На подступах к Лисичанску за последние три-четыре недели армия РФ потеряла до 15 тысяч солдат – военный эксперт

За почти пять месяцев войны российские оккупационные войска смогли захватить практически всю Луганскую область. В большей части им это удалось в результате переброски на восточное направление огромного количества личного состава. Об изменении тактики российских оккупантов, их поведении на захваченных территориях и возможных рисках вступления в войну Беларуси рассказал руководитель военного отдела БФ “Повернись живим” Андрей Рымарук в эфире марафона “FreeДОМ” на телеканале UA.

Расскажите о ситуации с Лисичанском. По вашим прогнозам, чем сейчас может угрожать российское наступление? И насколько можно сказать, что сейчас позиции украинских военных надежны и они могут давать мощный отпор?


— Давайте сначала заглянем в хронологию событий и как все происходило последние три месяца. Мы увидим, что Российская Федерация сначала старалась распорошить наши военные силы практически по всей северо-восточной, южной части Украины. Потом быстро начала перегруппировываться. Я хочу сказать, что даже с южного направления снята большая часть, около 70% подразделений и перекинуто на северо-восток в Луганскую область. По состоянию на сегодняшний день, если проанализировать данные наших разведчиков, передвижение российских подразделений, мы увидим, что от Харькова до Авдеевки против нас воюет весь центрально-военный округ Российской Федерации. Плюс к нему на подкрепление уже перебрасывается спецподразделение с Дальнего Востока. И очень быстро переукомплектовываются подразделения Западного военного округа, все силы бросаются именно на этот участок. Что будет дальше – время покажет. Но Российской Федерации становится все тяжелее и тяжелее вести боевые действия на данном направлении. Если проанализировать их потери только на вот этом направлении – Лисичанск, Северодонецк, Светлодарская дуга, они не просто так в лоб шли, а они заходили с флангов, штурмовали наши позиции, то в среднем они потеряли около двух танковых батальонов, это более 60 танков и более трех бригад. Это в совокупности до 15 тысяч людей. То есть за последние три-четыре недели штурмов населенных пунктов, чтобы подобраться к Лисичанску и захватить его.

С учетом количества военных на восточном направлении, скажите, какое нужно вооружение в первую очередь для того, чтобы российской армии наносить максимальный урон?

— Нам нужны зенитно-ракетные комплексы глубиной действия до 300 км. И это вооружение, плюс значительное количество боеприпасов — это то, что может остановить врага. Мы видим, международная техническая помощь уже работает. Чтобы остановить их дальнейшее наступление, были уничтожены склады в Попасной, в Снежном, в Торезе. Нарушена логистика в Ростовской области, в самом Белгороде, где весь город — это перевалочная база, где все заправляются и техника двигается дальше. Это все сделано, но этого мало. Нам нужно бить именно по ним, отслеживать, находить их командные пункты, уничтожать и это позволит остановить российскую армию, продвижение вглубь Донецкой и Луганской области.

Что вы сейчас можете сказать по состоянию российских войск? И, в частности, на Востоке Украины.

— Ну, смотрите, российская оборонка как работала, так и работает, она сейчас даже работает еще более активно, чтобы производить, возобновлять технику, ремонтировать. Российская Федерация встала на путь, с которого свернуть уже не может. Превратить государство, к примеру, в Северную Корею, для нее это, наверное, единственный путь, что она сейчас и делает. Выедает свой внутренний ресурс и все вкладывает в высокоточное современное вооружение. Да, оно дорогостоящее, но у них по большинству позиций это внутренний закрытый цикл изготовления. Вот эти же крылатые ракеты “Калибр” они не останавливают, они успешно делают. Если бы у них заканчивался этот ресурс, они бы там за несколько дней не выпускали более сотни ракет. И будут они это делать еще неоднократно. Скорее всего осмелюсь спрогнозировать, к сожалению, таких случаев будет все больше и больше. Если же мы говорим о человеческом ресурсе – да, им становится все тяжелее, потому что те же пленные, которых наши бойцы брали, дают показания о том, что на них постоянно давят, угрожают расправой их семьям, угрожают расправой им же самим и шлют в бой. Я лично несколько недель назад был свидетелем того, что на одном из направлений 50 бойцов, две бронетехники российских идут в наступление и их уничтожают. На следующий день в то же время по тому же маршруту бросают еще 50 человек на штурм и их снова уничтожают. На третий день снова тот же сценарий, ничего не меняется. То есть сказать, что они зомбированы – нет. Они просто запуганные, у них нет другого выхода как идти в наступление. Им тяжело набирать новых людей. И очень важно нам как раз использовать сейчас психологическое воздействие, перенося боевые действия именно на территорию Российской Федерации. Чем чаще мы будем уничтожать военные подразделения на территории РФ с того же Харькова, с того же Бахмута и с других точек, тем больше это будет демотивировать российских граждан вступать в лавы вооруженных сил. 

Известно ли вам о поведении российской армии на временно оккупированных территориях? 

— К сожалению, они будут придерживаться этого же сценария. Давайте посмотрим каким нам остался Мариуполь, Трехизбенка, Попасная, Станица Луганская, Счастье, Новотошковка и много других городов. Они стерты с лица земли. Конечно же сейчас Российская Федерация проведет зачистку местного населения, будет повторяться все та же ситуация, как и на временно оккупированных территориях они будут хватать мужское население и бросать в бой. Таких фактов очень много. Если ты хочешь откупиться, чтобы тебя не приняли в строй вооруженных сил РФ, ты должен там заплатить около 25-50 тысяч долларов, тогда тебя мимо фильтрационных центров разрешат где-то там спрятаться и спокойно жить. Но даже не выходить на улицу, в лучшем случае выехать на территорию Российской Федерации, но там твоя судьба… Такой же сценарий может повториться еще раз. Эти граждане им не нужны. Соответственно этот процесс для местных жителей будет довольно болезненный и мне хотелось бы им просто пожелать немножечко продержаться. Мы скоро вернемся.

Вашему благотворительному фонду дали добро закупать авиацию. Правильно я выражаюсь?

— Это если мы захотим покупать авиацию. 

Насколько сейчас есть нужда в том, чтобы закупать авиацию для Украины? Или же все-таки более необходимы те зенитно-ракетные комплексы с дальностью до 300 км, о которых вы говорили ранее?

— Генеральный штаб очень мягко выражается. Хочу немножко поправить. Российские войска не покидали остров Змеиный. Они там просто были уничтожены. Два разных момента. Если же мы говорим о потребностях Вооруженных сил Украины, то смотрите, есть два момента: есть внешнеполитическая ситуация и внутриполитическая. Мы опираемся на внутренний оборонпром, который что-то производит на внутренних производителей, у которых что-то покупают волонтеры. И есть внешняя — это история материально-технической помощи от Франции, Германии, Англии и США, которые выкатили список тех средств, что они нам могут предоставить. Я очень сильно надеюсь, что в том списке, о котором знают довольно-таки узкий круг людей, ЗРК не только те, которые они нам дали уже с радиусом 70-100 км, но есть и с большим радиусом действия. Я более чем уверен, что скоро в этом списке и в списке ленд-лиза появятся еще и самолеты. Но на сегодняшний день у нас критическая потребность в высокоточном вооружении. Это и беспилотная авиация, и зенитно-ракетные комплексы, это пилотированная авиация. Но мы видим, что уже первую часть от США мы уже получаем довольно-таки символично — это несколько десятков вертолетов серии МИ-8 российского производства. У нас будет очень хорошее настроение у наших пилотов именно на этой новой технике российского производства уничтожать русскую армию. 

Учитывая такую активность самопровозглашенного президента Лукашенко, как вы считаете: нападет, не нападет?

— Не нападет, однозначно. Большинство подразделений откажется идти в бой. Они своевременно развернутся и могут развернуться на тот же Минск. Объясню почему. Потому что у Беларуси нет совершенно никакого боевого опыта. Сами военнослужащие прекрасно понимают, само наступление подразумевает, что твои силы и средства должны превышать силы и средства противника как минимум в пять и в десять раз, потому что он обороняется, а ты наступаешь. Однозначно будешь нести потери. Они к этому не готовы. Они прекрасно видят силу и средства, которые сосредоточены на белорусской границе, и они прекрасно понимают и изучают топографию. Четко видно, что практически от самой столицы Украины до городов Ровно, Луцк, до самой Волыни со стороны Беларуси ведет всего-навсего три дороги. Вокруг лес и непроходимый лес и болота. Есть ли смысл наступать? Нет смысла никакого. Даже если им отдадут приказ, это наступление будет довольно краткосрочное, а мы скажем “ласкаво просимо”.  

Напомним, глава Луганской ОВА Сергей Гайдай сообщил, Оккупанты форсировали Северский Донец, закрепились в Лисичанске и взяли под контроль Золотаровку.

Читайте также:

Что заявил премьер Австралии по итогам первого в истории двусторонних отношений визита в Украину

Кулеба не видит предпосылок для изменения политики НАТО относительно членства Украины

Великобритания поддерживает идею передачи замороженных активов РФ на восстановление Украины

Прямой эфир