Сегодня в 12:42
Владимир Путин второй день подряд проводит переговоры с Александром Лукашенко на фоне сообщений об усилении давления Кремля на Минск. Москва, по данным СМИ, добивается более активного вовлечения Беларуси в войну против Украины.
Встречи проходят в резиденции российского диктатора на Валдае. О продолжении контактов сообщил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. По его словам, после вчерашних переговоров тет-а-тет формат обсуждения был расширен: к Путину и Лукашенко присоединились делегации двух стран. При этом содержание переговоров не раскрывается.
Минск под давлением Кремля
Встречи проходят в максимально закрытом режиме, а подписание итоговых документов или заявления для прессы не планируются. Российские и белорусские государственные пропагандистские “медиа” представляют контакты как серию стратегических консультаций между союзниками, однако официальная повестка переговоров не публикуется.
Тем временем газета The Wall Street Journal пишет, что Кремль усиливает давление на Лукашенко, добиваясь более активного вовлечения Беларуси в войну против Украины.
По данным издания, Москва рассматривает территорию Беларуси как потенциальный плацдарм для расширения военной активности против Украины. Речь может идти о возможных запусках беспилотников, расширении линии фронта в западном направлении и попытках отвлечь украинские силы от ключевых участков на востоке.
Президент Украины Владимир Зеленский заявил, что Беларусь под влиянием России готовится к возможному расширению агрессии против Украины. По его словам, такие выводы основаны на данных украинской разведки.
Глава государства также опубликовал карты, которые, как утверждается, подтверждают соответствующую подготовку. Исполняющий обязанности руководителя Службы внешней разведки Украины Олег Луговский сообщил, что вдоль украинско-белорусской границы завершается строительство дорожной инфраструктуры, а также объектов хранения боеприпасов и горюче-смазочных материалов военного назначения.
Беларусь не должна позволить еще глубже втянуть себя в войну РФ против Украины. Об этом сегодня, 29 июня, на брифинге в Брюсселе заявила спикер Еврокомиссии Анита Хиппер.
Отвечая на вопрос СМИ о последних заявлениях де-факто руководителя Беларуси Лукашенко о том, что Россия пытается втянуть его в войну, она подчеркнула: страна уже является участником войны.
“Единственная помощь, которая нужна Беларуси, — это больше здравого смысла, чтобы не позволять втягивать себя в эту войну. Беларусь уже является ее участником, и Россия втягивает ее в эту войну, углубляя свои отношения с Лукашенко. Что бы ни предприняла Россия, за этим последует разрушение. Как мы уже видели”, — отметила Хиппер.
Путин и Лукашенко снова встретились на Валдае: о чем молчат Москва и Минск
О том, для чего Лукашенко ездил в Россию к Путину, а затема в Китай к Си, в эфире телеканала FREEДOM рассуждали:
- Михаил Синаюк, эксперт программы российских и белорусских студий аналитического центра “Украинская призма”;
- Валерий Мацкевич, политик, глава аппарата Объединенного переходного кабинета Беларуси;
- Александр Леонов, директор Центра прикладных политических исследований “Пента”;
- Олег Лисный, президент Аналитического центра “Политика”.
МИХАИЛ СИНАЮК: Лукашенко хочет больше получать, но меньше отдавать
— Неожиданный и такой очень скорый визит Лукашенко на Валдай — это попытка скоординировать свою позицию с Кремлем, выработать какую-то стратегию противодействия дипломатическому давлению с украинской стороны.
Что касается того, чья это была инициатива, я думаю, что она общая. Кремль, безусловно, в первую очередь заинтересован в том, чтобы не били по инфраструктуре “Союзного государства”, чтобы Беларусь так и оставалась плацдармом для осуществления, для реализации военных операций и агрессии. А Лукашенко, конечно, не заинтересован в том, чтобы на него вообще кто-то давил подобным образом, как это делает Украина. Инициатива, скорее всего, поступила из Москвы как приглашение. Но заинтересованы в этом обе стороны.
В моем понимании Лукашенко не из тех политиков, которые привержены, как Путин и высшая российская элита, вере в какую-то идеологию, в какие-то высокие вещи и так далее. Этот человек, исходя из анализа его же политики, довольно практичный. Это политик, который руководствуется в первую очередь прагматическими интересами. И исходя из этого, его взгляд на “Союзное государство”, скорее всего, заключается в том, чтобы максимально получать, но при этом меньше отдавать. То есть получать газ по сниженным ценам, получать энергоресурсы, получать выход на рынок, безусловно. Потому что мы же понимаем, что большинство белорусской продукции особенно после 2020 года, сбывается, конечно же, в России. При этом сбывается, скажем так, по демпинговым ценам.
Лукашенко, конечно, хочет больше получать, но при этом меньше отдавать. И мы это желание прекрасно понимаем.
Вот поэтому вы говорили о том, кто втягивает Беларусь в войну. Виноват ли в этом Грызлов? Ну смотрите, Грызлов — это всего лишь посол. Так исторически сложилось: всю историю человечества посол был всего лишь доверенным лицом президента, скажем так. Это рупор президента, который подбирается под президента. То есть это человек, который, по сути, является такой тенью главы государства, с которым вы имеете дело.
“Союзное государство” далеко не означает полную интеграцию Минска и Москвы. И мы видим, что Лукашенко, я не раз это повторял и придерживаюсь этой позиции, максимально делает все, чтобы не допустить максимальной ступени интеграции. Более того, он максимально старается эту интеграцию уменьшить.
Что касается размещения военных объектов, которые, повторяю, не участвуют в боевых действиях на территории Беларуси, то тут можно понимать: в этом, безусловно, не заинтересован Лукашенко. И позиция Путина по этому вопросу очень противоречива.
Может быть, потому, что все понимают: у России нет сил и средств на Беларусь, чтобы прикрыть ее небо, чтобы заставить ее радарами, чтобы видеть и просматривать как минимум все воздушные цели. Такой возможности нет, поскольку они даже Москву не могут закрыть.
Кремль опасается того, что, втянув Беларусь в войну, потом придется ее защищать, как в анекдоте, когда Гитлеру докладывают, что Италия вступила в войну, он говорит: “Отправьте одну дивизию”. Ему говорят: “На нашей стороне вступила”. Он отвечает: “Тогда отправьте целую армию”.
Как бы не повторилась такая ситуация, что, втянув Беларусь в войну, потом придется отправлять силы и средства для того, чтобы ее еще и защищать. Поэтому, возможно, Кремль не сильно спешит с тем, чтобы размещать какие-то военные объекты. А если и будет втягивание в войну, то оно уже будет не полумерами, а с сухопутной компонентой и так далее.
ВАЛЕРИЙ МАЦКЕВИЧ: У Лукашенко — привычный шпагат между Москвой и Киевом
— Есть большая вероятность, что решение об отключении ретрансляторов Лукашенко принимал в страхе самостоятельно. Но тут же он решил все-таки как-то оправдать свои действия, прибыв на встречу с Путиным и, конечно же, обсуждая эту рамку ультиматума, которая включает в себя в том числе и поставку топлива.
И тут же, конечно, сразу вспоминается Мозырский нефтеперерабатывающий комбинат, который буквально находится в зоне досягаемости всех систем украинской армии, в том числе беспилотных. И, конечно же, я думаю, что это одно из основных направлений беседы.
Это топливо, это совместные белорусско-российские учения, которые, кстати, тоже были не единожды, скажем так, упомянуты со стороны Киева. То, чтобы они были прекращены, тоже, можно сказать, было частью таких ультимативных требований со стороны Киева в адрес диктатора. Поэтому я думаю, что именно это и стало основным предметом дискуссии: что же со всем этим делать.
Лукашенко боится, что часть стран региона все-таки в свое время подписали Римский статут и могут в рамках Международного уголовного суда задержать и выдать Лукашенко в Гаагу, когда тот отправится в командировку по Азии.
Мы не знаем в том числе, в какие именно страны он собирается. То есть вся эта вуаль, дымка секретности вокруг командировки Лукашенко обусловлена именно тем страхом, которым наполнен Лукашенко из-за ультиматума и из-за того, что он, собственно, до сих пор не выполнил его в полном объеме.
Путин вряд ли позволит Лукашенко не поставлять ему в нынешний момент необходимое, жизненно важное топливо. Мы же видим, что сейчас происходит в Крыму, мы видим, что происходит в городах России, как полыхают нефтеперерабатывающие заводы. Лукашенко понимает: для Киева сейчас абсолютно не проблема закрыть этот вопрос другим образом, если Лукашенко не прекратит поставки.
Путин, очевидно, не планирует позволять Лукашенко это делать. Поэтому я думаю, что это тема номер один, которая сейчас у них на столе. Очевидно, что Лукашенко не готов ни к какой эскалации. Не готов по ряду причин. Возможно, он передавал ложные сведения в Кремль и о состоянии белорусской армии с учетом денег, которые получал на ее укрепление и которые, очевидно, тоже, вероятнее всего, были, мягко говоря, нецелевым образом распределены.
Возможно, ложные данные передавались в Кремль и относительно настроений в белорусском обществе. Я уверен, что Лукашенко не признается в том, насколько белорусы настроены против войны или какая часть белорусов на самом деле поддерживает Украину в этой ситуации.
Вероятнее всего, на основании ложных данных Путин уже активно включает Лукашенко в какие-то планы. Ну, во всяком случае, очевидно, что в планы Москвы не входит ни отключение или снятие этих ретрансляторов, ни недополучение топлива от Лукашенко.
А Лукашенко, который знает реальное положение вещей и в обществе, и в армии, понимает, что белорусская армия не готова, по сути, ни на какие действия для того, чтобы защищать режим Лукашенко. Поэтому он снова начинает привычные для себя танцы между капель, свой профессиональный и всем известный шпагат.
А визит в Пекин — это некая последняя, крайняя попытка каким-то образом убедить лидера Китайской Народной Республики в том, насколько стратегически важное значение для Китая имеет Беларусь. Чтобы тот, в свою очередь, каким-то образом повлиял на Путина, чтобы тот все еще повременил с неким активным вовлечением Лукашенко в процессы, которые происходят в регионе, по сути, в российскую агрессию против Украины.
С одной стороны, Лукашенко добровольно позволяет втягивать себя все глубже и глубже в соагрессию. Все больше и больше предприятий работает на усиление агрессии. Но он каким-то образом пытается повременить с тем, чтобы его втянули в активную фазу. И тем самым затягивает тот момент, когда Путин втянет его, что называется, на полную в эту соагрессию.
Лукашенко выгоден статус-кво. То есть он согласен зарабатывать на изготовлении боеприпасов, каких-то составляющих вооружений, он согласен быть наводчиком, заправлять российские танки, но так, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Но с учетом того, что подлетное время украинских ракет и БПЛА к его резиденции в Минске в два раза быстрее и ближе, чем к Москве, на сегодняшний день он уже нигде не может чувствовать себя в безопасности, кроме как, наверное, где-то в Пекине.
АЛЕКСАНДР ЛЕОНОВ: Если Китай поставит жесткое условие, у Путина будет достаточно сложная ситуация
— Главным условием для начала переговоров должно быть прекращение огня. И с этой точки зрения Путин сейчас ищет возможности для эскалации. Я думаю, что с этим связаны и переговоры с Лукашенко.
Но тут есть важный момент: беда пришла откуда не ждали. Потому что Лукашенко поехал в Китай. Китай достаточно четко сказал, что ценит независимость и суверенитет Беларуси.
И если мы говорим о том, что Лукашенко, очевидно, сам не хотел бы вступать в войну, то Путин, если примет такое решение, может его и не спрашивать.
Но если Китай жестко поставит условие, что никаких провокаций с территории Беларуси быть не должно, тогда у Путина будет достаточно сложная ситуация.
ОЛЕГ ЛИСНЫЙ: Китай не дал добро на втягивание Беларуси в прямую войну
— Лукашенко обладает одним искусством, которое позволяет ему быть чуть ли не вечным политиком в Беларуси. Он умеет грамотно выстраивать отношения с сильными мира сего.
Видно, с Путиным или не получилось, или не так получилось, как хотелось. Поэтому нужен тот, кто защитит, и защитит действительно серьезно, кого послушают и к кому прислушаются. Это один из вариантов, который кажется более-менее реалистичным. Даже фотографий нет этой замечательной дружественной двухдневной встречи. И вот, встреча в Поднебесной.
Потому что есть еще одна версия: якобы они пообщались, посмотрели, как в этой ситуации лучше выжить, и поэтому Лукашенко полетел спрашивать у Китая, как и чем Китай может помочь той же России, той же Беларуси. В этой сложной ситуации, мне кажется, такая версия возможна, но все-таки визит в формате “помогите, спасите” мне кажется более реалистичным.
Президент Зеленский дал неделю на то, чтобы выключили ретрансляторы, а лучше бы вообще убрали их от границы с Украиной. Лукашенко выключил. Лукашенко встретился с Грызловым в Минске и сказал: “Давайте не будем втягивать Минск в войну”. Грозно так сказал. Ну и, собственно, тут же помчался в Российскую Федерацию, на Валдай, с выключенными транспондерами у самолета, под покровом тайны, что называется.
Уже не первый раз Китай выступает на стороне своих вассалов. И Путин прислушивается. Здесь, мне кажется, сигнал очевиден: “Не трогай, это мое. И мне не нужны там проблемы”. А там они гораздо больше, потому что я сегодня с коллегами тоже общался. Здесь есть экономическая составляющая, которая важна для Китая.
Он хочет иметь условное окно в Европу. Он не хочет проблем, которые могут отразиться на его экономике. Китай имеет отношение к территории Беларуси или имеет там свой бизнес. И Лукашенко в этом плане очень лоялен и уязвим.
Лукашенко сейчас не в сильной позиции, но ему удалось, мне кажется, хотя это время покажет, может, я ошибаюсь, сыграть опять в свою любимую игру — между каплями пробежать и остаться живым. Потому что ситуация для него была очень неприятная.
Китай не дал добро на втягивание Беларуси в прямую войну с Украиной.
И это для нас неплохо. Конечно, мы должны относиться как к реальной угрозе. Это однозначно. Но определенный оптимизм в плане того, что в ближайшее время Путин все-таки, наверное, не решится полностью вовлечь Лукашенко в войну, — это неплохо. Тем более в той ситуации, которая сейчас есть на фронте.
Я не верю в то, что Лукашенко может сказать Путину “нет”. Он это делает как-то в других формах. И пока что у него получается “петлять”. То есть, если говорить красивыми словами, маневр получился. Но надолго ли это — риторический вопрос.
Читайте також: Лукашенко находится между молотом и наковальней: белорусские эксперты прокомментировали ультиматум Зеленского
Скачивай приложение FREEДОМ в Google Play и App Store
Не пропусти наши видео на YouTube-канале FREEДОМ
Если заблокирован доступ к сайту и соцсетям FREEДОМ — алгоритм действий
