Сегодня в 22:15
Обстрелы жилых домов, атаки на объекты критической инфраструктуры — война против детей, стариков и людей с инвалидностью. И все это — в лютые морозы. Как в стремлении избежать поражения Россия вымораживает украинские города? Об этом рассказываем в новом выпуске “Специального репортажа” на телеканале FREEДOM.
Авторы — Ольга Михалюк, София Куценко.
Киевляне выживают в мороз
Столица Украины стала непригодной для жизни. После тщетных попыток “взять Киев за три дня” в 2022-м на четвертый год полномасштабной войны Кремль избрал наиболее циничный метод: усилил обстрелы объектов энергетической инфраструктуры и жилых домов зимой в мороз.
Россия использует беспилотники, баллистические и крылатые ракеты по жилым домам и объектам энергетики. С хладнокровной жестокостью путинская армия пытается лишить жителей столицы Украины не просто благ цивилизации, а основ существования.
В дом Марии Васильевой 9 января 2026 попал БпЛА. Еще недавно там был семейный уют, а теперь квартира непригодна для жизни.
“Было два “прилета”. Первый “прилет” был непосредственно в фасад дома, и когда начался пожар, я поняла, что нужно выходить. Я быстро одевалась, схватила документы и спустилась в укрытие. Увидела, как пожарные гасят огонь, и скорые”, — рассказывает Мария Васильева.
После ликвидации пожара спасатели и медики пережидали тревогу в укрытии, но поступил вызов из другого района Киева, также пострадавшего от атаки, вспоминает Мария.
“Они вышли из укрытия и я пошла следом за ними. Они ушли немного вперед, метров на 100. И я услышала этот звук, когда летит с неба дрон и уже пикирует. Я поняла, что не нужно дальше испытывать судьбу и забежала назад в паркинг. Я осталась жива. А те спасатели, которые уже вышли из укрытия… Я уже выбежала через минуту, увидела, как на этом участке дороги лежат двое тяжелораненых спасателей”, — говорит Мария.
Один из спасателей впоследствии умер в больнице. За жизнь второго продолжают бороться медики. В этот же день погиб и фельдшер скорой помощи, приехавший на вызов к пострадавшим жильцам дома.
“У нас возле дома есть стихийный мемориал. Кто-то приносит цветы, кладет на место, где рядом лежит шапка погибшего медика”, — рассказывает Мария.
Жильцов дома, которые не успели оправиться от пережитого шока, ожидало новое испытание: разбитые окна сифонили, а отопление в доме отсутствовало.
“У нас несколько дней было очень холодно, были выбиты окна. И отопление включалось, только когда есть свет. А свет выключают не надолго. За неделю температура опустилась с +18-19 до +12°C. Это была критическая точка, когда я уже думала, что придется выезжать из квартиры. К счастью, наше ОСМД что-то сделало и отопление стало круглосуточным”, — объясняет Мария Васильева.
Семью Оксаны Зиньковской-Боярской с двухлетней дочкой температура 15°C, скорее всего, вынудила бы уехать из Киева.
“+17 или +16°C — это, оказывается, огромная разница. Как будто на один градус, но мы чувствовали, что остыли мебель и пол. Понимание, что квартира остывает, прямо добавляет неприятных ощущений”, — говорит жительница Киева Оксана.
Теперь домашняя одежда больше напоминает экипировку для занятий зимними видами спорта. Оксана утепляется вместе с дочерью. После очередного массированного зимнего обстрела маленькая Катя вынуждена ночевать в спальном мешке.
“Он полностью застегивается и можно сделать так, чтобы это было такое гнездышко. Дочь спит либо во флисовой пижаме, либо в термобелье, но даже без носков. Было такое, что как-то у нас до +17°C поднялась температура и ей стало жарко”, — объясняет жительница Киева.
Оксана родом из Донецка и война для нее началась еще в 2014 году, поэтому с момента полномасштабного вторжения семья готовилась к разным сценариям, постепенно скупая все необходимое на крайний случай.
“У нас есть большая зарядная станция и маленькая. Портативную мы обычно используем для ламп и детских светильников. Большой станции хватает довольно надолго для холодильника и ноутбука, если муж работает из дома. Она тянет фен, пароварку”, — рассказывает Оксана.
Семья Оксаны также приобрела туристическую газовую плиту и несколько баллонов к ней.
Газ стал настоящим спасением для Татьяны Абрамовой и ее домочадцев. Рядом был “прилет” и подача тепла прекратилась.
“Сейчас в комнате у меня 6-7°C. Она находится над подъездом, который не отапливается и с битыми окнами. Холод идет со стен и пола. Через дорогу был “прилет” и повылетали окна. Даже где стоят пластиковые окна, как бы ты их не клеил, через стеклопакеты все равно проходит холод и ты никак не согреешься”, — рассказывает жительница Киева Татьяна.
Татьяна очень переживает за своих любимцев, которых когда-то спасла и приютила.
“Теплая одежда лежит для котов. А еще одеяла — все животные закутанные”, — говорит Татьяна.
Квартира Татьяне досталась от бабушки с дедушкой. Это постройка советских времен и среди соседей много пенсионеров.
“В доме много старожилов: пенсионеры, бабушки, которые плохо ходят. Они без лифта и без света даже не спустятся в пункт обогрева. Это нереально — выживать в таких условиях”, — возмущается жительница Кива.
После очередного массированного обстрела не стало отопления и в квартире ветерана Олега Олефира. Он живет на верхнем этаже и имеет инвалидность. Дом полностью на электрике, и свет включают редко, всего-то на пару часов.
“Стали реже включать свет, у нас за двое суток был один час свет. Спуститься в магазин тоже невозможно. Ко мне пришел социальный работник, принес бутылку воды, печенье, хлеб. Он шел пешком на 11 этаж”, — рассказывает ветеран.
Нина Васильевна — консьерж этого дома. Она рассказывает, что приходится одеваться в несколько слоев одежды, чтобы не замерзнуть. А в некоторых квартирах была буквально минусовая температура.
“В одной квартире было четыре градуса, во второй — шесть, в третьей — семь. А на шестом этаже — вообще минус один”, — говорит Нина Васильевна.
К тому же через их район, по словам Нины Васильевны, пролегает маршрут вражеских ракет и дронов.
“Слышно, как дроны летят сюда. Мы их видим. Я живу на 13 этаже, поэтому все видно. Все небо в “звездах”. А потом уже бежишь вниз. Напали на нас и убивают простых людей — детей, стариков”, — возмущается консьерж.
Лариса Самохвалова живет в обледеневшей квартире. Женщина преклонного возраста эвакуировалась в Киев с сыном из Мирнограда Донецкой области после того, как их частный дом разбомбили российские войска.
“Мы спасались. Путин разбил наше жилище: дом, усадьбу. Он все разбил! У меня все сгорело. Немного удалось забрать — собирали вещи, когда начали стрелять и вокруг летали стекла”, — вспоминает Лариса Самохвалова.
Мало того, что освоиться на новом месте пенсионерке сложно, Путин добрался до нее и в Киеве.
“В 7 утра дали свет, думаю, вскипячу хоть сыну кофе на работу. Только закипело и свет отключили”, — говорит переселенка из Донецкой области.
Лариса Петровна всю жизнь проработала на шахте и теперь использует как телогрейку старую униформу.
“Путина нужно в тюрьму посадить за это преступление перед нашим украинским народом. Чем плохой наш украинский народ? Прекрасный, трудолюбивый. Мы работали на шахте, и сын у меня тоже горняк! Наш народ заслуживает уважения”, — рассказывает Лариса Самохвалова.
Чтобы немного согреться, Лариса Петровна спускается в пункт несокрушимости ГСЧС. Спасатели уже много дней помогают людям пережить последствия российских обстрелов: угощают горячим чаем, печеньем и конфетами.
“Рады, что этот пункт у нас появился, потому что больше суток не было электричества. Даже по телефону невозможно поговорить с родными, которые остались у меня в Харькове”, — рассказывает посетительница пункта несокрушимости Наталья.
Зачастую в таких пунктах дежурят психологи. В отдельные дни число обращений может достигать нескольких сотен.
“К сожалению, длительные боевые действия влияют на наше психическое здоровье. Растет депрессия, а депрессия сама по себе может способствовать тому, что человек перестает двигаться, следить за собой, и возрастают риски переохлаждения. Поэтому нужно общаться, делать простые вещи, которые привыкли делать каждый день, даже если они кажутся ненужными. Если можно обратиться за профессиональной помощью к психологу, то это тоже поможет пережить трудности, а также последствия разрушений”, — объясняет генеральный директор Центра общественного здоровья Украины Владимир Курпита.
Пункты несокрушимости стали источником тепла и для семьи Виктории, ведь температура в квартире опускалась до 5°C. Куда выезжать в случае, если станет еще хуже, женщина пока не знает.
“Была бы возможность выехать куда-нибудь, мы бы уже выехали. Но пока мы только рассматриваем этот вариант. У меня мама на левом берегу живет, и там не лучше”, — говорит жительница Киева Виктория.
В доме частично возобновили отопление, но не в квартире Виктории. В ход идут все мыслимые лайфхаки. Как только появляется свет — электроплиту используют на 200%. Чтобы днем было теплое питье, Виктория набирает кипяток в термос. А если есть свет, то нагревается бойлер.
“Ждем, когда пойдет горячая вода. Мы набираем в бутылку кипяток и тоже греемся — берем под одеяло. Спим все вместе, чтобы было теплее”, — рассказывает жительница Киева.
“Буржуйки” из огнеупорных кирпичей на газу, разогретые чугунные гусятницы, свечи в металлических емкостях или просто включенный газ — украинцы делятся вынужденными лайфхаками. Однако с газом шутки плохи, поэтому специалисты призывают быть максимально осторожными с такими самодельными “обогревателями”, чтобы не отравиться угарным газом.
Жилищные комплексы, имеющие в арсенале альтернативные источники электроэнергии и тепла, отключения света и тепла переживают легче.
“Практика уже показала, что самый эффективный и перспективный способ — это использование систем накопления с инверторами для общедомовых систем, которые позволяют работать насосам. В моем доме, например, где мы это установили, в принципе, основные системы жизнеобеспечения работают минимум 5 часов. А если подключить еще генератор, то и сутки”, — рассказывает председатель правления Ассоциации энергоаудиторов Украины Вадим Литвин.
Привести Украину к полному блэкауту
Российская армия по приказу кремлевского диктатора всеми силами пытается довести ситуацию в украинской энергетике до критической. При атаках на ТЭЦ и электрические подстанции применяет не только ударные беспилотники, но и баллистические, крылатые ракеты, комплексы “Кинжал”, “Циркон” и реактивные системы залпового огня.
“За прошлый год россияне нанесли по энергетике 612 целенаправленных комбинированных атак. Сейчас интенсивность только растет, удары происходят ежедневно. В Украине не осталось ни одной электростанции, которая бы за время войны не подверглась ударам врага. Выбиты тысячи мегаватт генерации. Никто в мире никогда не сталкивался с таким вызовом”, — говорит министр энергетики Украины Денис Шмыгаль.
В России же террор против мирных граждан путинские глашатаи объявили оправданным методом ведения войны.
“У России теперь есть конкретная цель, которая, видимо, связана с достижением блэкаута в ходе зимы, что может повлечь за собой вымораживание коммунальных сетей и их необратимое разрушение”, — заявил российский пропагандист Василий Киселев.
Россияне прекрасно осознают последствия своих преступлений и пытаются масштабировать их на всю Украину.
У жителей Днипра уже есть опыт полного блэкаута, когда в городе в одночасье не стало света, воды, тепла, а также начались перебои с мобильной связью. Остановился электротранспорт, включая метро, а медучреждения перешли на резервные источники энергии.
Тогда света не было почти сутки, вспоминает жительница Днепра Людмила Куценко.
“Город стал темным, темным стал весь микрорайон, ушло даже уличное освещение, исчезла вода, начали потихоньку остывать батареи, и к утру они уже были холодные”, — вспоминает Людмила.
За это время разрядились все гаджеты, особенно необходимые для работы.
“Мне пришлось идти в ближайший супермаркет, чтобы зарядить телефон. К вечеру стало появляться отопление и тепло стало через сутки. Но нашему дому повезло, потому что через дорогу люди мучились пять суток без света, тепла и воды”, — говорит жительница Днепра.
Людмила делится своим опытом, как пережить длительные отключения электроэнергии.
“Четыре павербанка: один для телефона, два павербанка я могу запитывать УПС, бесперебойный интернет и свой ноутбук. Кроме того, у меня есть настольная лампа, которая тоже запитывается через павербанк. Еще я использую гирлянды, которые работают от батареек”, — рассказывает Людмила.
Под систематическим террором на одной только стойкости и смекалке не выжить. Украинцы прекрасно понимают, кому обязаны, ежедневно наблюдая, с какой отдачей и самоотверженностью трудятся энергетики, работники водоканала и коммунальных служб, рискуя здоровьем, а иногда, к сожалению, и жизнью.
“Я просто преклоняюсь перед людьми, которые возвращают в дома цивилизацию, — это титаны. Я преклоняюсь перед людьми, которые выходят на улицы в морозы и чистят тротуары и дороги. У нас практически всегда, практически сразу реагируют бригады ДТЭК и другие коммунальные службы”, — говорит жительница Днипра.
Чтобы восстановить работу энергосистемы после российских обстрелов, специалистам приходится прилагать нечеловеческие усилия.
“Каждый день новые “прилеты”, но стараемся возобновить как можно больше, чтобы людям хоть какое-то тепло подать. Погода — самое наихудшее, ведь сырость не позволяет нормально работать”, — рассказывает мастер ДТЭК.
А водолазы ГСЧС шесть суток в ледяной воде при температуре -15С латали затопленное оборудование ТЭЦ.
Сейчас на территории жилищных массивов столицы, где ситуация с отсутствием тепла и света критична, разворачивают целые палаточные городки. Помимо спасателей, людям помогают гуманитарные организации, такие как World Central Kitchen, которые привозят горячую еду.
Колоссальный ущерб
Масштаб ущерба, который российские обстрелы нанесли украинской энергетике и жилищно-коммунальному комплексу, пока никто не берется оценивать. Повреждено слишком много объектов, а на части территорий до сих пор небезопасно работать. Последствия уже сейчас выглядят катастрофическими.
“Это касается не только старого многоквартирного жилого фонда, а речь идет даже о новом жилом фонде: лопаются трубы, батареи, вся вода течет по фасаду новых домов. Дом просто превращается в кусок льда. Коридоры, лестницы — все покрыто льдом. Восстановить такой дом будет очень сложно. Надо восстанавливать полностью всю конструкцию. Когда дом начинает сыреть, то со временем он покрывается плесенью и просто может развалиться со временем”, — говорит руководитель Союза потребителей коммунальных услуг, эксперт по ЖКХ, тарифам и энергетике Олег Попенко.
Такая же ситуация и с энергообъектами.
“Ущерб еще даже не подсчитали, потому что это и разрушенные объекты электро- и теплоснабжения, и ресурсы, затраченные на резервирование, восстановление. Объемы большие. Сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы максимально сохранить то, что есть. Дожить до лета, сделать работу над какими-то ошибками или сделать следующий шаг к тому, чтобы обеспечить надежность энергоснабжения”, — комментирует председатель правления Ассоциации энергоаудиторов Украины Вадим Литвин.
Обстрелы жилых домов и ТЭЦ путинская армия использует как инструмент шантажа. Удары по энергетике и мирным кварталам — это попытка сломить страну холодом, темнотой и страхом. Ни о каких военных целях речи не идет — это чистой воды террор, направленный против гражданского населения, чтобы через его страдания давить на власть.
“Надо вслух признать, что мы — жертвы российского военного преступления! Мы просто пытаемся оставаться в здравом уме, когда нас пытаются целенаправленно уничтожить в одну из самых суровых зим за 10 лет. Россияне долго планировали обстрел. Подгадали под погоду и точно ждали, пока самые сильные морозы! Они решили обстрелять исключительно гражданскую энергетическую инфраструктуру, заморозить город и довести его до техногенной катастрофы, чтобы население было более договороспособным”, — говорит жительница Киева Оксана Зинковская-Боярская.
Эксперты уже дают таким действиям РФ правовую оценку.
“Это преступление, направленное на достижение безусловного военного преимущества для Российской Федерации, поскольку они прямо об этом заявляют, в том числе недавнее заявление пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, о том, что Россия будет продолжать решать свои вопросы военным путем, пока Украина не станет более сговорчивой в переговорном процессе”, — комментирует эксперт по вопросам международного права и адвокационный менеджер Международного центра украинской победы Андрей Михеев.
Действия страны-оккупанта юристы квалифицируют не просто как военное преступление, а преступление против человечности.
“Это конкретно атака на невинное гражданское население, не участвующее в военных действиях. Все конвенции утверждают, что мирное население не может быть предметом атаки и этому уже нет оправдания. Когда принимается в Международном уголовном суде решение о наказании, то Римский статут, как известно, устанавливает либо лишение свободы на срок до 30 лет, либо пожизненное лишение свободы за преступления против человечности”, — говорит эксперт Андрей Михеев.
Доказательная база существует давно и она — более чем достаточна. 24 июня 2024 года Палата предварительного производства Международного уголовного суда выдала ордера на арест экс-министра обороны Российской Федерации Сергея Шойгу и начальника Генерального штаба Вооруженных сил России Валерия Герасимова, а также на высших руководителей Черноморского флота и авиации ВС РФ. Их обвиняют не только в военных преступлениях, но и в преступлениях против человечности именно в связи с обстрелом энергетической инфраструктуры Украины.
Своего обвинительного акта дождется и Владимир Путин. И приговора тоже. Всему государству-агрессору придется платить по счетам за зверства.
“Смерть — это слишком легкий вариант! Я бы хотела суда, и не только для президента РФ, а для всех, кто был к этому причастен! Я бы хотела, чтобы россияне понесли ответственность как нация, чтобы они, как когда-то немцы, годами искореняли этот внутренний “рашизм”. Должны быть репарации, ведь то, что они сделали с нашей энергетической системой, я даже не знаю, сколько нужно денег, чтобы привести ее хотя бы в довоенное состояние. Они должны восстановить наши города”, — говорит жительница Киева Оксана Зинковская-Боярская.
Холодомор — это сознательное издевательство над мирными людьми! Когда в лютый мороз обстреливаются жилые дома, когда гаснет свет и замерзают батареи, цель очевидна: это не военные объекты, а жизнь беззащитных людей. И это невозможно спрятать за ложью о “сопутствующем ущербе”. Это — убийство. Люди замерзают и могут погибнуть не на поле боя, а в собственных домах. Все это — следствие хладнокровного приказа Путина использовать зиму как оружие, а гражданских — как мишень.
Читайте также: Кремль затягивает процесс, США нужно усилить давление: эксперты о втором раунде переговоров в Абу-Даби
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
