Сегодня в 11:28
Чтобы не допустить дефицита топлива в Московском регионе, российские власти перенаправляют туда поставки горючего из Сибири, а также увеличивают импорт из Беларуси. При этом, другие регионы ощущают заметную нехватку бензина. Люди умирают в очередях за топливо, а Кремль отрицает наличие кризиса с бензином и делает вид, что все нормализуется.
Битва за бензин в РФ
Власти России запустили кампанию по приоритетному снабжению Москвы топливом. Бензин из удаленных регионов вывозят в столицу, в то время как за пределами Москвы вводят все новые ограничения на АЗС — от QR-кодов до продаж по четным и нечетным дням.
По оценкам одного из трейдеров, дополнительные поставки горючего в столицу РФ из других регионов составляют несколько сотен тысяч метрических тонн. Так, Московская область потребляет около 6 млн тонн бензина в год.
“Для компенсации потерь объемов бензина с поврежденных нефтеперерабатывающих заводов, поставки автомобильного бензина, произведенного на Урале и в Сибири, а также импортные поставки из Беларуси были перенаправлены в Московскую область, сообщили трейдеры”, — говорится в публикации Reuters.
Столица остается городом с самым доступным горючим. 85% заправок в Москве за последние сутки не испытывали проблем с топливом, в то время, как в среднем по стране нет бензина на каждой третьей АЗС. В отдельных регионах не работает около половины заправочных станций.
Более того, россияне начали умирать в очередях за бензином. За последние несколько дней как минимум два человека умерли прямо у заправок, ожидая топливо. В Пермском крае скончался 80-летний мужчина, в Карелии — 75-летний автолюбитель. По данным агентства Reuters, Россия потеряла уже около 40% мощностей своих НПЗ. В июле объем переработки нефти упал до исторического минимума с 2005 года.
А в одном из регионов России начали проверять гаражи и частные домовладения на наличие запасов бензина. На фоне продолжающегося дефицита топлива владельцев этих запасов штрафуют. Об этом пишет The Moscow Times.
Как пишет издание, такие случаи зафиксированы в Псковской области, силовики проводят рейды.
Местные власти отчитались — в ходе проверок были обнаружены значительные объемы топлива, которые жители хранили в гаражах. А подобное хранение якобы нарушает требования противопожарного режима. В отношении всех выявленных нарушителей составили административные протоколы, предусмотрены штрафы в размере от 5 до 15 тыс. рублей.
Россия пытается убедить собственное население, что топливный кризис якобы отступает, однако реальная ситуация свидетельствует об обратном.
“Россия снова пытается убедить собственное население, что топливный кризис отступает. Подконтрольные Кремлю медиа наперегонки публикуют материалы о якобы росте поставок нефтепродуктов, частичной отмене ограничений на АЗС и улучшении ситуации в 15 регионах, включая Москву и Санкт-Петербург. Логика привычная: столицам — прежде всего, а остальным придется подождать”, — отметили в Службе внешней разведки Украины.
В то же время в разведке подчеркнули, что локальное улучшение в отдельных регионах связано не с восстановлением производства топлива, а лишь с административным перераспределением имеющихся запасов между территориями и категориями потребителей.
По информации Службы внешней разведки Украины, наиболее сложная ситуация сохраняется в Тамбовской, Астраханской, Кировской, Пензенской, Воронежской, Ростовской, Волгоградской, Оренбургской и Ярославской областях, Пермском крае, Чувашской Республике, республиках Мордовия и Удмуртия, а также на временно оккупированной территории Крыма. Для этих регионов никаких признаков стабилизации пока нет.
В СВР также привели данные, свидетельствующие о стремительном росте цен на топливо. Так, с 1 по 10 июля средняя цена бензина АИ-92 на АЗС России выросла до 64,5 рубля за литр, что на 20% больше, чем год назад. АИ-95 подорожал до 77,5 рубля (+24%), а АИ-98 — до 119,5 рубля за литр, прибавив сразу 32% в годовом выражении.
“Это — признаки рынка, который разрушается”, — подчеркнули в Службе внешней разведки Украины.
В июле производство бензина в России сократилось примерно до 71,5 тыс. тонн в сутки, тогда как средний летний спрос составляет около 110 тыс. тонн. Таким образом внутреннее производство покрывает лишь около 65% потребностей, а расчетный дефицит достигает 38,5 тыс. тонн в сутки, или около 35% всего внутреннего потребления.
“Все указывает на то, что Кремль готовится не к преодолению кризиса, а к его длительному существованию. Главная цель режима — не восстановление полноценного предложения на рынке, а недопущение остановок в стратегически важных отраслях. Заявления о нормализации ситуации выполняют исключительно информационную функцию: они прикрывают переход к выборочному распределению ресурсов, когда одни получают топливо, а другие остаются ни с чем”, — отметили в Службе внешней разведки Украины.
В СВР добавили, что разрыв между официальной риторикой российских властей и реальным положением дел будет только расти, а вместе с ним будет усиливаться и недоверие населения к способности Кремля обеспечить даже базовую стабильность в собственной стране.
За последние 100 дней украинские Вооруженные силы около 50 раз атаковали нефтеперерабатывающие объекты России, поразив по крайней мере 24 из 34 крупных НПЗ. Вопреки обещаниям властей прикрыть их системами ПВО, сделать это в ближайшее время вряд ли получится: средств недостаточно, заводы разбросаны на большой территории, и даже самую высокоэшелонированную систему защиты пробивают украинские дроны, как в случае с московским НПЗ.
“Сейчас россияне оказалились в той же ситуации, в которой они держали нас четыре года. Поэтому, тут можно сказать, что наблюдается такой сдвиг, и этот сдвиг — стратегического уровня. Если такое количество судов было поражено, нет никакой гарантии, что боевые корабли не последуют в том же самом направлении”, — подчеркнул Дмитрий Плетенчук.
Продолжение ударов приведет к тому, что кризис с топливом превратится в структурный. Причем в цене растет не только бензин, но и дизель, что становится проблемой не только для фронта, а и сказывается на сельском хозяйстве, вывозе мусора и росте инфляции.
Усугубление топливного кризиса в РФ в оценке экспертов
Будет ли усиливаться кризис с топливом в РФ? Какими могут быть последствия? Будут ли россияне высказывать свое недовольство из-за сложившейся ситуации? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы:
- Игорь Бураковский, председатель правления Института экономических исследований и политических консультаций;
- Наталья Пелевина, российский оппозиционный политик, член политсовета партии “Парнас”;
- Анна Зафесова, журналист итальянских газет La Stampa, Il Foglio;
- Олег Пендзин, исполнительный директор Экономического дискуссионного клуба.
ИГОРЬ БУРАКОВСКИЙ: Ограничение бензина для граждан будет усиливаться
— Если ситуация с топливом в РФ будет сохраняться на нынешнем уровне или даже ухудшаться, то произойдет рост издержек производства. Дорожают дизельное топливо и горюче-смазочные материалы и возникают проблемы с логистикой. Это касается и перевозок по стране, и логистики внутри отдельных компаний.
В России пострадает все, что сегодня напрямую зависит от снабжения топливом. Прежде всего это касается тех сегментов рынка и тех экономических агентов, у которых нет собственных крупных запасов и нет возможности получать топливо из каких-либо альтернативных источников.
Дальше мы уже видим то, что происходит сегодня: фактически начинается нормирование потребления бензина. Я думаю, что нынешние ограничения — 20 литров или сколько там сейчас отпускают на многих заправках, — это, как говорится, еще цветочки. В дальнейшем проблема может стать гораздо серьезнее.
Этот топливный кризис захватывает все новые и новые сегменты экономики. Причем уже сегодня мы видим, что бензина не хватает даже для государственных нужд. И речь идет не о каких-то масштабных государственных проектах, а о базовом обеспечении государственных услуг — например, работе скорой помощи.
В конечном итоге возникает серьезный разрыв между потребностями в снабжении и возможностями обеспечения, в том числе военно-промышленного комплекса РФ. Снабжение фронта — это перекачивание ресурсов из гражданского сектора в военный.
Если говорить глобально, то выход один — нужно садиться за стол переговоров и начинать с каких-то взаимных договоренностей. Во всяком случае, Россия могла бы попросить у Украины своего рода топливное перемирие. Здесь, вероятно, можно было бы обсуждать политические и экономические аспекты подобной схемы.
Но, судя по всему, все вопросы, связанные с перемирием, для российской власти и лично для Путина не находятся в приоритете. Поэтому этот вариант, скорее, можно обсуждать только теоретически.
Что касается Крымского полуострова, то есть несколько вариантов. Первый вариант — перевозки по морю. Мы видим, что сегодня это фактически не работает: горят танкеры, и эта проблема уже приобрела для России достаточно масштабный характер. Вторая возможность — перевозки по Керченскому мосту, но здесь существуют серьезные проблемы, прежде всего связанные с безопасностью. Россия прекрасно понимает, что если пустить по мосту десятки или сотни бензовозов, то один удачный удар — и не будет ни автомобилей, ни, возможно, самого моста. Поэтому эту транспортную артерию они стремятся максимально сохранить.
Третий вариант — так называемый сухопутный коридор на оккупированных территориях. Но сегодня он как минимум находится под огневым контролем украинских Вооруженных сил, и здесь также возникают серьезные проблемы.
Я думаю, что ситуация в Крыму будет только ухудшаться. Это, по-моему, очевидно для всех. И какого-то рационального решения, которое можно было бы реализовать уже завтра, я, честно говоря, просто не вижу.
НАТАЛЬЯ ПЕЛЕВИНА: Россияне ничего не осознают и просто хотят вернуть стабильность
— Все, что происходит последние четыре с половиной года, свидетельствует о чудовищной деградации российского общества. Я была одной из тех, кто когда-то все-таки возлагал на народ России определенные надежды. И, конечно, трудно признавать, что общество настолько деградировало. Но, наверное, еще важнее то, что оно стало абсолютно бездушным.
Именно бездушие, как мне кажется, — очень важный фактор в этой ситуации. Россиянам на все плевать. Им было все равно все четыре года, пока убивали мирных жителей в Украине. И сейчас, судя по всему, им так же безразлично то, что происходит уже у собственного соседа, когда они дерутся за баки с бензином.
Что-то очень серьезно пошло не так именно на человеческом уровне. И вопрос теперь открытый: это уже перманентное состояние общества или после Путина оно все-таки сможет измениться?
Сегодня это, на мой взгляд, абсолютно жалкое, чудовищное и страшное зрелище. Потому что именно эта масса — обычная, бесформенная масса людей — позволяет Путину продолжать войну.
Очень большая часть российского общества — это просто масса людей без какого-либо осознания происходящего. Более того, даже без желания что-либо осознать. Отсутствует сама попытка по-настоящему осмыслить происходящее, прожить это внутри себя, как-то с этим поработать. Ничего этого не происходит.
Люди питаются только самыми поверхностными, насущными новостями. Ничего не двигается, ничего не колышется. И, к сожалению, это действительно так.
Сейчас граждане РФ хотят, чтобы война закончилась и желательно на их условиях. Кроме того, многие хотят этого просто потому, что им нужен бензин, им нужна стабильность. То есть мотивация у них сугубо бытовая. Но даже если это желание действительно существует, это вовсе не означает, что оно станет руководством к действию. Оно может быть, но люди все равно ничего делать не будут.
АННА ЗАФЕСОВА: Москвичи до недавнего времени чувствовали себя неприкосновенными
— Сейчас часть российского общества действительно обманута. А та часть, которая не обманута, не в состоянии выразить свой протест. Она не может выйти на улицу, не может открыто выступить в СМИ, не может свободно проголосовать за политика, который находится в оппозиции, и так далее.
Система ограничения доступа к информации и пропаганда работают. И, собственно, это один из основных методов Путина и путинизма — как режима и как идеологии.
Пока люди верят тому, что показывают по телевизору, все хорошо. Когда же они перестают верить — например, потому что не могут заправить полный бак автомобиля, — им говорят: “Хорошо, только не говорите об этом вслух. Потому что если скажете, вам будет плохо”.
Идея Путина о том, что можно добиться полного контроля над информацией, — это идея не прошлого, а позапрошлого века. Даже в советское время полностью заблокировать информацию было невозможно. Сейчас это тем более немыслимо.
Собственно, одна из целей дальнобойных ударов по объектам в РФ заключается именно в том, чтобы люди это увидели. Цель не только в том, чтобы уничтожить логистический хаб, склад, аэродром или другой военный объект. Цель еще и в том, чтобы россияне увидели происходящее и переслали эту информацию дальше.
Даже если гипотетически закрыть весь Instagram, весь Telegram и другие платформы, всегда останется возможность сделать фотографию на телефон и отправить знакомым. А с “сарафанным радио” уже ничего сделать нельзя.
Одна из целей этих украинских атак — разбить вдребезги ощущение неуязвимости, которое Путин долго культивировал в российском общественном мнении. Создавалось впечатление, что война где-то далеко: она в телевизоре, она в Украине, но не в России. Что можно продолжать жить так же, как раньше. Сегодня все видят, что это уже не так.
Я даже не знаю, какая из целей этих атак важнее. Чисто физическая — уничтожить конкретную цель, или психологическая — дать россиянам ясно понять, что война уже здесь, что Путин не в состоянии их защитить, что Украина наносит удары туда, куда считает нужным, и, условно говоря, так, как считает нужным.
И что с этим нужно что-то делать. Потому что людей обманули. Им обещали, что это будет легкая прогулка, что не будет мобилизации, что не будет бомбежек.
Это удары по качеству жизни, в том числе по жизни москвичей, которые до недавнего времени считали себя практически неприкосновенными. Это заметно по работе аэропортов, по ситуации с бензином и по многим другим признакам.
ОЛЕГ ПЕНДЗИН: Для РФ в приоритете обеспечение топливом военных
— Там, где возникает дефицит, появляется и черный рынок. Это объективный экономический закон. Наиболее ярко это проявляется в российских регионах, которые особенно плохо снабжаются. Самый показательный пример в этом отношении — Крымский полуостров. Сегодня на черном рынке цена условного литра бензина в Крыму составляет порядка 500-600 рублей, а иногда доходит и до 700 рублей за литр.
Я недавно видел очень показательный эпизод. Один крымчанин продавал канистру бензина за 23 тыс. рублей. Его собеседник долго пересчитывал, сколько получается за литр. Когда посчитал, буквально схватился за голову. Его спросили: “Так будете брать?”. И, судя по всему, будут. Потому что деваться просто некуда.
Колоссальные цены на бензин являются признаком острейшего дефицита и существования черного рынка.
Многое зависит от того, насколько конкретный регион обеспечен нефтепродуктами. Но власти уже перестали успокаивать крымчан рассказами о том, что скоро все нормализуется. Уже прямо говорится, что ситуация не стабилизируется и в ближайшее время ничего не изменится.
Если же говорить о Центральной России, то там положение несколько лучше, но проблема остается весьма серьезной. Значительные объемы топлива направляются в Центральный федеральный округ. При этом многие другие регионы фактически оказываются обделенными.
Такая ситуация, кстати, не нова. Она существовала еще во времена СССР. Тогда уровень снабжения Москвы и Санкт-Петербурга всегда был значительно выше, чем в небольших городах, расположенных в 100-150 километрах от столицы.
Сейчас в РФ воспроизводится похожая модель, как в СССР. Только если тогда речь шла о продовольствии, то сегодня пока речь идет о бензине. Хотя если российские аграрии не смогут собрать урожай, следующим этапом может стать уже дефицит продовольствия.
При этом Россия теоретически окружена странами, которые сами традиционно были импортерами продовольствия, а не экспортерами. Поэтому быстро найти необходимые объемы продуктов на мировом рынке будет крайне сложно.
Это самый негативный сценарий. Но если действительно не будет дизельного топлива, российские аграрии просто не смогут собрать урожай.
И в этой ситуации мы видим, что огромные объемы топлива уходят на обеспечение военной техники, которая действует на оккупированных территориях Украины.
Фактически российская власть делает выбор именно в пользу военного направления — вместо того, чтобы обеспечивать топливом собственную сельскохозяйственную технику и транспорт, который доставляет товары первой необходимости в удаленные регионы РФ.
Читайте также: Последний рывок для Путина: призовет ли Кремль на войну против Украины миллион человек — мнения экспертов
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
