022 году. Тогда же он и соврал, заявив, что якобы готов к переговорам без условий. Хотя на деле те первые российские предложения в Стамбуле содержали целый ряд абсурдных и неприемлемых условий, которые, как мы уже понимаем, перекочевали и в этот формат.

С самого начала это была чистой воды манипуляция со стороны Кремля и лично Путина. Но мы все видели реакцию наших западных партнеров — президента США Трампа, европейских лидеров. Вместо того чтобы придерживаться жесткой позиции, согласованной 10 мая в Киеве (а именно: если Россия не приостанавливает боевые действия и не соглашается на прекращение огня, последуют масштабные санкции), Европа решила “подождать”, чем закончится новый диалог в Стамбуле. Президент США Дональд Трамп вообще после этой “инициативы” Путина, забыл и про слово “ультиматум”, и про санкции. 

Столько говорили про миротворческую миссию, а в итоге все внимание оказалось приковано к этой информационной ловушке Москвы в Стамбуле. Серьезным экспертам на Западе было ясно с самого начала: Путин не собирался лететь туда. 

Цель Путина была не в том, чтобы действительно урегулировать конфликт. Ему нужно было имитировать процесс, чтобы показать миру: вот, мол, мы в диалоге. На деле же — отправили в Стамбул делегацию без мандатов, абсолютно низкого уровня, чтобы тянуть время.

Мы это понимаем. Но ведь отказ Украины от участия в переговорах — тоже не выход, потому что Россия тут же использует это против нас, заявив, что мы сорвали переговоры. Они выдают желаемое за действительное, манипулируют, будто бы на этих переговорах можно было бы что-то реально решить. 

Поэтому стратегия была именно такой: несмотря на все манипуляции со стороны России — ехать в Турцию. Президент Зеленский провел сильную встречу с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом, а затем сформировал делегацию, которая отправилась в Стамбул.

Показательно, что руководитель украинской делегации был на порядок выше по статусу, чем, глава делегации РФ, советник Путина Владимир Мединский. С нашей стороны — министр обороны Рустем Умеров. И это неслучайно: он не только профессионал, но и владеет русским, украинским, английским и турецким языками. Это значительно усиливает коммуникацию — особенно учитывая, что Турция — главный модератор процесса.

Главное, что Украина пошла на этот шаг, несмотря на то, что миссия РФ была без мандатов, низкого уровня. Мы показали максимальный конструктив, и это увидели наши западные партнеры, модераторы и будущие гаранты возможных договоренностей.

Как можно говорить о переговорах, если продолжаются обстрелы и боевые действия? На наших глазах Россия продолжает атаковать мирные украинские города. Где же здесь нацеленность на результат и конструктив?

Мне кажется, даже этот первый тур переговоров стал важным результатом: наши западные партнеры увидели, кто действительно хочет мира, а кто лишь делает вид. Без иллюзий и розовых очков. Россия хочет продолжать войну и при этом имитирует диалог, чтобы никто не мешал.

ИГОРЬ РЕЙТЕРОВИЧ: В отличие от России, Украина подошла к переговорам серьезно

— В переговорах все всегда зависит от того, как у делегации реальный мандат. Глава российской делегации Владимир Мединский объяснял журналистам, что у них якобы полный мандат и они готовы говорить о чем угодно, даже упомянул о возможных компромиссах. То есть, вроде бы, готовы искать пути выхода из ситуации, которая сложилась на фоне всех этих заявлений.

Но все прекрасно понимают: из тех, кого Путин отправил в Стамбул, даже Мединский не играет реальной роли. В делегации есть человек, который раньше руководил Главным управлением Генштаба РФ, все остальные — мелкие сошки. А сам Мединский — это вообще фрик, откровенно говоря. Его назначение — это попытка Путина нанести пощечину всем, кто заинтересован в этих переговорах. 

Даже среди российских историков отношение к Мединскому уничижительное. Хотя выражение “российский историк” само по себе звучит как оксюморон, но даже они его не уважают и совершенно обоснованно называют плагиатором и фальсификатором. 

От Украины приехал министр иностранных дел, министр обороны, который возглавляет нашу делегацию. Ему можно только посочувствовать — сидеть с этими российскими “куклами” и пытаться вести серьезные разговоры.

Украина подошла к переговорам серьезно. Люди, которые нас там представляют, — это субъекты, и президент прямо заявил: у них есть полномочия, они могут принимать решения на месте. А у россиян — ничего подобного. Те, кто приехал, — живые флажки. Путин что-то им надиктовал, они записали. Потом пересказали — им что-то ответили, они снова записали и говорят: “Ой, нам нужно согласовать это с Путиным”. 

У Путина есть иллюзия, будто летом, за счет последнего наступления, на которое они копили силы, удастся кардинально изменить ситуацию на фронте. И осенью с якобы “сильных” позиций выйти на реальные переговоры, когда деваться будет некуда. Но для нас это не новость. Президент Зеленский говорил об этом. Военные заявляют, что россияне уже начали наступление. Проблема в том, что у них ничего не выходит — они не продвигаются, но попытки будут продолжаться.

Читайте также: Стамбульские переговоры: Украина и союзники согласовали позиции перед диалогом с Россией