Украинизация 1920-х годов – как сталинская ловушка для интеллигенции (ВИДЕО)

Национально-освободительное движение 1917-1921 годов в Украине завершилось оккупацией большевистской Россией ее территорий.

Установление советской власти происходило чрезвычайно сложно. И дело не только в массовых селянских восстаниях против политики большевиков. Местное население категорически не воспринимало пришлых русскоязычных руководителей, которые откровенно игнорировали национальные и культурные традиции украинцев.

С целью закрепления своей власти большевики прибегли к политическому обману. Они провозгласили политику украинизации, которая имела временный характер и должна была стабилизировать ситуацию вокруг новой власти. Но, к сожалению, большинство украинцев, политические лидеры и интеллектуальная элита поверили в эту провокацию, которая обернулась для них большой трагедией.

В декабре 1922 года Украина официально вошла в состав Советского Союза. Его непосредственной задачей было удержать украинцев внутри советских границ.

Москва считала украинцев наиболее неспокойной и непокорной этнической общностью.

В апреле 1923 года в Москве, на XII съезде РКП (б), была принята программа проведения коренизации. Она предусматривала привлечение представителей коренного населения советских республик и автономий к местному руководству и оказание поддержки национальным языкам.

“В каждой республике коренизация обретает свой вид. В Украине она продвигалась в двух ипостасях. Украинизация относительно украицев и коренизация относительно этнических меньшинств”, – рассказывает доктор исторических наук Лариса Якубова.

Главным вдохновителем этих мероприятий был председатель комиссариата образования Николай Скрипник. Благодаря Скрипнику, его ораторским и публицистическим способностям, украинизация стала восприниматься как важное государственное дело и в партийных кругах, и среди различных слоев населения.

“Он органично воспринял украинизацию и поверил в то, что она является настоящей политикой Коммунистической партии. Скрипник очень много сделал для того, чтобы на Кубани возродилась украинская культурно-образовательная жизнь”, – отмечает академик НАН Украины Николай Жулинский.

Профессор Гарвардского университета (США) Сергей Плохий приводит такую статистику диспропорций в Компартии Украины по состоянию на середину 1920-х годов: “При наличии в Украине 10% россиян, в Компартии их насчитывалось абсолютное большинство – 53%. Украинцы, которые составляли 80% от всего населения страны, в партии занимали нишу в более 20%”.

Вскоре новая политика дала впечатляющие результаты. По состоянию на 1927 год, уже 70% правительственных дел велось на украинском языке.

Однако отдельные попытки национально сознательных деятелей КП(б)У привлечь к руководству УССР этнических украинцев каждый раз наталкивались на упорное сопротивление Кремля.

Полный идеалистических ожиданий, украинский писатель, коммунист Мыкола Хвылёвый горько убеждается в несоответствии между теорией и практикой большевиков в национальном вопросе. Свое желание отдалить украинскую культуру от русской, идти своим путем, он выразил в своем лозунге: “Прочь от Москвы!”. Но культурологические проблемы были переведены советской властью в политическую плоскость.

Хвылёвого обвинили в распространении антироссийских настроений в Украине. В атмосфере безумной травли, в знак протеста против начала массовых репрессий в отношении украинской творческой интеллигенции, он совершил самоубийство. Не менее трагическая судьба постигла активного проводника украинизации Николая Скрипника.

Москву раздражала чрезвычайная активность Скрипника. Когда он выдвинул идею присоединить к Украине Кубань, Курскую, Воронежскую, Саратовскую области и Ставропольский край, где жили украинцы, для Кремля это было настоящим шоком.

Когда в Украине началась форсированными темпами коллективизация, украинское селянство противопоставило ей мощное сопротивление.

В Москве поняли, что скрипниковская украинизация не способна выступить действенным орудием советизации в том смысле, который в него вкладывали Сталин и его окружение. Скрипника обвинили в национал-уклонизме, уволили с работы и требовали публичного раскаяния. Но он считал, что делал все правильно, не захотел подчиняться режиму и покончил с собой.

“Это в определенной степени трагическая фигура, которая относится к тем, кто на первых порах свято поверил в большевистские идеи, поверил, что будет строиться настоящее, честное, справедливое и равноправное государство. Что Украина будет полноправным членом в большой федерации республик Советского Союза. И тут вдруг такое разочарование. И не он один был таким”, – говорит Жулинский.

Окончательно украинизация была прекращена в начале 1933 года. Со свертыванием украинизации началась неофициальная русификация. Сначала она проводилась в форме отправки в Украину сотен тысяч функционеров для проведения коллективизации. Затем основной угрозой для единства Советского Союза Сталин объявил так называемый местный национализм. Под этим лозунгом начались притеснения украинской культуры, образования и науки.

Провозглашение политики коренизации в 1923 году отнюдь не диктовалось заботой об увеличении в партийных и правительственных рядах представителей коренного этноса. Просто Кремль ставил целью ввести в заблуждение население подконтрольных союзных республик и мировое сообщество.

Сталинская так называемая поддержка украинизации оказалась явлением тактическим и временным. Большинство украинцев, а особенно представители интеллектуальной элиты, искренне поверили большевистским намерениям, но в очередной раз были обмануты.

В селах же национальный подъем жестоко подавили организованным сверху искусственным Голодомором.

Больше выпусков проекта UATV “Пишем историю” смотрите по ссылке.