Путин строит военную империю, но система трещит под грузом кризиса — разбор (ВИДЕО)

Путин прекратит агрессию против Украины лишь тогда, когда осознает собственное поражение. Так считает глава польского МИД Радослав Сикорский. Он подчеркнул необходимость усиления давления на Россию и наращивания военной поддержки Киева. В то же время Кремль продолжает милитаризировать экономику и, как прогнозирует Bloomberg, этот курс сохранится даже после окончания войны против Украины, рассказывает FREEДOM.

Путин не намерен сокращать расходы на военное производство в ближайшие годы, а экономическую милитаризацию вряд ли остановит даже завершение боевых действий против Украины. С каждым годом аналитики все больше убеждаются: Кремль делает ставку на так называемую военную экономику. Однако стоит отметить, что тотальная вовлеченность лишь в военную сферу все больше усложняет социальную жизнь россиян. Ведь пока в развитых странах мира переход на четырехдневную рабочую неделю становится символом социального прогресса, в России он превращается в прикрытие экономической деградации.

Россия загнала себя в тупик. Даже если завтра война против Украины прекратится, экономика федерации уже плотно застряла в режиме военного времени. За годы войны Кремль влил триллионы в оборонку, превратив заводы в цеха по производству пушек, танков и дронов. Рабочие места вроде бы есть, но ценой полной милитаризации экономики. Теперь любое отступление для Путина — это риск обрушить всю систему, которая держится на заказах для фронта.

Агентство Bloomberg подсчитало, что до вторжения в Украину российские заводы планировали выпускать 400 бронемашин в год. Сегодня производится в десять раз больше. Путин уже даже не скрывает: война для него — не временная кампания, а долгоиграющий проект. Правда, перспективы его туманны, но это Путина не волнует. Историки сравнивают нынешнюю РФ с Советским Союзом 1941 года, который тоже перешел на военные рельсы, а потом десятилетиями торговал оружием. Впрочем, разница в том, что тогда система могла кормить себя идеологией и контролем. Сегодня же у Москвы есть лишь слабая экономика, санкции, нестабильные банки и Путин, который строит будущее на руинах настоящего.

“Москва могла бы превратить то, что сейчас обременяет бюджет, в надежный источник дохода, продавая оружие таким союзникам как Китай. Но по мере того, как вооружение накапливается на восточных границах НАТО, дестабилизируя отношения с Европой, оно рискует стать обузой для экономики, которая и без того страдает от санкций, нестабильности банковской системы и замедления роста”, — пишет Bloomberg.

Для реализации военного бизнес-плана Путина Кремль не перестает лезть в карманы россиян. Правительство РФ уже утвердило бюджет на 2026-2028 годы: только на войну в следующем году заложено свыше 12,5 триллиона рублей. Как отмечает агентство Reuters, это больше, чем Россия тратит на медицину, образование и инфраструктуру вместе взятые. Но даже таких сумм Кремлю мало. Минфин уже придумал, где взять “лишние деньги”: с 2026 года НДС хотят поднять до 22%. То есть финансировать “великую победу” будут не олигархи, не “газовые короли”, а обычные россияне, которые и так живут на зарплаты, съеденные инфляцией.

В то же время резервы Москвы тают на глазах. По данным Центробанка, объем живых денег в Фонде национального благосостояния уже сократился вдвое. Средствами из него затыкают дыру в бюджете, но эксперты предупреждают: если нефть просядет, в 2025 году в ФНБ просто не останется денег.

“Владимир Путин по-прежнему твердо уверен в том, что российская экономика развивается в правильном направлении. Он отвергает опасения по поводу стагнации или даже рецессии, о которых уже публично заявляли ведущие чиновники. Однако ухудшение экономической ситуации трудно отрицать. Экономическое производство снижается уже два квартала подряд, что технически можно считать рецессией. Практически все секторы находятся в убытке. Компании, связанные с оборонной промышленностью, испытывают наименьшие проблемы. Тем не менее, обновленный прогноз предполагает рост в 1% против 2,5% ранее”, — пишет издание Neue Zürcher Zeitung.

Все эти сокращения, сложные слова и проценты могут звучать непонятно для россиян. Но и для них есть простые обывательские примеры из настоящего. Сейчас в западных странах начали вводить четырехдневную рабочую неделю. Эту практику опробовали в Великобритании, Исландии, Японии, Польше — там эксперименты показали, что чем меньше работы, тем выше производительность и показатель удовлетворенности сотрудников. В России тоже прибегли к подобной практике. Казалось бы, вот он — прогресс и социальный рост. Но на деле российская четырехдневка — не о заботе о людях, а о выживании экономики. Металлургические комбинаты, цементные заводы, железная дорога массово переводят сотрудников на сокращенную неделю, потому что спрос падает, рынок труда трещит, а производство простаивает.

“В России сокращение рабочей недели стало формой скрытой безработицы. “АвтоВАЗ”, “КамАЗ”, металлургические комбинаты, цементные заводы и железная дорога переводят людей на четырехдневки, пытаясь замаскировать падение производства и избежать массовых увольнений. По официальной версии, это делается “для сохранения рабочих мест”, но фактически работники теряют доходы, премии и социальные гарантии… Массовые увольнения в статистике стали бы откровенным признанием экономической катастрофы, поэтому власть давит на предприятия и вынуждает их оставлять людей в штате, фактически же отправляя в вынужденные “короткие недели” или неоплачиваемые отпуска”, — сообщили в Службе внешней разведки Украины.

Хотя российская экономика уже захлебывается от проблем, Кремль все еще финансирует войну за счет продажи энергоресурсов. Президент Украины Владимир Зеленский заявил, что Москва никогда не признается в реальном кризисе. Однако сценарий для Путина очевиден: как только нефтегазовые доходы начнут падать и Кремль урежет социальные выплаты, россияне могут быстро опомниться. Именно этого в Москве и боятся больше всего.

“Россия экспортирует энергетику и получает деньги, которые тратит исключительно на войну. Почему только на войну? Потому что мы не видим роста социальной поддержки в России. Значит, все эти средства уходят на войну. Если возникнет дефицит этих средств на войну, то будет уменьшена социальная поддержка в России. Если будет уменьшена социальная поддержка в России, люди будут недовольны. Соответственно, будет недовольно и руководство России, потому что голодных бунтов Россия всегда боялась, из-за них она всегда менялась. Не хочу говорить, в какую сторону, но руководство точно приходило другое. Поэтому, безусловно, они этого боятся”, — заявил президент Украины Владимир Зеленский.

В Эстонии считают, что российская экономика уже близка к своему пределу и скоро может перестать справляться с военными расходами. Об этом заявил руководитель отдела боеготовности Минобороны страны Герт Каю. Признаков того, что Россия готовится завершить войну, нет, но Кремлю все сложнее скрывать: общественная поддержка постепенно ослабевает, а фронтовые расходы растут. На ситуацию дополнительно начала оказывать давление Украина своими результативными ударами по российским НПЗ.

“Тактика Украины улучшилась, а сами беспилотники стали технически более совершенными: увеличено количество взрывчатки, повышена скорость и снижена заметность. В сумме это дает результат”, — отметил глава департамента оборонной готовности Министерства обороны Эстонии Герт Каю.

Планомерные удары украинских дронов по нефтеперерабатывающим заводам вынудили Москву наконец признать проблемы. Россия продлила запрет на экспорт бензина до конца года и ввела новые ограничения на экспорт дизельного топлива, сообщил зампред российского правительства Александр Новак. Фактически Кремль блокирует вывоз топлива, чтобы хоть как-то удержать внутренний рынок. Экспорт бензина для производителей запретили еще летом, теперь продлили. Для не производителей ограничили и дизель. Исключения сделают только для межправительственных соглашений, иначе рискуют оставить собственные заправки пустыми.

“С августа 16 из 38 российских нефтеперерабатывающих заводов были поражены, некоторые — по несколько раз. Среди них — предприятия в Самаре, Краснодаре, Волгограде, Новокуйбышевске, Рязани и других городах, а также нефтебазы в Сочи, нефтяной терминал в Приморске на Балтийском побережье и насосные станции вдоль другого нефтепровода, поставляющего сырую нефть в Усть-Луге в северной части Балтийского моря… Результат: общий экспорт российской нефти сейчас находится на самой низкой отметке с начала войны, а у россиян заканчивается сырье для собственного пользования”, — пишет издание The Atlantic.

Путин хотел создать “вечную военную машину” — экономику на рельсах войны, заводы, штампующие танки и дроны, и армию, которой можно пугать Европу и НАТО. Но реальность оказалась другой. Чем больше Кремль закручивает гайки, тем сильнее скрипит система: бюджеты трещат, резервы тают, налоги растут, предприятия закрываются, а людей вместо будущего ожидают лишь нищета и “четырехдневка без зарплаты”. Режим держится на страхе и подачках. Но народ не любит страдать бесконечно. И чем дольше Путин играет в “империю на костылях”, тем ближе момент, когда именно обнищание и усталость россиян начнут раскачивать власть.

Читайте также: Россия частично адаптировалась к санкциям, но компенсировать потери полностью не сможет, — Саркиц