Донецкое направление остается одним из главных участков фронта, где российская армия продолжает концентрировать резервы и пытаться выйти на административные границы области. Однако, по оценкам военных экспертов, в последние недели Силы обороны Украины не только сдерживают давление, но и проводят результативные контратаки на нескольких направлениях.
Россия концентрирует последние усилия к осени, но Украина ломает ее сценарий
Спикер Украинской добровольческой армии Сергей Братчук в эфире телеканала FREEДOM отметил, что у российских войск возникли серьезные проблемы на Александровском и Гуляйпольском направлениях. По его словам, на Покровском направлении украинским подразделениям удалось провести не просто тактическую контратаку, а действия прорывного характера.
“Если говорить о Покровске, точную локацию не могу дать по понятным причинам, то здесь Силам обороны удалось совершить не просто контратакующие действия тактического характера, а можно назвать их прорывными. Потому что на некоторых локациях нашим силам удалось вклиниться на 3 км в глубину обороны российских оккупантов. И операция продолжается”, — отметил Братчук.
Кроме Покровского направления, украинские силы контратакуют в районах Константиновки, Лимана и Мирнограда. По словам Братчука, россияне пытаются атаковать Гришино и Родинское, а также стремятся ворваться в Константиновку, чтобы закрепиться в городе и создать плацдарм для дальнейшего продвижения по Донецкому фронту.
Важным фактором украинских успехов эксперты называют удары по российской логистике. Братчук подчеркнул, что Силы обороны регулярно поражают узлы снабжения и коммуникации оккупантов в глубине временно оккупированных территорий. Это снижает интенсивность российских атак и осложняет противнику переброску резервов.
Генерал армии Украины, бывший руководитель Службы внешней разведки Николай Маломуж также заявил в эфире FREEДOM, что Россия продолжает ставить задачу захвата Донецкой области, однако постоянно срывает собственные сроки. По его словам, с сентября 2025 года российское руководство уже неоднократно устанавливало даты захвата региона, но ни одна из них не была реализована.
Ключевой причиной этого Маломуж назвал системную работу Украины по уничтожению резервов противника еще до их ввода в бой. Украинские силы выявляют места сосредоточения российских подразделений, поражают предбоевые порядки, огневые средства и беспилотные системы. Такая тактика, по его словам, не позволяет противнику сформировать ударные группировки и развить наступление.
“Мы уничтожаем их еще на этапе подготовки наступления новых групп. Очень правильная модель действий: разведка, выявление резервов и предбоевых порядков врага, уничтожение их и огневых средств еще на дальних подступах. Плюс удары по беспилотным системам как на линии пуска, так и средствами противодействия. Это обесценивает удары по нашим войскам”, — рассказал Маломуж.
Военно-политический обозреватель Дмитрий Снегирев сообщил, что за последние две недели Силы обороны Украины провели ряд успешных контратак и, по его оценке, деоккупировали около 120 кв. км территории. Успехи фиксируются сразу на нескольких участках фронта.
В Донецкой области украинские войска имеют тактические успехи в районе Гришино, где продолжаются встречные бои, а также на Константиновском направлении. По оценке Снегирева, украинские защитники улучшили позиции в восточной и южной частях Константиновки и на флангах возле Часового Яра. Это осложняет российские планы по охвату украинской группировки и расширению зоны контроля.
В Луганской области, на Сватовском направлении, украинские силы, по данным обозревателя, деоккупировали Грековку и имеют успехи в направлении Надии.
Нынешние успехи ВСУ имеют не только локальное значение. Речь идет о сочетании нескольких факторов: контратак, ударов по логистике, уничтожения резервов противника, работы по беспилотным системам и удержания ключевых флангов. Это не позволяет российской армии превратить численное давление в оперативный прорыв и заставляет ее тратить резервы на закрытие брешей вместо развития наступления.
Как ВСУ ломают планы России — разбор экспертов
Главный успех ВСУ сейчас заключается не только в возвращении отдельных территорий, а в срыве российской наступательной логики. Россия пытается давить сразу на нескольких направлениях — Покровском, Константиновском, Запорожском, Лиманском и Сватовском, но украинские силы отвечают активной обороной и контрударами. Подробно об этом в эфире телеканала FREEДOM рассуждали:
- Михаил Подоляк, советник Офиса президента Украины;
- Андрей Сидельников, политик, лидер международного движения “Говорите громче!”;
- Алексей Буряченко, профессор КАИ, президент Международного института исследования безопасности.
МИХАИЛ ПОДОЛЯК: Хорошая сделка для России — это когда Украина сдается
— Выставлять требования Киеву невозможно, если речь идет об урегулировании ситуации. Война идет более полутора тысяч дней и, соответственно, у России нет аргументов. Безусловно, ее главный аргумент — это убийство гражданского населения, но у нее нет аргументов для того, чтобы закончить эту войну на своих условиях.
Надеюсь, что Трампу объяснили: исторически и репутационно будет выглядеть очень странно, если поддерживать безусловно проигрывающего агрессора, тем более такого ресурсного, как РФ, в противостоянии с Украиной, которая сегодня выглядит совершенно иначе, чем в начале и даже в середине войны с точки зрения влияния и на глобальные процессы, и на глобальную политику, и на региональную политику, и так далее.
И, соответственно, это будет выглядеть очень плохо для Соединенных Штатов — и исторически, и репутационно. Надеюсь, нашим американским партнерам уже понятно, что Украина в любом случае не будет после такой продолжительной кровавой войны, которая совершенно иначе расставила акценты на шахматной доске, соглашаться с какими-то странными, удивительно глупыми требованиями России.
Работа медиатора заключается в том, чтобы объяснить одной из сторон конфликта — в данном случае России, которая является иррациональной и невменяемой, что их требования невозможно даже принять во внимание. Вот тогда это медиатор, вот тогда это организация переговорного процесса.
Было бы неплохо, чтобы за столом переговоров сидели и другие страны, особенно та же Европа, которая, на мой взгляд, на сегодняшний момент глубоко понимает все риски, связанные с Россией, и совершенно иначе оценивает Россию.
Я за скобки вывожу пророссийские партии, которые есть в Европе. Но, тем не менее, консолидированная Европа в целом прекрасно понимает, насколько опасна Россия с точки зрения непредсказуемости своего эскалационного поведения. Единственной возможностью перестроить архитектуру безопасности и обороны является Украина.
Россияне уже “захватывали” Донбасс и год назад, и два года назад, и к весне, и к осени, и к параду 9 мая. Другой вопрос, что Путин хочет в это верить. Человек живет в каком-то другом мире. У него эти четыре года наслаждения, потому что он каждый день смотрит, как убивают гражданских, и при этом продолжает верить в то, что завтра они уже все захватят.
Но там есть другое важное замечание Financial Times. То, что мы с вами в эфире обсуждаем, и то, что, наверное, не до всех доходит в Европе, в Соединенных Штатах, да и в Украине немногим. Там же сказано прямо: захват Донецкой и Луганской областей, захват Донбасса — это не об окончании войны. Ну или чтобы Украина передала Донбасс России — это не об окончании войны.
Когда кто-то говорит “отдайте Донбасс, зачем он нам нужен, и война сразу закончится”, он должен дальше дослушать то, что говорят русские. Они говорят: мы с вами сядем за стол переговоров только тогда, когда вы отдадите нам Донбасс, а после этого мы выставим вам другие материальные, территориальные, гуманитарные и культурно-информационные претензии, которые вы будете обязаны выполнить, потому что вы уже сдались.
Когда ходят эти иллюзорные точки зрения, такие доминирующие даже у наших посредников, о том, что давайте с Донбассом разберемся и все, в принципе война придет к своему естественному завершению, — ничего подобного.
Россия очень четко артикулирует: она будет продолжать войну, пока ей не отдадут еще территорию Украины и пока Украина не откажется от своей субъектности.
А главное для России — пока Украина не откажется от своей дроновой, антидроновой, ракетной программы и программы производства РЭБ. Пока Украина не будет гарантировать, что она не будет иметь носителей, способных поражать цели на территории России на расстоянии 2000 с лишним километров.
Вот это все будет выставлено в реальном переговорном процессе, если думать о том, что Россия готова, как говорит Трамп, к хорошей сделке. Хорошая сделка для России — это когда Украина сдается. Хорошая сделка для мира, включая Соединенные Штаты, хотя сами США до конца этого не понимают, — это принуждение России к окончанию этой войны. Жесткое, показательное, абсолютно фактически оправданное, исторически объективное принуждение.
Путин будет договариваться только через призму личного дикого страха. Это говорит об истерических настроениях и в окружении Путина. Эти заявления, эти действия, эта истерика вокруг парада, эти опять же массированные дроново-ракетные удары и так далее — все это говорит о внутреннем напряжении, об истерике, в которой они находятся.
Человеку свойственно жить в иллюзии. И многие продолжают оставаться в иллюзии. Есть третья составляющая, очень важная. Этот животный страх, который понемногу просачивается в коридоры Кремля, он на лице у Путина периодически написан, реализуется в то, что ближайшее окружение начинает задавать вопросы. И это дополнительно тянет на дно эту систему — систему страха и репрессий.
АНДРЕЙ СИДЕЛЬНИКОВ: Плохие новости Путину не приносят
— Путин, да и, собственно говоря, все его окружение, а уже потом и дальше вниз по вертикали, живут в Зазеркалье. Перед Новым годом, когда путинские военные клялись и божились взять Донецкую область. Ну, слушайте, это уже 12-й год. Они все-так ее и берут. Полномасштабное вторжение уже 5-й год идет, а они все никак не могут взять.
Сегодня российской армии не хватает много чего, в первую очередь живой силы. “Мясные штурмы” погубили огромное количество — сотни тысяч российских солдат. И, по большому счету, без всеобщей мобилизации восполнить эти потери “мясных штурмов” невозможно.
Соответственно, военные могут обещать, рассказывать Путину какие-то сказки, наверняка предоставляют карты, говорят, что они наступают и вот-вот все это завершится. Даже следующий срок поставили — к осени захватить Донецкую область. Но военными силами они сделать это не могут.
Мы помним, как российские представители в делегации просто умоляли представителей США повлиять на Украину, повлиять на президента Владимира Зеленского, чтобы Донецкую область просто отдали без боя и без всего. Просто отдали — в связи с тем, что уже 12 лет они взять ее не могут, а очень хочется.
Помнит ли Путин о других сроках и о каких-то других вещах, или информационное поле забивается какими-то другими проблемами, я не в курсе. Военное руководство как-то изворачивается и придумывает какие-то отмазки, видимо, перед Путиным, в связи с тем, что не выполняются никакие сроки, которые они на себя берут в первую очередь и которые, соответственно, требует от них Путин.
Реальную информацию кремлевский диктатор не может получить, а основывается в своих действиях и своих оценках на той информации, которую ему подают. Плохие новости ему не приносят. Это чревато разными вещами, вплоть до очень негативного конца.
Так что окружение уже выучило, каким образом можно вроде как и дать информацию, и вроде как она правдивая. Перепроверять же он не будет. Соответственно, вот это Зазеркалье разрасталось уже долгие годы. И сегодня это происходит таким образом, что Путин действительно не владеет ситуацией.
На всех пресс-конференциях Путину постоянно подсказывают в наушник цифры, которые обычный человек просто не может запомнить. Соответственно, вся информация ему подается через бумаги. Он, как говорящая кукла, озвучивает заготовленные ответы на заготовленные вопросы. Ничего нового в этом нет.
АЛЕКСЕЙ БУРЯЧЕНКО: Россия будет концентрировать последние усилия, чтобы добиться хотя бы чего-то к осени
— Совместные проекты по масштабированию военно-промышленного комплекса и доведению до качественных результатов проектов украинской оборонки пугают Путина. В том числе его пугают успехи украинских силовиков.
Чем эффективнее работают наши Силы обороны в целом, тем слабее позиция Российской Федерации. В Кремле осознают: если война будет затягиваться, то в какой-то момент у них просто не будет уже какого-то даже минимального превосходства, которое они сейчас на каких-то участках фронта получают за счет численного преимущества и большего количества техники.
Но если Украина завтра выходит на другой технологический уровень, если мы сможем использовать такие системы, которым РФ не сможет качественно противодействовать, тогда вся эта так называемая “спецоперация” Путина вообще заходит в глухой тупик.
Россия и Путин, безусловно, гонят сейчас военных, чтобы достичь хотя бы планов-минимум. Изначально, когда Путин формулировал эти цели, он говорил о захвате Донецкой и Луганской областей. Прошло уже сколько лет, а даже намека на то, что эти политические цели могут потенциально реализоваться, нет. И в перспективе ближайших лет, при активной поддержке со стороны США и Европы, эти планы просто утопические.
Командиры, гауляйтеры на временно оккупированных территориях, которые отвечают, опять же, за фронт, просто нагло врут Путину, обещая ему какие-то военные успехи. Это же было уже не раз. Россияне “захватывают” населенные пункты по 8-10 раз. И даже очень часто аресты по этому поводу происходят в самой РФ.
Это ясное свидетельство того, что Москве, безусловно, нужны политические результаты. На местах осознают, что этих результатов достичь сегодняшними усилиями просто невозможно. Но чем ближе США к выборам, тем сложнее будут идти переговорные процессы. Иранский фактор также имеет значение.
В Европе сейчас также происходит серьезная внутренняя трансформация. Поэтому многое происходит здесь и сейчас, и этот процесс чрезвычайно динамичный.
К огромному сожалению, у РФ силы на данный момент еще есть. И сейчас они действительно будут концентрировать все свои последние усилия, чтобы активизировать продвижение на фронте и достичь хотя бы чего-то ощутимого к осени.
Читайте также: Планы РФ по созданию “буферной зоны” в Харьковской области сорваны — анализ Снегирева














