Сегодня в 14:05
Недовольство Владимиром Путиным в России продолжает нарастать. Причем речь идет не только о настроениях среди рядовых граждан. Все больше вопросов к политике Кремля возникает и у представителей элит. Война против Украины все сильнее отражается на российской экономике, регионах и уровне жизни населения, затрагивая даже тех, кто еще недавно считал себя защищенным от ее последствий.
Россия на грани перемен: недовольство властью становится публичным
Осенью в России запланированы выборы в Государственную думу. По данным украинской разведки, поддержка партии власти — “Единой России” — продолжает снижаться. Для Кремля это означает необходимость еще активнее использовать административный ресурс, пропаганду и механизмы контроля над избирательным процессом, чтобы сохранить привычную картину политической стабильности. На этом фоне в регионах усиливаются протестные настроения, которые, по оценкам украинских спецслужб, могут еще больше вырасти к осени.
“С 2022 года война против Украины обошлась российским налогоплательщикам в 53,079 трлн рублей или 746,6 млрд долларов. Эта сумма покрывает 28 лет текущих расходов бюджета на здравоохранение, 30 лет расходов на образование и 100 годовых бюджетов крупных регионов, таких как Краснодарский край или Свердловская область”, — говорится в публикации The Moscow Times.
Президент Украины Владимир Зеленский считает, что российское общество рано или поздно придет к выводу о необходимости завершения войны и начала переговоров о справедливом мире с Украиной. При этом он не исключает, что в будущем подобные договоренности могут заключаться уже не с нынешним руководством России.
“Мы понимаем, что Путину редко приносят полностью правдивую информацию без прикрас. Но даже то, что он видит в документах, которые к нему попадают, все же позволяет сделать выводы. В частности, так называемые прогнозные показатели недовольства россиян Путиным продолжат неуклонно расти, и его уже сейчас начали приучать к мысли, что рост недовольства не удастся остановить, и этот показатель “не выйдет на плато” до сентября, когда в России запланированы парламентские выборы”, — написал Владимир Зеленский в Telegram.
Экономические проблемы, перебои с интернетом, а также затянувшаяся война и неудачи на фронте усиливают недовольство внутри страны. Все чаще звучат обвинения в адрес власти в неспособности эффективно управлять государством. Причем подобная критика все чаще исходит даже от представителей официальной политической системы.
“Коррупционные скандалы сочетаются с продолжающимися потерями наиболее активного и репродуктивного населения из-за неэффективного руководства. Атаки на наши города не прекращаются, их география расширяется… Если такая ситуация сохранится, социальный взрыв и хаос станет более вероятными… Время иллюзий прошло. Страна находится на грани социального взрыва, и вся ответственность за это ляжет на несменяемую власть”, — заявил депутат Госдумы РФ Вячеслав Мархаев.
Все чаще о риске серьезного общественного кризиса говорят даже представители системной оппозиции. На заседании Госдумы лидер КПРФ Геннадий Зюганов предупредил о проблемах в российской экономике и заявил о возможности потрясений, сравнимых с событиями 1917 года.
Критика в адрес Путина звучит все чаще, а показатели доверия к нему демонстрируют негативную динамику. Показательно, что Всероссийский центр изучения общественного мнения перестал публиковать открытый рейтинг доверия после того, как уровень поддержки главы Кремля достиг минимальных значений с начала полномасштабной войны. В апреле менее 30% россиян самостоятельно назвали Путина среди политиков, которым доверяют.
“Я думаю, что в окружении Путина есть разные люди. По-моему, половина из них хочет продолжить эту войну, а половина — прекратить ее. И я полагаю, что представители бизнес-сообщества понимают: экономика России находится в ужасном состоянии, и они рискуют полностью ее потерять, а вместе с ней и власть, поскольку не смогут финансово поддерживать общество. Так что все зависит от них. Это их общество”, — подчеркнул Владимир Зеленский.
О росте внутреннего недовольства в России говорят и в Евросоюзе. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас заявила, что признаки усталости от войны становятся все более заметными, а потому международное давление на Кремль необходимо усиливать.
“В настоящее время мы наблюдаем эскалацию российских атак. Им следует начать с прекращения огня и сесть за стол переговоров. Однако в то же время мы видим определенные признаки того, что внутри России растет недовольство продолжением этой войны”, — обратила внимание лидер европейской дипломатии.
Несмотря на публичные заявления Кремля, ситуация на фронте и внутри страны остается сложной. Очередным подтверждением этого многие эксперты считают решение Путина увеличить штатную численность российской армии до 2 млн 399 тыс. 130 человек. Такой шаг выглядит попыткой компенсировать значительные потери, которые российские войска продолжают нести в ходе войны.
При этом, как отмечает CNN, Россия все ближе подходит к пределу своих возможностей по восполнению потерь, а оборонная промышленность уже работает с максимальной нагрузкой.
“Кремль вскоре столкнется с фундаментальным выбором: радикально ужесточить свои требования к российской экономике и обществу или сократить свои военные цели”, — сказал старший научный сотрудник по вопросам России и Евразии Международного института стратегических исследований Nigel Gould-Davies в комментарии CNN.
В ответ на кризисные явления Кремль традиционно делает ставку на давление, запугивание и демонстрацию силы. Именно в таком контексте вновь звучат заявления о возможном применении ракеты “Орешник”. Однако, по оценкам аналитиков, подобная риторика скорее свидетельствует о попытках компенсировать неудачи на фронте и в тылу.
Удары Сил обороны Украины по военным и стратегическим объектам на территории России демонстрируют уязвимость российской системы безопасности. При этом российское командование продолжает наступательные операции, не добиваясь значительных результатов. Недовольство внутри страны постепенно выходит за рамки частных разговоров и становится частью публичной повестки. На этом фоне главный вопрос остается открытым: насколько долго российская власть сможет удерживать нынешнюю модель управления в условиях растущего давления со стороны общества, экономики и собственных элит.
От рейтингов до протестов: почему Кремль нервничает перед выборами
Почему недовольство Владимиром Путиным все чаще выходит за рамки кухонных разговоров и становится публичным? Как война против Украины влияет на экономику России, уровень жизни населения и настроения в элитах? Что может произойти раньше: новая волна репрессий или масштабный общественный протест? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДОМ ответили:
- Наталья Пелевина, российский оппозиционер;
- Руслан Айсин, политолог и руководитель медиацентра “Поистине”;
- Ольга Курносова, секретарь Форума российской оппозиции в поддержку Украины.
НАТАЛЬЯ ПЕЛЕВИНА: Путин живет в параллельном мире и продолжает надеяться на победу
— Путин сейчас активно сам себя закапывает. Понятно, что выйти из этой ситуации с действительно выигрышными позициями он уже не мог. Но он мог потенциально сохранить себе жизнь и еще какое-то время оставаться у власти, если бы пошел на переговоры. Пусть даже не совсем на своих условиях, но на переговоры, которые привели бы хотя бы к заморозке войны и всей этой чудовищной ситуации.
Тогда он действительно мог бы еще как-то сохранить лицо. Хотя насколько он сейчас способен сохранить лицо даже внутри России — большой вопрос. Уже и в России люди начинают догадываться, что все пошло не совсем так, как планировалось четыре года назад.
Тем не менее он еще мог бы успеть найти себе преемника, организовать переход к какому-то другому формату существования во власти, отойти в сторону, а потом постепенно исчезнуть из политики. Но при этом — выжить еще какое-то время. Мы же знаем, насколько он держится за жизнь, хочет прожить 140 лет и так далее.
Поэтому то, что он не понимает, что сейчас фактически занимается некой формой политического самоубийства, выглядит странно. Но именно это и происходит. Потому что он подводит себя к той черте, за которой обратного пути уже не будет. И тогда либо придет народ с вилами, либо собственное окружение дозреет до шарфика и табакерки. Какой именно вариант сработает — неизвестно. Возможно, оба одновременно.
Потому что народ, который вдруг начнет чего-то требовать, как раз даст сигнал так называемым элитам, что пора что-то делать. Все эти варианты становятся для Путина все более реальными сценариями финала. И мне кажется, что он объективно этого не понимает.
Представить, будто он готов пожертвовать собой ради достижения своей цели, которую уже невозможно достичь в Украине, довольно сложно. Нет, я все-таки думаю, что собой он жертвовать не хочет. Он просто действительно не понимает, что выбирает худший из плохих вариантов.
Если бы рядом были люди, которые могли бы ему это объяснить, возможно, до него удалось бы что-то донести. Но, скорее всего, это не так. Поэтому он действует исходя из собственного представления о мире — без какой-либо критики этого представления и без каких-либо корректировок со стороны окружающих. В результате ситуация для него становится хуже буквально с каждым днем. Но он этого, видимо, не понимает и будет упорствовать до конца.
Отчасти его реакция — это бравада. Отчасти он действительно убеждает самого себя, что ничего страшного не происходит. Ну и, безусловно, это часть его политической технологии.
Все это время он уверен, что народ слышит в основном только то, что говорят по телевизору. И действительно, для немалой части российского населения, к сожалению, это до сих пор так. Поэтому если по телевизору говорят, что ничего страшного не происходит, то даже те, кто сомневается, кивают: мол, пока в соседний дом ничего не прилетело, значит, все не так уж плохо.
Хотя, по-моему, далеко не все уже готовы кивать. Но Путин продолжает на это рассчитывать.
Что касается нежелания садиться за стол переговоров, я полагаю, что он воспринимает это как проигрыш. Для него это будет выглядеть как сдача позиций. А собственное самоощущение для него крайне важно. Он не хочет проигрывать. Главное здесь то, что он до сих пор считает, будто еще может не проиграть. Вот в этом его главная ошибка.
Он видит ситуацию по-своему, а глаза на реальность ему никто особенно не открывает. Он как-то упоминал в разговоре с прессой, что смотрел, что пишут западные СМИ. Видимо, ему снова подсунули какие-то материалы.
Возможно, ему подсовывают такие публикации именно для того, чтобы намекнуть на реальность, поскольку сказать ему это прямо никто не может. Но он делает из этих материалов совершенно другие выводы. Он говорит: “Они врут”. Помню его выступление, где он рассказывал, что западные СМИ якобы обманывают собственное население.
Он диктатор, который давно перестал быть бенефициаром правдивой информации. Поскольку он уверен, что еще способен на многое, он продолжает упорствовать. Тем более что другая альтернатива ему не нравится. Она кажется ему поражением. Поэтому мы все оказались в очень неприятной ситуации. Потому что все мы стали заложниками его параллельного мира, в котором он продолжает надеяться на какую-то радужную перспективу для себя.
Путин в первую очередь, конечно, боится народа. Я как участник протестов 2012 года и последующих событий прекрасно знаю, насколько он боится людей, выходящих на улицы.
Поэтому для власти было бы идеально максимально ограничить возможности связи. Не только для получения информации, но и для общения между собой. Мы понимаем, что за четыре года большинство россиян использовали интернет вовсе не для того, чтобы узнать правду о происходящем в Украине.
Но вот возможность координироваться и предпринимать какие-то совместные действия для власти действительно опасна. Поэтому им выгодно, чтобы люди как можно меньше общались друг с другом.
Сейчас они явно тестируют подобные ограничения. Конечно, им хотелось бы, чтобы это прошло максимально легко и безболезненно. Но они сами не знают, как на это отреагирует общество.
Поэтому в Кремле тоже не до конца понимают, как это сработает. Мне кажется, они действуют постепенно, проверяя реакцию общества. То включают, то отключают, то сервисы работают, то перестают работать. Потом какие-то отдельные сервисы блокируются Роскомнадзором и тоже становятся недоступными. Им действительно комфортнее, когда у людей меньше доступа к информации и меньше возможностей для общения между собой.
В чем разница между россиянами и людьми, живущими в демократиях и мыслящими соответствующим образом? Одна из таких разниц заключается в том, что в демократических странах люди привыкли требовать соблюдения своих прав, говорить: “Мы налогоплательщики, мы граждане, у нас есть права”. В России же исторически сложилась другая модель поведения — просить, умолять, стоять на коленях. И это огромная проблема.
Что будет дальше, когда к существующим проблемам добавляются нехватка бензина и множество других нерешенных вопросов, сказать сложно. Когда именно это может привести к социальному взрыву, я не знаю. Каждый раз кажется, что люди готовы воспрянуть духом, но потом смотришь на происходящее и снова начинаешь сомневаться.
Однако история знает множество примеров, когда, казалось бы, из ниоткуда появлялись воля, решимость и готовность действовать. Я сейчас говорю не только о России, а о мировой истории вообще.
Далеко ходить не надо — достаточно вспомнить Арабскую весну. Там существовали устойчивые диктаторские режимы, которые казались незыблемыми. Но поступок одного человека в Тунисе стал искрой, после которой по всему региону начались революции и были свергнуты режимы, существовавшие десятилетиями. Поэтому все может быть. В это трудно верить, но верить все-таки нужно.
РУСЛАН АЙСИН: Часть путинского окружения сбежит или начнет вести переговоры с Западом
— Путин потерял связь с действительностью. Он считает, что у него все идет хорошо. Скорее всего, реальную ситуацию ему просто не докладывают, потому что боятся. Известно, что Путин окружил себя только хорошими новостями и соответствующими лизоблюдами, которые говорят, что все прекрасно, все хорошо, “прекрасная маркиза”. И он транслирует именно такую картину.
Если бы он реально понимал, что происходит, я думаю, что люди из его окружения действовали бы немного по-другому. А сейчас Путин прежде всего живет в некоей иллюзии, что все хорошо. В конечном итоге, как я уже сказал, он может в какой-то момент оказаться просто у разбитого корыта. И я думаю, что какая-то часть его окружения начнет от него либо сбегать, либо вести сепаратные переговоры с Западом.
Путинизм выстраивал свою идеологию на отрицании постсоветской разрухи. Мол, были проклятые 1980-е, проклятые 1990-е, а потом пришел Путин, все выстроил, все стабилизировал, благосостояние людей возросло, наступил мир. Но мы увидели, что происходит прямо противоположное. И это, конечно, очень сильно бьет по людям.
Одно дело, когда где-то далеко в Сибири люди живут в таких условиях, которые для них в какой-то степени привычны. Но сейчас в это погружены Санкт-Петербург, Москва, столичные регионы, крупные мегаполисы. Они живут в этих условиях, выстаивают очереди за бензином, не могут провести какие-то платежи, потому что терминалы не работают.
Это означает, что Путин вынужден откатывать страну на предыдущий цивилизационный и технологический уклад. То есть фактически возвращать ее назад — к кассам, к этому советскому сервису и всем сопутствующим практикам.
Тогда возникает вопрос: в чем смысл путинского режима и вообще его существования? Естественно, что население задает эти вопросы и себе, и власти. И, судя по всему, будет задавать их в сентябре на выборах.
Поэтому они очень боятся. И я тут прочитал интересную мысль: якобы в Кремле приняли решение не агитировать людей активно ходить на выборы и не повышать явку, потому что опасаются протестного голосования.
ОЛЬГА КУРНОСОВА: Ближайшее окружение изолирует Путина от реальности
— Путин больше всего на свете боится за свою жизнь и безопасность. Поэтому то, что там будут думать люди, его совершенно не волнует.
Что касается россиян, то тоже надо понимать: они все-таки не идиоты. Все прекрасно понимают, что никаких заявленных “целей СВО” даже близко не достигнуто. Все прекрасно понимают, что идет самая настоящая война, которая бьет в первую очередь по ним самим. И отсутствием бензина, и перебоями с интернетом, и ростом цен, и возможностью попасть на войну и там погибнуть.
И все понимают, что главный виновник этого один — Владимир Путин. Как бы он ни пытался это закамуфлировать, все равно значительная часть россиян прекрасно понимает происходящее и категорически против продолжения этой войны.
Ближайшее окружение пытается изолировать Путина от информации и подает ему все исключительно в комплиментарном ключе. Реальной, попросту разгромной ситуации, я думаю, Путин не видит. Хотя нужно быть идиотом, чтобы не понимать: когда идет уже пятый год войны, а Россия фактически топчется на месте, говорить об успехах становится крайне сложно.
Топлива не хватает в Москве и области, в Петербурге и области, в Татарстане. То есть уже очень многие регионы России столкнулись с этим кризисом. И мы понимаем, что когда нет топлива, человек не только не может куда-то поехать на машине. Это означает и проблемы с доставкой товаров. В магазины не будут поступать продукты в тех объемах, в которых они поступали раньше, и так далее.
Самое главное — рост цен на бензин ударит по кошелькам не только тех, кто заправляет свои автомобили. Из-за этого будут расти и цены в магазинах.
Единственная проблема заключается в том, что сегодня внутри России фактически отсутствует оппозиция. Все либо убиты, либо находятся в тюрьмах, либо выдавлены за границу.
Пока непонятно, каким образом можно канализировать это возмущение, это понимание того, кто довел страну до нынешнего состояния. Каким образом россияне могут выразить свое недовольство и свое возмущение — пока остается открытым вопросом.
Читайте также: Украина в центре внимания G7: встречу Зеленского с Трампом проанализировали эксперты
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
