Троянский конь переговоров: что скрывается за миротворческой риторикой Путина — мнения экспертов

Владимир Путин. Фото: ap.org

Американские медиа, в частности, The New York Times сообщают, что Кремль хочет заморозить войну, оставив при этом временно оккупированные территории Украины под своим контролем. В тоже время посол Германии в России Александр Граф Ламбсдорфф заявил, что президент РФ Владимир Путин не готов вести переговоры о завершении войны против Украины. 

По его словам, руководство России не единожды подтверждало свои агрессивные цели, и его позиция не изменилась.

Фейковые сигналы о мире

Сигнал о том, что Россия якобы готова к заключению сделки и прекращению огня в Украине, Путин передал Западу через посредников.

“Путин также рассылал информацию о соглашении о прекращении огня годом ранее, осенью 2022 года. Эта тихая инициатива, о которой ранее не сообщалось, произошла после того, как Украина разгромила российскую армию на северо-востоке страны. Готовя Россию к многолетней войне, он в то же время втайне пытается дать понять, что готов положить ей конец”, — сказано в публикации The New York Times со ссылкой на высокопоставленных российских и американских чиновников.

По словам аналитиков, подобные инициативы российского диктатора — это не шаги к достижению мира, а уже знакомые попытки ввести в заблуждение Киев и его западных союзников. Чтобы окончить войну против Украины, Путин должен вывести российские войска с территории страны, а не прибегать к кулуарной дипломатии.

Сигналы о якобы заинтересованности РФ в прекращении огня, по замыслу руководства страны-агрессора, должны задержать или приостановить оборонную помощь, которую Запад предоставляет Украине.

“Наблюдались аналогичные попытки Кремля ввести в заблуждение западных политиков, вынуждая Украину вести переговоры с Россией зимой 2022-2023 годов и эффективно перенаправляя внимание Запада на гипотетические переговоры, а не на обеспечение Украины достаточным количеством военной техники перед весенне-летним контрнаступлением. Кремль, вероятно, использует обратные каналы для достижения аналогичного эффекта на фоне дебатов на Западе о дальнейшей военной помощи Украине”, — говорится в отчете американского Института изучения войны (ISW).

Вместе с тем американские аналитики утверждают — чтобы максималистские цели Путина оставались недостижимыми, необходима постоянная поддержка Украины партнерами. Успешную оборону и потенциальные контрнаступления обеспечить могут только четкие логистические цепочки и бесперебойные поставки необходимого вооружения.

На сегодня переговоры Украины и России невозможны. Киев будет готов говорить с Москвой только после того, как страна-агрессор начнет воспринимать итоговый документ по украинской формуле мира. Об этом заявил президент Украины Владимир Зеленский. По его словам, на следующей встрече по мирному плану, которая состоится в Швейцарии, Украина и партнеры проработают последние пять пунктов. 

После этого Киев организует саммит на уровне лидеров государств. Там должны согласовать окончательный документ. Когда он будет готов, и все страны мира объединятся вокруг предложений Украины по достижению мира и безопасности, формулу передадут представителям России.

Мнения экспертов

Для чего в западной прессе появляется информация о том, что Путин якобы подает сигналы о стремлении к мирным переговорам? Что скрывается за такой риторикой Кремля? Как должны реагировать Украина и Запад на подобные выпады со стороны диктатора? На эти вопросы в эфире телеканала FREEДOM искали ответы: 

  • Олеся Яхно, политолог; 
  • Михаил Шейтельман, политтехнолог;
  • Петр Бурковский, исполнительный директор Фонда Демократические инициативы имени Илька Кучерива;
  • Владимир Воля, политолог;
  • Игорь Петренко, доктор политических наук.

ОЛЕСЯ ЯХНО: Разговоры о мире — это тактический ход Кремля

— Между реальными стремлениями достичь мира и возможными переговорами в кулуарах есть большая разница. Но то, что такие разговоры ведутся, я думаю, это факт. Мы должны ставить вопрос — зачем и с какой целью Путин или другие официальные лица, возможно, ведут такие разговоры? Я думаю, что это связано с несколькими факторами одновременно как в самой России, так и на Западе, в Украине и в мире в целом. 

Во-первых, Путин видит, что война действительно зашла в стадию позиционной. Во-вторых, Путин видит, что несколько стран Запада, сейчас находятся в состоянии выборов. Прежде всего, речь о США. Мы видим, Украине становится все сложнее получать помощь, потому что внутриполитическая повестка в странах-союзниках становится более активной. 

Также есть другие конфликты, в частности, на Ближнем Востоке. Потенциально есть и другие горячие точки, которые могут в тот или иной момент возникнуть. Еще есть внутриполитическая ситуация как в Украине, так и в России. 

В России мы знаем, что будут выборы, и, возможно, риторика Путина — это отражение позиции и граждан, и политиков, которые говорят о том, что пора прекратить войну. Для Украины война растянулась по времени. Россия пытается брать количеством, что имеет свои последствия. 

Путин в такой момент, наверное, считает, что сам факт разговоров о том, что Россия якобы заинтересована в мире может принести больше плюсов России. 

Россия с интересом выжидает результатов выборов в США. Также будут выборы происходить и в других странах: в Индии, в Тайване. Летом будут выборы в Европарламент. 

Кроме военной составляющей, которая никуда не исчезает, я думаю, что, конечно же, всерьез никто в России не думает о мире. Об этом свидетельствует бюджет, где расходы на военную составляющую выросли в разы. 

Россия для себя не исключает гибридную политическую составляющую, когда можно пытаться смотреть, как меняется расклад сил в мире, где растут изоляционистские настроения. Вероятно, можно рассчитывать на сокращение солидарности между Западом — США и Европой. 

Путин, который якобы хочет переговоров о мире в Украине, в то же время говорит, что у Финляндии, вступившей в НАТО, могут возникнуть проблемы. 

Я не исключаю, что Россия действительно будет говорить о прекращении войны, но с сохранением статуса кво на оккупированных территориях. И все равно нет гарантий того, что Кремль будет готова остановиться. 

Я думаю, что на Западе есть много тех, кто понимает, что все разговоры о мире могут просто привести к временной остановки активных действий. А потом через пару лет Россия будет пытаться и дальше вести военные действия и представлять военную угрозу не только Украине, но и другим постсоветским странам, которые не являются членами НАТО. И даже для самих членов НАТО может быть угроза, Россия уже устраивает разнообразные гибридные операции на границе.

Тактически, наверное, Россия видит для себя какой-то смысл в таких разговорах, в том числе и в том, чтобы это стало стимулом для сокращения военной помощи Украине. 

В стратегической перспективе нет никаких предпосылок считать, что Россия не только готова пойти на реальные мирные переговоры с Украиной, но и готова поменять свой курс на слом институций западных и международных организаций и прекратить создание дестабилизации и поддержки конфликтов по всему миру. 

Расчет на войну, как на способ внутренней и внешней политики стратегически никуда не исчезает, что бы не заявляли в Кремле. 

Я рассматриваю такие разговоры о мире как тактический маневр, чтобы втянуться в переговоры, чтобы происходили какие-то встречи, чтобы на этом фоне Россия постепенно начинала возвращаться к присутствию и участию на разных международных встречах.  

МИХАИЛ ШЕЙТЕЛЬМАН: Разговоры Путина о мире не отражаются на событиях на фронте

— На военные маневры и риторику Путина, я думаю, влияют и заявления международных политиков. На протяжении нескольких месяцев он пытался (и эти попытки закончились во время его “прямой линии”) добиться мирных переговоров. Это совершенно очевидно и об этом, скорее всего, правдиво написали в The New York Times. 

Я думаю, Путин действительно предлагал начать переговоры. И когда убедился, что не получилось, то с новыми силами продолжил агрессивную антизападную риторику. 

На положении дел на фронте это никак не отражается. Путин постоянно требует новых побед и  продвижения оккупации новых территорий Украины. Я думаю, он ни разу не менял приказ своим военным в этой связи. Поэтому все эти заявления западных политиков, они скорее могут повлиять на риторику Путина, но не на его военные решения.  

У войны есть несколько составляющих, помимо непосредственно боевых действий, это еще и экономическая битва. Россия сейчас под огромным давлением и гнетом, санкции западных стран усиливаются. 

У России пытаются отобрать замороженные активы в размере 300 млрд. долларов, она стараются их защитить. Это вторая составляющая. И третья составляющая — политика, которую ведет Путин. Все системы могут действовать как в связке, так и независимо друг от друга. 

На западных политиков влияют военные события, которые происходят в Украине, а не статьи, которые Россия инспирирует и заказывает в иностранной прессе. 

Я знаю, что в какой-то момент некоторые люди в Украине начали паниковать. Такие люди нуждаются в некотором успокоении, в разоблачении этих тезисов, которые фигурируют в западной прессе, и в разъяснении того, как работает российская пропаганда. 

Запад не принуждает Украину к мирным переговорам с Россией. 

ПЕТР БУРКОВСКИЙ: Миротворческие слова Путина не отвечают действительности

— Я думаю, на Западе и в Украине решения принимаются на основе взвешивания всех аргументов. И, в первую очередь, речь идет об объективных фактах, о том, каково поведение России и какие изменения присутствуют внутри России, а также в действиях России не только относительно Украины, но и относительно других стран. 

Конечно же, приватно Кремль может посылать различные сигналы Европе. 

Давайте посмотрим, что происходит на самом деле. А на самом деле мы увидели, что осенью этого года была уничтожена трубопроводная система между Финляндией и Эстонией. То есть создались проблемы для энергообеспечения стран Европейского Союза. 

Во-вторых, Россия на протяжении всего 2023 года создавала систему нелегальной продажи нефти и природного газа через посредников. А с другой стороны — создавала систему закупок через третьи страны технологий, необходимых для работы военно-промышленного комплекса. 

Мы увидели, что Россия увеличивает свой военный бюджет. Это означает не только подготовку к продолжению ведения агрессивной войны против Украины, а и подготовку к другим военным действиям, возможно, даже против других стран Европы. 

На словах Путин, конечно, может рассказывать все, что угодно, и через своих посредников передавать различные месседжи. Но факты говорят о том, что речь не идет о какой-то подготовке к переговорам — речь идет о подготовке к долгосрочной конфронтации.

Нужно обращать внимание на то, какие месседжи Кремль продвигает внутри своей страны. Только за последний месяц он неоднократно заявлял, что с Западом мы все отношения разорвем, мы готовимся к противостоянию и даже к победе над Западом. Так что никакая его миротворческая риторика всерьез восприниматься не будет.  

Во время онлайн-саммита G20 в Индии выступал Путин и заявил о том, что якобы Россия готова к переговорам, а единственным препятствием является якобы позиция президента Украины Владимира Зеленского, который своим указом заблокировал любые переговоры с Россией. 

Этот месседж Путина направлен не столько на Запад, сколько на страны, так называемого “глобального Юга” — Латинской Америки, Африки и Азии. И, в первую очередь, на Китай. 

Путин хочет привлечь на свою сторону другие страны для того, чтобы представить себя не как агрессора, а как жертву агрессии со стороны Запада.  

Также он хочет отвлечь внимание от всех военных преступлений, которые совершает в Украине. Он хочет все это замаскировать своими якобы миротворческими действиями. 

Очень важно, чтобы Запад и Украина синхронно работали со странами в Латинской Америке, Африке и Азии, объясняя на основе фактов, что слова российского президента, по сути военного преступника, не отвечают действительности. 

ВЛАДИМИР ВОЛЯ: Путин не настроен на замораживание конфликта

— Я вижу, что реализуются параллельно две тактики, которые являются двумя частями одной информационной стратегии. В первую очередь, можно говорить о том, что Путин заявляет и что он реально делает и будет делать. 

Путин не настроен на какое-либо замораживание войны, линии фронта и он не будет на это идти, потому что время работает против Путина. Я не думаю, что Путин пойдет на такое затягивание, если его не вынуждают обстоятельства. Если будет заморозка линии фронта, то начнется некий разброд в России. 

Для Путина заморозка линии фронта на той географии, которая имеется по факту, будет означать, что Россия не в состоянии выполнить те задачи которые он поставил. Речь идет о полном захвате Донецкой и Луганской областей и аннексии Херсонской и Запорожской областей даже с теми территориями, которые Россия еще не захватила. 

Россия не сможет пойти на перемирие и прекращение войны до тех пор, пока Россией руководит Путин, потому что Путин одержим. И он будет стараться сделать все, чтобы все держались в тонусе, продолжать наступательные действия. Это реальная информационная картинка. 

Путин россиянам рассказывает, что Россия как никогда сильна, санкции преодолели, будет рост, и что Украина вот-вот потерпит поражение. Понятно, что это ложь. 

Правда в том, что война не закончится. А вот эти публикации в западных СМИ, скорее всего, тоже часть информационной кампании. Путин реально ни на какое перемирие не настроен, он будет наступать. 

Ему все равно, сколько он россиян положит — цель оправдывает средства. Эта так называемая “миротворческая кампания” призвана деморализован людей в Украине и на Западе. 

ИГОРЬ ПЕТРЕНКО: Любую уступку Путин воспринимает как слабость

— Есть общее информационное поле, в котором контрнаступление Украины не дало результат и якобы все зашло в тупик. И вот якобы пришло время начать разговаривать. И вроде как Путин публично посылает сигналы, о том, что вот мы готовы остановиться на том, что у нас есть. 

Все прекрасно понимают, что это абсолютно не так и не имеет никакого смысла входить в переговоры, потому что мы не можем доверять РФ в вопросе тех обязательств, которые она может взять на себя. 

Кроме того, у нас есть четкая позиция представленная президентом. У нас есть решение Совета национальной безопасности и обороны. У нас есть указ президента, который вводит в действие решение, о том, что мы с Путиным не ведем переговоры. 

Главная цель Путина — это точно не вопрос мира или перемирия, это вопрос какой то передышки, которая нужна для того, чтобы начать новый виток агрессии. 

Мы готовы к дипломатическому пути. У нас есть “формула мира” президента Зеленского. Мы активно работаем с разными странами. Мы говорим о том, что нам важен мир и мы готовы говорить о справедливом мире, четко посылаем эти сигналы. Но РФ к этому не готова. 

Вопрос в том, насколько такие переговоры будут целесообразны. Готовы ли обе страны говорить о справедливом мире? Россия точно пока не готова, судя по публичным заявлениям Владимира Путина. Он предлагает отказаться от территорий. 

Мы говорим сейчас не об абстрактных территориях, мы говорим о территориях, на которых живут украинцы, достаточно большое количество людей. Это вопрос даже морального варианта. 

После Бучи, Ирпеня, Мариуполя и многих других городов, в которых побывал “русский мир”, мы знаем, к чему он приводит, и мы просто не имеем права оставлять наших людей в руках у кровавого диктатора Путина. 

Все эти разговоры не имеют ничего общего с международным правом и, в принципе, с реальностью. Все прекрасно понимают, что любую уступку Путин воспринимает как слабость. И потом это будет использовано против Запада, он явно не остановится на завоевание Украины.

Читайте также: Путин усиливает эскалацию, как это было с Украиной: политолог оценил вероятность нападения РФ на страны ЕС

Прямой эфир