Сегодня в 20:11
В июне 2026 года Силы обороны Украины провели масштабную кампанию дальнобойных ударов по нефтеперерабатывающей инфраструктуре России. По итогам месяца Министерство обороны Украины сообщило об уничтожении 11 нефтеперерабатывающих заводов, семи объектов топливной логистики и восьми предприятий ВПК РФ. Максимальная дистанция ударов превысила 2 тыс. км — от Крыма и Краснодарского края до Западной Сибири.
В РФ существенно упало производство бензина и фиксируется серьезный дефицит топлива в большинстве регионов. Производство нефти упало до годового минимума.
Кампания Сил обороны против российских НПЗ
1-2 июня. Силы обороны поразили НПЗ “Ильский” в Краснодарском крае, мощность которого составляет 6,6 млн тонн нефти в год, а также Саратовский НПЗ “Роснефти” в Поволжье.
12 июня в День России дальнобойные украинские удары накрыли сразу несколько целей: два НПЗ в Нижнекамске (Татарстан), а также Куйбышевский НПЗ в Самарской области, который остановил работу. Там подтверждено поражение установок первичной перегонки нефти АВТ-4 и АВТ-5.
16 июня произошел первый удар по Московскому НПЗ в Капотне: поражена установка первичной переработки нефти ЕЛОУ АВТ-6. Генштаб ВСУ уточнил, что завод обеспечивает свыше 38% потребностей столичного региона в топливе, в том числе поставляет авиакеросин в аэропорты Домодедово, Внуково, Шереметьево и Жуковский.
“Наше дальнобойное оружие планомерно уничтожает топливно-энергетический комплекс и военную логистику врага — главный “двигатель” российской вооруженной агрессии”, — заявили в Генеральном штабе ВСУ.
18 июня произошел повторный удар по Московскому НПЗ — один из крупнейших. Были зафиксированы пожары минимум в пяти точках завода, включая комбинированную установку переработки нефти и резервуарный парк.
“Это полностью оправданный ответ на российские удары по нашим городам. Пришло время, чтобы война закончилась, и Россия должна сделать необходимые шаги в дипломатии”, — заявил президент Украины Владимир Зеленский.
“Один из самых популярных вопросов москвичей этим утром: “Что происходит?”. Могу ответить. Ваша страна начала агрессивную войну против нашей. Годами она убивает наших людей. Теперь, когда вы знаете, что происходит, — спросите Путина, когда он планирует ее закончить”, — заявил глава украинского МИД Андрей Сибига.
28 июня, в День Конституции Украины поражены НПЗ “Славянск” в Краснодарском крае, мощностью около 100 тыс. баррелей в сутки. Этот НПЗ также является ключевым поставщиком для оккупированного Крыма. Также под удар попал НПЗ в Ярославской области. Местный губернатор подтвердил перекрытие трасс на Москву и временное закрытие аэропорта.
Уже 1 июля президент Украины Владимир Зеленский подтвердил повторный удар по НПЗ в Уфе (Башкортостан).
“Это вполне справедливо в ответ на все, что Россия делает против нас. Мир необходим, и именно это должно осознать российское руководство. Россия должна закончить свою войну”, — в очередной раз подчеркнул Зеленский.
По данным Bloomberg, не менее двух третей регионов России уже ввели талонную систему или зафиксировали перебои с поставками топлива. В оккупированном Крыму бензин АИ-95 отпускают по карточкам. В Иркутской области Сибири местные власти ограничили продажу до 50 литров в сутки на заправках “Роснефть”. В Курской, Белгородской и Псковской областях введен лимит в 20 литров на автомобиль.
В Пензе и Пензенской области наступил топливный коллапс. Жители стоят в очередях на заправках даже ночью, часть автозаправочных станций закрыта.
Также Bloomberg сообщает, что производство бензина в России упало на 15% по сравнению с июнем 2025 года и на 9% по сравнению с маем 2026-го. За неделю с 16 по 22 июня цены на бензин выросли на 3% — наибольший недельный прирост как минимум за 20 лет. Общая годовая инфляция увеличилась с 5,3 до 5,8% в июне. Добыча нефти сократилась до 9 млн баррелей в сутки — годового минимума для России.
Четвертый по величине нефтеперерабатывающий завод (НПЗ) России — НОРСИ (“Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез”) в Кстово Нижегородской области — приостановил работу после атаки украинских беспилотников. Об этом пишет агентство Reuters. По данным собеседников агентства, в результате удара был поврежден один из ключевых объектов предприятия — установка первичной переработки нефти CDU-5 мощностью 12 тыс. тонн в сутки. Это около четверти производственных мощностей завода.
Остановка НОРСИ может усугубить дефицит топлива в России. При этом на предприятии рассчитывают в ближайшее время частично возобновить работу за счет других производственных установок.
Минимум полгода не сможет работать Московский нефтеперерабатывающий завод, так как получил сильные повреждения из-за ударов украинских дронов и нуждается в продолжительном ремонте.
Аналитики Carnegie Endowment отметили стратегическую уязвимость Московского НПЗ.
“Эти удары обозначили новый этап кампании: ни одна система ПВО даже вокруг Москвы не может остановить дроны. Если окажется, что некоторые НПЗ находятся на грани остановки, вопрос состоит в том, как власти организуют распределение дефицитного ресурса”, — считают аналитики.
Генштаб ВСУ сообщает, что топливный дефицит напрямую связан с боеспособностью армии РФ.
“Каждый пораженный российский НПЗ и каждая опустевшая нефтебаза мгновенно конвертируются в локальный топливный голод для российской бронетехники, авиации и автотранспорта непосредственно на линии боевых действий. Экономический паралич ТЭК автоматически сокращает количество закупаемых врагом ракет, снарядов и лишает Кремль миллиардов долларов, которые планировались на финансирование войны”, — заявили в Генштабе.
28 июня Путин провел экстренное совещание с правительством по вопросам поставок топлива и впервые публично признал проблему.
“Мы столкнулись с определенным дефицитом. Все поврежденные объекты восстанавливаются достаточно быстро, а возникающие проблемы не являются критическими”, — заявил Путин.
Вместе с тем он попытался преуменьшить значение ударов, охарактеризовав их как провокацию.
Всего с 2022 года по июнь 2026-го зафиксировано 121 удар по 99 объектам нефтяной инфраструктуры РФ, из которых 25 из 37 НПЗ поражены как минимум один раз.
Последствия ударов по российским НПЗ в оценке экспертов
Какие последствия украинских ударов по НПЗ для Кремля? Как Путин будет решать дефицит с топливом? Как этот кризис влияет на возможности России продолжать войну против Украины? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Игорь Чаленко, председатель Центра анализа и стратегий;
- Ярослав Телешун, кандидат политических наук;
- Виталий Шапран, член Украинского общества финансовых аналитиков;
- Дмитрий Низовцев, российский журналист.
ИГОРЬ ЧАЛЕНКО: Общественное напряжение в РФ растет
— Учитывая то, что и российское общество, и российские политики в Госдуме, и даже диктатор Путин не могут обойти стороной последствия успешных атак Сил обороны Украины и их влияние, то, конечно, сам процесс идет в правильном направлении.
Было абсолютно ожидаемо, что Путин займет позицию, при которой будет пытаться сплотить вокруг себя население. Тренды показывают, что рейтинг доверия Путину и рейтинги самой “Единой России” продолжают снижаться. Об этом говорит как официальная публичная социология, так и информация, которую получает Служба внешней разведки Украины. Речь идет, в том числе, о закрытой аналитике, которая готовится непосредственно для Кремля и не предназначена для публичного доступа.
Поэтому в данном случае понятно, что мы находимся только в начале тех объявленных 40 дней, о которых говорилось на совещании президента Зеленского. Соответственно, впереди нас действительно ожидает крайне жаркий период.
Мы понимаем, что это касается не только временно оккупированных территорий Украины, но и непосредственно объектов на территории РФ. Недавно мы вновь видели волну атак дронов на российскую столицу. Также активно поступает информация о новых повреждениях объектов нефтепереработки, различных НПЗ.
Повреждают и уничтожают не только резервуары, но и непосредственно установки и механизмы переработки нефти — именно то оборудование, которое чрезвычайно сложно восстановить. На это уходят месяцы, а иногда и годы.
Даже по Московскому НПЗ самые оптимистичные прогнозы по восстановлению выходят далеко за пределы 2026 года. Аналогичная ситуация наблюдается и на многих других объектах.
Если все это переложить на социально-политическое состояние общества, то видно, что уровень общественного напряжения действительно растет. Мы также видим ожидания, что Путин каким-то образом повлияет на эту ситуацию. Но повлиять он может только одним способом — остановить войну, прекратить убийства и начать реальные переговоры.
ЯРОСЛАВ ТЕЛЕШУН: Нужно одновременно давить на РФ со всех сторон
— Это не что иное, как инструмент не только принуждения Москвы к возможным переговорам, но прежде всего инструмент обеспечения безопасности граждан Украины. Поэтому данный шаг абсолютно правильный и абсолютно логичный.
То, что Украина расширяет географию своих ударов, вновь демонстрирует ее возможности, а также показывает ресурсные и иные ограничения, существующие у России. И в данном случае это играет свою роль не только в контексте военных успехов или возможности изменить ситуацию на поле боя, но и позволяет изменить те установки, которые сегодня доминируют в публичной плоскости у наших партнеров, оппонентов и нейтральных сторон.
Украина демонстрирует, что инициатива может находиться именно на ее стороне. Одновременно ставится под сомнение российский нарратив о том, что в войне на истощение у Украины нет никаких шансов. А это, в свою очередь, может поставить под сомнение всю внешнеполитическую риторику Москвы, которая пытается убедить своих партнеров, оппонентов и нейтральные страны в том, что именно такой сценарий является единственно возможным. Сейчас эти удары показывают, что это далеко не так.
Сейчас мы усиливаем военное давление, однако оно обязательно должно сопровождаться усилением, причем в геометрической прогрессии,политического и экономического давления. Почему? Потому что рассчитывать, как, возможно, рассчитывают некоторые наши партнеры, что Украина сможет переломить ситуацию исключительно военным путем, было бы слишком оптимистичным взглядом на развитие событий.
У России по-прежнему достаточно ресурсов и возможностей. Поэтому рассчитывать на то, что исключительно благодаря нашим ударам удастся полностью изменить ситуацию, достаточно сложно.
Перед Украиной сейчас стоит важная задача — не просто наносить системные удары, а увеличивать их интенсивность в геометрической прогрессии. Не плавно и постепенно наращивать давление, а создавать скачки. Именно такие резкие изменения гораздо сильнее воздействуют на людей эмоционально, потому что они привыкают к одному уровню угрозы, а затем внезапно сталкиваются с совершенно другим.
Именно сейчас, когда на Россию оказывается эмоциональное, физическое и ресурсное давление, необходимо синхронно усиливать его экономическими и политическими мерами. Такие возможности существуют. Все эти процессы должны идти одновременно, параллельно, усиливая друг друга и создавая эффект синергии.
Только в таком случае можно сформировать значительно более серьезное давление, которое ощущалось бы всеми гражданами РФ здесь и сейчас, а не воспринималось как нечто отложенное на будущее. Именно тогда это может привести к серьезным процессам внутренней дестабилизации в России.
ВИТАЛИЙ ШАПРАН: России негде восполнить дефицит бензина
— Цена на бензин будет катастрофическая. Мы знаем, что в том же Крыму сейчас она достигает 700 рублей за литр и даже выше. Есть и спекулятивные цены.
Я бы не торопился с чрезмерно оптимистичными оценками готовности других стран поставлять топливо в РФ. Например, в Казахстане с мая официально действует запрет на импорт топлива. У них есть собственные внутренние проблемы, связанные с серьезными дисбалансами на топливном рынке.
Даже после заявления Reuters правительство Казахстана официально опровергло информацию о том, что получало какие-либо официальные запросы от России на импорт таких объемов топлива. По сути, речь шла о неких подковерных прощупываниях, не более того.
Казахстан, по сути, можно исключить из крупных поставщиков. Если там и возможны какие-то поставки, то это лишь небольшие частные объемы, в основном в приграничных районах.
Кроме того, в последние две недели наметилось определенное охлаждение отношений с Казахстаном. Он не стал наращивать транзит российской нефти в Китай, сославшись на техническую неготовность. Для России это также удар по экспортным возможностям, поскольку морской экспорт остается болезненным и требует постоянной защиты.
Что касается Индии, то такой вариант теоретически возможен. Часть индийских заводов ранее принадлежала “Роснефти”, и формально или неформально там создавались совместные предприятия. Поэтому схема, при которой нефть поставляется в Индию, а обратно возвращаются нефтепродукты (бензин или дизельное топливо), в принципе возможна и даже вероятна.
Однако для этого требуется значительное время. Танкер не может за один день выйти из России, разгрузиться и вернуться — это процесс на месяц и более, прежде чем рынок вообще почувствует эффект. Логистика там сложная, а фрахт — дорогой.
В конце июня цены на российскую нефть в портах упали до 50 долларов за баррель и ниже. Для них это катастрофа. Напомню, что бюджет РФ рассчитывался исходя из уровня около 59 доллар за баррель. При этом стоимость фрахта выросла. То есть формально цены вернулись к довоенному уровню, но из-за роста стоимости перевозки доходы фактически снизились.
В сложившихся условиях организовать сложную схему “экспорт нефти — импорт топлива” крайне трудно.
Даже если удастся наладить импорт, остаются вопросы хранения и распределения. Топливо нужно где-то хранить: нельзя просто разгрузить танкер и сразу разлить бензин по бензовозам. Для этого нужны терминалы, которые затем распределяют топливо по сети АЗС. Это сложная, дорогая и многоуровневая логистическая система. Если инфраструктура хранения повреждена, например, в том же Новороссийске, то возможности резко ограничиваются.
Кроме того, сейчас они получают небольшие объемы из Беларуси, с Мозырского НПЗ.
В ближайшей перспективе я не думаю, что России удастся восстановить баланс на рынке топлива. Тем более украинские удары по объектам хранения достаточно эффективны. Даже если источники импорта будут найдены, топливо нужно где-то хранить. А если терминалы разрушены, возникает вопрос: что дальше?
ДМИТРИЙ НИЗОВЦЕВ: В РФ существенно пошатнулась стабильность
— 30 лет назад Путин, как известно, понимал, что такое бензин. А около 35 лет назад он якобы был таксистом, о чем он сам пару раз говорил.
Забавно, что когда Путин недавно выступал с программными заявлениями о ситуации на фронте, он несколько раз называл километраж: до такого-то города осталось столько-то километров, до другого — столько-то. В интернете это вызвало волну шуток: мол, это уже не политическая речь, а навигатор или монолог таксиста.
Путин не понимает многие современные вещи, но вот бензин — это для него понятная категория. И именно поэтому он экстренно привлек карманного кремлевского журналиста Павла Зарубина, посадил его напротив себя, чтобы объясниться перед россиянами. Потому что понимает: тема сложная и требует публичного объяснения.
У Путина есть особая манера: он любит оперировать огромными цифрами, бросать их в публичное пространство, чтобы они производили впечатление. А затем появляются либеральные СМИ, которые это проверяют, и выясняется, что где-то не сходится: то цифры прошлогодние, то нули потерялись, то источник сомнительный.
Уже обращали внимание, что даже при самых оптимистичных расчетах заявленных резервов топлива хватит всего на пару недель. А дальше возникает вопрос — что делать дальше?
Путин, скорее всего, будет пытаться торговаться до последнего с какими-то странами — возможно, с Индией или другими партнерами. Будет обмен: ресурсы на топливо, любые схемы, лишь бы закрыть дефицит. Но проблема в том, что это все крайне дорого и временно. Но это решение не системное и не долговременное. И непонятно, как они будут действовать дальше.
Путин, который долго говорил о стабильности как о своем главном достижении, сейчас сталкивается с ситуацией, где стабильностью даже не пахнет.
Если посмотреть на опросы, которые еще публикуются, люди чаще всего говорят об одном — им не хватает уверенности в завтрашнем дне. И в текущей ситуации с топливом это ощущение только усиливается.
Украина, со своей стороны, не собирается снижать интенсивность ударов по НПЗ. Об этом говорят и военные аналитики, и эксперты нефтяного рынка.
Путин, как кажется, действительно реагирует эмоционально. Он не демонстрирует панику, но заметно суетится. И дальше, вероятно, будет пытаться одновременно показывать контроль и при этом предпринимать быстрые, иногда противоречивые шаги. Вероятно, он будет искать способы либо ограничить подобные удары, либо компенсировать их — политически, экономически или кулуарно.
В целом возникает ощущение, что Силы обороны Украины бьют по символическим точкам системы Кремля, и это вызывает реакцию.
Читайте также: Путин снова выдает пропаганду за реальность: эксперты раскрыли ложь российского диктатора
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
